Магия для студента
Шрифт:
Когда директор ушел, Астория расслабилась, но быстро вспомнила, что хотела узнать о Гарри. А никого рядом не было. Ей ничего не оставалось, как попытаться уснуть. Но только она легла на подушку, как шторка, что отделяла ее койку от соседей отъехала и она увидела лежащего на соседней койке Гарри. Живого и почти невредимого.
– Гарри? А я думала, ты... С тобой... Ты в порядке?
– Да... Спасибо, что помогла мне. Я все слышал.
От благодарности девочка немного смутилась и, отведя взгляд, произнесла.
– Не за что.
***
Прошло несколько дней с происшествия. Дафна со мной мало разговаривала. Да и вообще мы ее редко видели. Она не сердилась. Нет. Во всяком случае, я не чувствовал злости или гнева. Больше всего она сейчас боялась за сестру. В принципе, девочка пришла в себя буквально на следующий день. Но выписывать ее не стали. По словам Мадам Помфри, с магией Астории происходит что-то неясное. Она постоянно скачет. То слишком много, что девочка сияет в прямом смысле этого слова, то, наоборот, - настолько мало, что, кажется, будто она стала сквибом.
Когда мне рассказала об этом Дафна, я не смог смотреть ей в глаза. Никому из них. Что я должен был сказать? Не было осуждения, не было ненависти. Но от этого не становилось легче. Неизвестность того, что может статься с Асторией, пугала нас всех. А теперь это.
Стоя у окна на астрономической башне, я смотрел на то место, где произошло падение Поттера. Где я ошибся. Надо было просто донести девочку до палаты и звать колдомедика, как можно быстрее. Ничего бы не случилось за те несколько минут... Наверное, ничего бы не случилось. Не знаю. Рааааа! Со всей злостью бью по стене. Может, это хоть как-то поможет. Слабо! Черт! Еще! Еще!
– Кхм-Кхм.
– Сзади раздается покашливание. Что за черт?!
– Молодой человек, не стоит ломать школьное имущество.
– М? А, директор Андерсон. Я вас не слышал.
– Не удивительно.
– Он подошел ближе к месту, где я стоял.
– Удивительно.
– Только сейчас заметил, что там, где я бил явный след от моего кулака. Это как это?
– Очень удивительно. Вижу, не только мисс Гринграсс одаренная особа, но и некоторые другие ученики школы. Думаю, нам стоит поговорить более в спокойной обстановке, мистер Сайкерс. Пройдемте в кабинет.
Что мне оставалось? Только идти за ним. Когда мне доводилось посетить это место. Еще при Дамблдоре. У него всегда был небольшой хаос. Разные магические игрушки и приборы непонятного назначения. Артефакты, которые фонили энергиями разных стихий Разбросанные бумаги на столе. Но, видно, новый директор придерживался иной политики, так как его кабинет разительно отличался порядком. Все документы сложены в стопочку. Книги не валяются, где попало, а стройными рядами расположены на полках в шкафах, где иногда видны разные приспособления.
– Присаживайтесь, мистер Сайкерс, разговор будет долгим.
– Директор указал на кресло перед его столом. Сам же он сел напротив в свое кресло. Кстати, вот еще одно отличие. Трона, на котором обычно восседал Дамблдор, отсутствовало.
– Итак, я хотел поговорить о ваших достижениях. Безусловно
– На что я лишь пожал плечами.
– Мистер Сайкерс, у меня не было возможности поговорить с вами раньше - дела, понимаете ли - могли бы вы рассказать, что произошло в поезде? Профессор Люпин поведал о вашем необычном способе защититься от дементоров.
– Вы об огненной стене?
– Да, можно и так сказать. Понимаете, по идеи, это очень сложное, чуткое и самое главное затратное заклинание. Но более всего оно очень опасное. В первую очередь для волшебника, который ее создает. Я бы хотел узнать, где вы ему научились? В школьной программе это заклинание не проходится. В этом я уверен на все сто процентов.
– Эмм... Если честно, я не очень то помню, что тогда произошло. Дементоры...
– Ясно... Как вы думаете, вы смогли бы повторить его?
– Думаю, нет сэр. Я... пробовал. Полагаю, тогда я действовал из страха... Я просто хотел отгородиться от этих... созданий. Отгородить себя и друзей. А единственное, что пришло на ум, это огонь. Там было очень холодно. Как-то получилось.
– Снова пожимаю плечами.
– Вот как.
– Удивленно спросил директор.
– Знаете, почти таким же способом юная мисс Гринграсс попыталась спасти мистера Поттера. По ее словам, она действовала на эмоциях и приказала магии помочь студенту. Не находите это странным совпадением.
– Сэр, я не понимаю, о чем идет речь.
– Хм... Мистер Сайкерс, послушайте. То, что сделали вы, то, что сделала мисс Гринграсс, когда-то могли делать и другие маги. И это не было чем-то выдающимся. Многие волшебники обладали и более незаурядными способностями. Но время шло и некоторым молодым магам стало ясно, что легче пользоваться палочкой для колдовства. И с каждым новым поколением, все больше волшебников уходило от истоков. И посмотрите, к чему все это привело. Вырождение, изоляция, и не побоюсь этого слова деградация. Раньше маги были сильнее, умнее, лучше. А теперь остались только чистокровные аристократы, которые помнят легенды о былой силе, но ничего не делают для того, чтобы вернуть величие...
Незаметно для себя Андерсон начал произносить речь. Пламенную и несколько фанатичную. Он говорил о чистоте крови, о магах, о достижениях за последние столетия, которых, как оказалось, не так уж и много. Он огорченно сообщил, что только единицы из общей массы волшебников творят, идут своим путем, изобретают что-то новое. Именно по этой причине он закрывает глаза на некоторые шалости близнецов. Директор не раз упоминал обретенных в своем монологе. Их амбиции, идеи, которые пагубно сказываются на политике, науке, которые считают, что знают как лучше себя проявить. Наверное, забыл, что я как бы то же не потомственный маг. А нет, не забыл.