Магия грез
Шрифт:
Сотни ши-видящих уставились на меня в ответ, и выражение их лиц было самым разным: от удивления из-за того, что мы осмелились вернуться, любопытства и восхищения до страха и очевидного недоверия.
Если бы я была адвокатом, как мой папа, этот автобус стал бы началом моего выступления и — переполненный и перегруженный мертвыми Невидимыми и автоматами — наверняка убедил бы присяжных. Ши-видящие открыли дверцы и начали разгружать его. На лужайке, между телами Фейри, появились горы оружия. Я сомневалась, что эти женщины видели стольких врагов так близко, учитывая изоляцию, в которой держала их Ровена. Они не могли отвести глаз от тел, трогали их носками
Сначала я собиралась набить «рендж ровер» головами мертвых Невидимых, чтобы показать ши-видящим результат, которого всего две из нас могут добиться в городе за ночь. Но потом мы узнали о железе, отправились в тайник Бэрронса, и нам пришлось поменять средство передвижения.
Дэни нажала на гудок, чтобы утихомирить толпу. Несколько коротких гудков не сработали, и тогда она налегла на руль, чтобы игнорировать звук было невозможно. Наконец стало тихо.
Ровена протолкалась через небольшую группку ши-видящих, подошла к автобусу и уставилась на меня.
— Слезай оттуда немедленно, — потребовала она.
— Не раньше, чем скажу то, что собиралась.
— У тебя нет права голоса. Ты украла копье и меч, и прошлой ночью аббатство осталось полностью незащищенным!
— Ой, не надо, — сухо ответила я. — Как будто оно защищено, когда ты держишь обе реликвии у себя и выдаешь их только изредка. Что ты сможешь сделать, если за ними придут Фейри? К тому же мы не крали. Я забрала то, что принадлежало мне с самого начала, и отдала Дэни то, что должно было давным-давно принадлежать ей. А затем мы использовали оружие по назначению — мы убивали Фейри. — Я указала назад. — На случай если ты не заметила, мы убили многихФей.
— Немедленно верните мне оружие! — потребовала Ровена.
Я покачала головой.
— Ни за что. Мы с Дэни прошлой ночью нанесли нашим врагам удар, который был сильнее всего, что смогли сделать твои подчиненные. И не потому, что это было им не под силу, а потому, что ты этого не разрешала. Предполагается, что мы должны видеть, служить и защищать. Ты сказала мне, что мы рождены для этого. Что в давние времена, когда мы появлялись в деревне, все радовались и предлагали нам самое лучшее, потому что мы были благородными, уважаемыми защитницами. Мы защищали их. Мы жили для них и умирали за них. Ты не позволяешь этим женщинам быть защитницами. Ты заставила их бояться собственной тени.
— Я о них куда лучшего мнения, чем ты. Так что спускайся оттуда немедленно. Ты не будешь управлять этими женщинами. Никогда.
— Я и не пытаюсь ими управлять. Я показываю им их возможности. — Это была ложь, но ложь во благо, и в моем сердце жила уверенность: я будуими управлять. Так или иначе. Я отвела взгляд от Ровены и обратилась к толпе: — Ваша Грандмистрис помогает вам узнать о вашем наследии? Развивает ваши способности? Рассказывает вам о том, что происходит? Или она предпочитает шептаться только со своим тайным советом? — Я выдержала паузу, чтобы подчеркнуть следующие слова. — Вы знаете, что железо может ранитьФейри? Что есть группы людей — самых обычных людейв Дублине, — которые активно охотятся за Невидимыми, выполняют нашу работу, защищают тех, что выжил, стреляют в Фей железными пулями? Вчера ночью мы с Дэни наткнулись на батальон из пятидесяти человек. Они стреляли в Охотников, выгоняли их из города, пока вы спали за стенами этого аббатства. Пока вы прятались в безопасности, бросив
Минута тишины, а затем оглушающая какофония голосов. Дэни снова налегла на гудок. На этот раз потребовалась целая минута, чтобы они утихомирились.
Кэт вышла вперед.
— Каклюди охотятся на них? Они же не могут их видеть.
— Большинство Фейри больше не прячутся под чарами, Кэт. Ты бы знала это, если бы Ровена позволила тебе выйти в город. Фейри чувствуют себя неуязвимыми, и почему бы им этого не чувствовать? Ведь у них на пути нет ши-видящих, способных их остановить. Но мы можем все изменить.
— Но если мы начнем нападать, Фейри снова будут прятаться за магией?
Я кивнула.
— Конечно. И поэтому станут намного опаснее. Поэтому нам и нужен особый талант каждой ши-видящей.
— Но тогда люди больше не смогут с ними сражаться, — взволнованно продолжала Кэт. — Они не смогут нам помочь.
В ее словах звучал страх, и я ее понимала. Как могут несколько сотен ши-видящих, у которых всего два оружия, надеяться победить целую армию Невидимых?
Я хотела знать, что известно Ровене, поэтому внимательно следила за ней, отвечая Кэт:
— Люди нашли способ открыть себе глаза и видеть Фейри так же, как мы.
Толпа ахнула. Лицо Ровены не изменилось ни на миг, и я поняла, что это знание было еще одним оружием, вроде меча или копья, которое она скрыла от женщин.
— Ты знала! — взорвалась я. — Ты все время знала! И за прошедшие два месяца ни разу неиспользовала это знание, чтобы защитить нашу планету!
— Это древнее знание, и оно запрещено! — прошипела Ровена. — Ты понятия не имеешь о последствиях!
— Я знаю, какими будут последствия, если мы им не воспользуемся! Мы потеряем нашу планету, часть за частью! Два миллиарда уже погибло, Ровена. Скольким еще ты позволишь умереть? Сколько жизней ты считаешь расходным материалом? Нашимдолгом было хранить «Синсар Дабх»! Мы не справились. Теперь мы должны все исправить!
— Ты знала, что есть способ защитить обычных людей, и не сказала нам? — Кэт не сводила глаз с Ровены. — Семьи в деревнях, которые мы обещали хранить и которые погибли, можно было научить защищаться! — Ее глаза наполнились слезами. — Ради Девы Марии, Ровена, я потеряла Шона и Джеми! Я могла дать им возможность видеть Фейри? Они могли бы сами себя защитить?
— Чего она вам не говорит, — выплюнула Ровена, — так это того, что ради способности их видеть люди должны есть живую бессмертную плоть Темных Фейри.
Ши-видящие задохнулись, некоторые закашлялись, словно подавившись. Я прекрасно понимала их реакцию. Даже когда я боролась с усилившейся зависимостью от мяса, оно вызывало у меня тошноту.
— Она не говорит вам, — продолжала Ровена, — о том, что поедание этого мяса ведет к ужасным последствиям! Оно вызывает зависимость, и, однажды попробовав, человек уже не может остановиться. Мясо изменяет людей. Как вы думаете, что сделает с вами пожирание плоти врагов? Оно изменит вашу душу! Неужели ты бы приговорила к такому своих невинных братьев, Катрина? Ты хотела бы видеть их проклятыми, но не мертвыми? — Ее голос становился все громче, ярость придала ему сил. — Она не говорит вам, но, раз уж темные секреты увидели свет, скажу я. Это онанаучила людей есть мясо Фейри, и она…