Магелланы

Максимов Рустам Иванович

– Не, ну вы её слышали?!
– Валерий развёл руками, словно призывал в свидетели всех присутствующих. Земляне, в свою очередь, смекнули, что вот-вот разыграется очередное лицедейство, и устремили взоры на спорщиков.
– Это же воинствующий феминизм чистой воды! Ещё немного, и она будет ходить без лифчика!

– Понадобится - ещё и трусики сниму, чтобы заносить до дырок единственное хорошее бельё, - Ольга за словом в карман не лезла, и мужчины слегка встрепенулись: каждый мысленно представил себе высокую брюнетку в чём мать родила.

Оказавшись в тропиках в одежде

не по сезону, девушки были вынуждены соорудить из простыней одеяния в индийском стиле, чтобы не вводить в искушение преимущественно мужской коллектив. Мужской коллектив, в свою очередь, позволял себе щеголять в майках и трусах всевозможных фасонов и размеров. И как бы две красивые молодые женщины не старались скрыть, разные, там, округлости, экипаж волей-неволей бросал однозначные взгляды на ладные фигуры в белых одеяниях.

– Ха-ха! Двадцать первый век, говоришь?
– вступился за друга Николай.
– Оглянись, сестрёнка - вокруг нас первобытный мир, в котором ещё не изобрели даже твои лифчики.

– Тишина на радиочастотах ещё не говорит о том, что в этом мире не изобрели бюстгальтеры, - моментально отреагировала Кристина, которая захватила с собой на рыбалку маленькое радио. В первую ночь на другой планете супруги пытались поймать хоть какую-нибудь радиостанцию, увы, безуспешно.
– Не исключено, что здесь живут люди, такие же, как мы, и у них достаточно развитая цивилизация.

– Прыгают твои местные вокруг пальм на манер папуасов, - заржал Валерий.
– И просят своих богов послать им на обед...

– ...Изобретательницу лифчиков, - хохоча, подхватил Николай.
– Хорошую, такую, упитанную блондинку...

– Ох, и насмешили... Остыньте, девоньки, не спорьте с этими великовозрастными балбесами, - утирая слёзы, сквозь смех произнёс Сан Саныч.
– Мужики, поверьте мне, старику, на слово, но если ихнюю сестру чем-то обидеть, то потом это выйдет себе дороже... А бежать нам отсюда некуда, такие, вот, пироги.

– Артём Викторович, можно я буду стоять вахту на пару со своей женой?
– попросил Станислав, выделив интонацией два последних слова. Судя по всему, сумбурный демарш Ольги пришёлся Стасику не по душе, но он быстренько сообразил, как разыграть ситуацию в свою пользу.

– Кхм... Предлагаю, не меняя самого принципа двойных вахт, дозволить нашим милым девушкам работать наравне со всеми, - вновь вступил в разговор Алексей Фёдорович, с интересом покосившись на раскрасневшуюся брюнетку.
– Стас будет работать с Кристиной - вполне разумный вариант, а Ольга... Либо в паре с капитаном, либо с пенсионером, и только днём.

– Так не честно!
– чуть ли ни в один голос воскликнули Галкин и Васнецов, после чего оба засмеялись, посмотрев друг на друга.

– Дискриминация! По возрасту, блин!
– делано возмутился Валера.
– Старикам - всё, а молодым - ничего!

– Кого это ты сейчас назвал стариками?
– Сан Саныч сделал вид, что очень обиделся.
– Вот, начнётся шторм, тогда и посмотрим, кто из нас старик.

– Шторм нам совершенно не нужен, - улыбка моментально исчезла с лица Олега Васнецова, ходившего во время службы на флоте

в Северную Атлантику.
– Командир, перетасуем пары, и оставим всё, как есть.

Выслушав коллективное решение народа, Северьянов не стал возражать. В конце концов, практически все члены экипажа являлись людьми взрослыми, способными логически думать, и отвечать за свои действия. Поэтому после небольшого спора Пал Палыч набросал на салфетке новый график двойных вахт, с учётом всех изменений и пожеланий.

Единственным недовольным оказался Васнецов-младший, который страстно желал стать вровень со взрослыми. А как тут станешь вровень со взрослыми, если те относятся к Алексею, как к ребёнку, и не дают парню шансов показать себя. А Алексей готов стоять вахты хоть сутки напролёт, особенно, если его напарницей будет Кристина, или та же самая Ольга, острая на язык, но не менее волнующая и привлекательная. Правду сказал Валерий - дискриминация по возрасту и самая натуральная дедовщина, блин.

С рыбалкой в этот день не заладилось, т.к. местные корифены исчезли в неизвестном направлении, бесследно растворились в морских глубинах. Скорее всего, их распугала кружившая вокруг 'Пингвина' акула. А может, и не акула вовсе, а просто хищная тварь впечатляющих размеров. Хотя, кто знает, не исключено, что в чужом мире водятся морские хищники страшнее и крупнее двенадцатиметровой акулы.

Спустя полтора часа на борту катамарана бодрствовали три человека, а остальные, плотно позавтракав, благополучно погрузились в царствие Морфея. Ещё через полчасика на посту управления остались всего двое - Сан Саныч с Ольгой. Прапорщик в отставке убедил-таки Артёма, что капитану корабля необходимо нормально отдохнуть, пока это позволяет сделать обстановка. Употребив грамм двадцать настойки, Северьянов провалился в глубокий сон, и проспал часов шесть, не менее.

– ...Кэп! Эй, кэп, просыпайся! Вставай, тебе говорю!
– чья-то сильная рука почти полминуты тормошила плечо бывшего пограничника, пока Артём соображал, что к чему.
– Давай, кэп, подъём!

– Время, да?
– продрав, наконец, глаза, Северьянов прищурился, разглядев физиономию Николая.
– Почему ты здесь? Что произошло?

– Всё в ажуре, кэп, мы с Валерой заступили на вахту минут двадцать назад, - улыбнулся водила.
– Короче, мы там чайку увидели, или альбатроса, а может, и баклана - я не силён в птицелогии. Иди, сам посмотри, что это за птица там разлеталась.

– Я тоже не орнитолог, - уже на ходу уточнил Артём, пулей выскакивая наверх.
– Валера, где она!? Дай бинокль!

– Вон, глянь 'на девять часов', - взмахнул рукой Валерий, передавая бинокль.
– Думаю, что это чайка, здоровенная морская чайка.

– Да хоть буревестник, - засмеялся Николай, поднимаясь следом за капитаном.
– Главное, что рядом стопудово должна быть земля!

– Не обязательно, - произнёс бывший пограничник, и после небольшой паузы уточнил.
– Некоторые виды буревестников способны улетать от своих гнёзд на сотню миль.

– Шеф, да ты, блин, орнитолог, в натуре, - блеснул эрудицией рулевой.
– Что делать-то будем, а?