Магия огня
Шрифт:
«Потемнение оказалось настоящим».
Я встряхнула руками, изображая восторг.
«Все готовы?» - спросил Майкл.
«Готовы», - ответил Джейсон, а затем наклонился ко мне и прошептал, касаясь губами моей щеки, - «Береги себя, Лили Паркер. Скоро увидимся».
По коже пробежали мурашки.
«Ты тоже», - прошептала я.
«Приступим», - сказал Джейсон, голос его эхом разнесся по туннелю. Он кивнул Полу и Джил, и они двинулись по туннелю, ведущему влево.
Майкл, Джеми и я обменялись взглядами и, убедившись во всеобщей готовности, пошли направо.
Путь
Мы остановились в самом конце туннеля, Майкл поднял руку, как сигнал притаиться. Ни движения. Ни звука. Ни единого признака злобных молодых волшебников.
«Пойдемте», - спустя минуту прошептал Майкл, и мы крадучись направились к лестнице. Майкл шел впереди, я посередине, Джеми сзади. Так как Джил отправилась с Джейсоном, чтобы с помощью льда отвлечь внимание Жнецов, я пришла к выводу, что Джеми, та из близнецов, кто управляет огнем. Не знаю, что в точности делают чтец и огненная колдунья, но надеюсь этого достаточно, чтобы помочь Скаут.
Мы подошли к двери, но Майкл не стал открывать ее. Вместо этого он прижался к ней ладонью и закрыл глаза. Через пару мгновений он покачал головой.
«Боль и потери...», - сказал он, - «Этим пропитано все здание, каждый камень и город над ним. Боль сочится отсюда и наполняет город. И все из-за того, что они не хотят пожертвовать».
Следующие несколько секунд прошли в тишине. Я смотрела, как он налаживает контакт со зданием. Вдруг он отдернул руку от двери, будто та раскалилась добела. Он потер ладонь и повернулся к нам.
«Она там».
Джеми ободряюще улыбнулась.
«Мы найдем ее».
Как только Майкл кивнул, показывая, что он готов идти, мы попробовали открыть дверь. Она оказалась незапертой. Открывшийся проход уходил далеко внутрь здания. Коридор был пуст.
Какое-то время мы стояли на пороге, высматривая Жнецов.
«Все спокойно», - осторожно заметила Джеми, по ее тону было понятно, что она сомневается, надолго ли это.
«В этом весь смысл отвлекающего маневра», - подметил Майкл, - «Чтобы мы спокойно смогли пройти».
По коридору вдруг пронесся ледяной ветерок.
«Джил старается», - прошептала Джеми, по-видимому, ветер был проделкой ледяной колдуньи, - «Это для нас сигнал к действию».
Мы вошли внутрь, Джеми задержалась, чтобы бесшумно прикрыть за нами дверь.
«Ну, что, Майки? Куда нам идти?» - спросила она.
Майкл кивнул и прижал руку к стене.
«Дальше по коридору. Там есть комната. Пустая? Нет, не пустая. Девушка. Душа. Поврежденная. Но она там».
Он снова открыл глаза, на лице отразилось страдание. Не сложно догадаться, что он испытывает к Скаут, даже если эти чувства не взаимны.
«Она там».
Джеми посмотрела на меня, в ее ясных глазах внезапно вспыхнуло пламя. У меня мурашки побежали по коже.
«Тогда вперед», - сказала она.
Неожиданно
«Алекс», - пробормотала я. Несущая землетрясение.
«Да, это ее приемы», - согласилась Джеми и пошла вперед, - «Нам надо идти».
Мы поспешно шли по туннелю, останавливаясь у каждой открытой двери и заглядывая внутрь в поисках Скаут, в надежде не нарваться на компанию Жнецов. Но здесь никого не было, ни души: ни Жнецов, ни кого-либо еще. Ничего кроме старого оборудования и ржавых труб.
«Слишком тихо», - сказала Джеми, когда мы приблизились к двустворчатым дверям в конце коридора, - «Даже с обманным маневром здесь слишком спокойно».
«Сюда!» - позвал Майкл и резко толкнул двойную дверь, не задумываясь, что может ждать его с другой стороны, - «Она здесь!»
Я последовала за ним. Свет над нами стал часто мигать в ритме моего сильно бьющегося сердца.
Мы оказались в просторной комнате с огромными бочками и стеллажами вдоль стен. Казалось, будто они пытались превратить складское помещение в подобие церемониального зала. Центральный проход был устлан красной ковровой дорожкой, на стене висело знамя: золотой четырехлисник на пурпурном фоне. Как я догадалась, это символ Жнецов.
Под знаменем на длинном столе лежала Скаут, ее тело было пристегнуто широкими кожаными ремнями, которые обвивали ее запястья и лодыжки.
«О, Боже!» - прошептала я.
Она выглядела очень бледной, даже бледнее, чем обычно. Щеки казались впалыми, под глазами залегли темные круги. Ключицы проступили заметнее. Ее светлые и темные пряди волос теперь лежали бледной короной вокруг головы. Но грудь ее медленно вздымалась и опускалась, а я уже было испугалась, что мы опоздали.
Я кусала губы, чтобы сдержать набегающие слезы.
«Что с ней произошло?» - прошептала я.
Майкл обошел стол и принялся расстегивать одну из застежек ремня на ноге. «Жнецы», - злобно проговорил он, - «Вот чем они занимаются, Лили. Они отнимают то, что им не принадлежит».
Если раньше в его голосе слышалась печаль, тревога, страх, то теперь он был полон ярости. Он дернул пряжку, разрывая застежку, и стянул ремень.
«Эти дети, взрослые, все они думают, что вправе отнимать чью-то жизнь. Но ради чего? Зачем?»
Майкл пробормотал что-то по-испански, и хоть я не поняла, что именно он сказал, суть была очевидна. Парень был в бешенстве.
Он покосился на ее запястья, пристегнутые за головой.
«Джеми, следи за дверью. И будь готова пустить в ход пламя, если потребуется. Лили, отстегни ее руки».
Я подскочила к другому концу стола и принялась возиться с удерживающими Скаут ремнями. Она приподняла голову, когда я приблизилась к ней, и подмигнула мне. Один глаз подбит и опух. Должно быть, они били ее, пока им не удалось ее пристегнуть. Надеюсь, она в долгу не осталась и так им задала, что мало не покажется.
«И как тебя угораздило вляпаться в такую историю?» - спросила я со слабой улыбкой, стараясь развеселить ее и успокоить свое сердце, выпрыгивающее из груди, - «Я думала, ты будешь осмотрительнее».