Магия грез
Шрифт:
— Какого…
Я завертелась, выставив внутренний «радар» на максимум, я искала, пыталась прочувствовать ночь. Но не поймала ничего. Даже намека на присутствие Книги.
Я оглядела улицу. Бэрронса нигде не было.
И это мне совершенно не нравилось. Мы не должны были расставаться. В фильмах самое худшее происходит как раз тогда, когда герои расходятся в разные стороны, а я в данный момент чувствовала себя героиней фильма ужасов. Фонарей нет, я одна в городе, кишащем монстрами, в непосредственной близости от меня находится древнее и разумное
Я поворачивалась по кругу, зажав в одной руке камень, в другой копье.
— Бэрронс? — нетерпеливо прошипела я.
Ответа не было.
Книга вернулась так же внезапно, как и исчезла. Но теперь она была позадименя!
Я снова позвала Бэрронса. Опять не получив ответа, я зажала копье под мышкой, вынула мобильный и набрала его номер.
Когда он ответил, я быстро объяснила, как и куда переместилась Книга.
— Ждите меня. Я буду через минуту.
— Но она движется. Мы ее потеряем. Иди на восток. — Я дала отбой и двинулась за Книгой.
Я бежала к ней, пыталась ее поймать. Внезапно Книга остановилась, и я почувствовала, что нахожусь ближе к ней, чем мне казалось. Гораздо ближе. Все показания моего «радара» сегодня были неправильными.
Я застыла.
Книга была прямо за углом, не далее чем в десяти метрах от меня.
Если я дойду до края здания и загляну за него, я ее увижу.
И я чувствовала ее там, совершенно неподвижную, пульсирующую темной энергией. Что она делает? Играет со мной в кошки-мышки? Просто… развлекается?
Книга начала двигаться. Ко мне.
Куда, чтоб его, подевался Бэрронс?
Книга остановилась.
Она пытается меня напугать? Если да, то у нее это получается.
А что, если Риодан ошибался? Если Тварь обладаетформой и может меня разорвать? Что, если у того, кто ее несет, при себе пистолет и он прострелит мне голову? Я боялась, что, если отступлю, Книга примет это за слабость и, как лев, почуявший страх добычи, начнет преследовать меня.
Я собрала всю свою волю в кулак и шагнула вперед.
Она тоже.
Я моргнула. Теперь Книга была совсем рядом.
Кто ее несёт? Что она делает? Что задумала? Незнание было хуже всего.
Я ши-видящая. Я детектор ОС. Я создана для этого.
Стиснув зубы, расправив плечи, я дошагала до угла и оказалась нос к носу с психопатом.
Он улыбнулся мне, что меня совсем не обрадовало, потому что зубы у него были похожи на зубцы циркулярной пилы и постоянно вращались за раздвинутыми губами. Психопат оскалился и рассмеялся. Глаза у него были черными, словно бездонные озера. Высокий и истощенный, он пах смертью: гробами, разложившейся тканью, кровью и безумием. Руки у него были белые и дрожали, как умирающие бабочки. На ладонях оказались рты, в которых вращались острые зубы.
Под мышкой он сжимал вполне безобидный том в твердом переплете.
Но
Я смотрела в лицо психопата.
Когда-то он был Дереком О'Баннионом.
У меня было копье, а О'Баннион ел Невидимых, поэтому стоит мне его ранить — и он умрет. Но если я убью его, на кого тут же обратит свое внимание «Синсар Дабх»?
На меня.
Внезапно Дерек перестал смеяться и выдернул Книгу из подмышки. Он удерживал ее как можно дальше от собственного тела, на вытянутых руках, и мне на миг показалось, что он предлагает ее мне.
Мы были так близко, что, если бы я захотела, я бы протянула руку и взяла Книгу. Но ни за что на свете я бы не сделала ничего подобного.
А потом Дерек дернулся и перевернул Книгу, словно текст — если то, что находилось у нее внутри, можно было назвать текстом — сначала располагался вверх ногами и был нечитаем.
Когда его губы раздвигались, изо рта доносилось лязганье вращающихся зубов, но Дерек продолжал шевелить губами, будто пытался и не мог мне что-то сказать.
Внезапно я заметила белый ореол вокруг его зрачков. Что было в его глазах, ужас? Дерек пытался протолкнуть «помоги» через заслон металлических зубов? Мне хотелось сбежать. Но я не могла отвести от него глаз.
А затем его глаза снова стали совершенно черными, тело конвульсивно задергалось, словно получило приказ, которому он сопротивлялся изо всех сил.
Его пальцы сомкнулись на краях Книги, которая больше не притворялась невинным томиком. Прямо на моих глазах она трансформировалась в огромный, толстый черный том с замысловатыми замочками, которые отвалились, когда Книга распахнулась в руках О'Банниона, и я четко понимала, что все, что осталось от бывшего Дерека О'Банниона в этом психе, не хотело, чтобы Книга открывалась. Больше всего на свете оно хотело просто умереть до того, как увидит хоть одну страницу. Хоть одну строчку.
Но все равно его заставили открыть Книгу.
Его пальцы начали гореть, потом пламя распространилось дальше, на грудь и ноги, поглотило лицо, и внезапно Дерек О'Баннион вспыхнул ослепительно-белым светом и засыпал пеплом все в радиусе трех метров.
Я принялась яростно отряхиваться, отплевываясь и пытаясь вычесать пепел из волос.
Ледяной ветер разметал то, что осталось от Дерека О'Банниона.
На брусчатке у моих ног лежала « Синсар Дабх».
Она была открыта.
25
Взрослея, я узнавала границы своих возможностей.
Я была достаточно симпатичной, чтобы парни из школьной команды приглашали меня на выпускной, но охмурить квотербека мне бы не удалось.
Я была достаточно умна, чтобы со скрипом, но поступить в колледж, однако мне никогда не стать нейрохирургом.
Я могла снять велосипед с алюминиевой рамой с крючка под потолком гаража, но не могла даже сдвинуть велосипед, на котором папа ездил со времен юридической школы.