Маг крови
Шрифт:
— Кажется, мы чью-то кубышку распотрошили, — произнёс он.
— Угу, — кивнул я. — Чую, гостей придётся ждать.
— Ну, ждать-то, это понятно. Но сначала стоит поговорить с казначеем. Кажется мне, что эта с*ка кое-что нам не дорассказала.
К сожалению, поговорить с пленником не вышло. Когда мы вернулись назад и приказали часовому вытащить из кладовки толстяка, то оказалось, что тот мёртв. Судя по розоватой пене на подбородке и губах — отравился. Или сработала какая-то магическая закладка в ответ на наше проникновение в кладовую с золотом. Часовой божился, что не было слышно никакого подозрительного шума.
В три часа дня Колька стал принимать присягу от своих новых подданных.
Жителей деревеньки неподалёку от замка после присяги отпустили домой. Завтра предстоит вояж ещё по трём деревням и стольким же хуторам, жители которых должны так же присягнуть моему товарищи на верность.
Танс, хоть и обиделся на Пашу, но продлить свой контракт на найм ещё на три месяца под началом Кольки согласился. Посоветовал на всякий случай увеличить дружину ещё на сотню человек, так как жрецы так просто в покое не оставят нас. И такую оплеуху с рук спустить не пожелают.
Через неделю Колька стал полновластным сюзереном крупного феода, огромным минусом которого была граница с ничейными землями, за которыми начиналось Пустое королевство. Кроме замка и нескольких поселений, он стал владельцем почти трёх тысяч живых душ, двух мельниц и лошадиной фермы, где выращивалась особая порода неприхотливых тяжеловозов, на которых имелся постоянных спрос у местных.
Во время оформления его титула, случился небольшой казус: он не считался моим вассалом. Гильдейский амулет не признал его моим подчиненным и потому местные крючкотворы отказались записывать захваченный феод как часть моих владений. Хорошо, что подсказали, как всё правильно сделать. И после того, как Колька прям в том же кабинете на их глазах поклялся мне на моих и своих регалиях синьора в верности и служении, бюрократические препятствия исчезли. Если у местных и возникли какие-нибудь странные мысли и подозрения, то я их должен был развеять словами, что ещё в родном мире принимал присягу от своего вассала гвардейского лейтенанта и отныне сквайра. Титул, который здесь чаще всего носят безземельные аристократы, удалось вытребовать только такой, выше только за немалую плату.
— Господин Рейн…
— О, господин барон, зовите меня просто Луавком, — с широкой улыбкой на лице, попросил гильдиец. И причина для настроения у него была — две больших золотых монеты за срочность и точность в оформлении феода и титула для Николая.
— Хорошо, Луавк. Не поможешь мне с одним важным делом?
Тот изобразил сильнейшее внимание.
— Мне нужны крестьяне, мастера различных ремесёл, воины, которые станут служить не за страх и деньги, а за совесть. Но и в плате я никого не обижу.
— Рабы подойдут? — поинтересовался он.
— Смотря какие.
— В нашем городе сотни две должников в ямах сидят, там хватает подмастерьев, которые лишь немногим уступают своим мастерам. Ещё я слышал, что неделю назад в герцогство, в город Дарханк, пригнали сотен пять рабов нетерисов,
— А где их семьи?
— Так там же, в Дарханке. Но предупрежу, что стоить они будут немало, — собеседник возвёл глаза в потолок. — Нетерисы сами по себе сильные воины, все мужчины ещё мальчиками проходят воинскую подготовку и потом несколько раз в год показывают свои навыки и умения воинские, так что, слабаков среди них нет. Если бы не был этот народ пастухами и земледельцами, то они уже давно создали бы свою империю, покорив соседние страны. Но их вера не позволяет, увы им, и на радость нам, хе-хе-хе.
— Пять сотен, Луавк? — сказал я.
— Так и есть, господин барон, — подтвердил он и потом, чуть понизив голос, добавил. — Я могу лично заняться этим вопросом, если пожелаете. У меня в герцогстве много знакомых, среди них и купцы, и приближённые к бургомистру с комендантом. Я смогу перекупить всех жертвенных рабов и гладиаторов.
— Сколько?
— Э-э, — на миг он смутился, — я не могу так срочно сказать. Только на месте смотреть, торговаться…
— Хорошо, с тобой поедет один из моих людей с деньгами. Чем больше сможешь скинуть цену с невольников, тем больше получишь в награду, — перебил я его попытки набить себе цену.
— Э-э… да, господин барон.
Вот и договорились.
С гильдейским взяточником уехал Колька со своей молодой женой, одним из сыновей господина Лафиза, Пашей, который взял с собой пять автоматчиков. Представитель земного анклава ехал за амулетами и кристаллами к моей шкатулке, собираясь надолго задержаться у меня в баронстве, пока я не пополню сотен на пять патронов боезапас у его стрелков. Вместе с родственником моего товарища ехали трое охранников полуорков. В общем, отряд получился сильным, хоть и казался малочисленным. С учётом самых лучших боевых и защитных амулетов и огнестрельного оружия путешественники могли на равных противостоять полусотне врагов.
Глава 20
Не успел я въехать в свой лагерь у подножия, якобы, проклятого холма с развалинами старой крепости, как один из помощников Эрха, что постоянно находился в лагере, сообщил о странных находках на болоте. Пришлось разворачивать свой отряд и вновь трястись на кочках.
Недалеко от поля, которое стало причиной маленькой и победоносной войны между мной и жрецами, меня встретили двое землян. После короткого приветствия и знакомства (по именам я знал едва ли половину прибывших с Павлом, и вот эта парочка не входило в число знакомцев), я поинтересовался:
— Что тут у вас?
— Твои гов***черпалки вытащили несколько ящиков, — сказал Игорь Терентьев.
— Кто-кто?
— Эм-м-э… големы с ковшами, — чуть смутился он. — Просто от этой грязи прёт такой духан, что никаких нормальных слов в голову не приходит. Извини, если что не так, с языка сорвалось.
— Проехали. Что там за ящики?
— Пошли, покажу, — поманил меня он рукой.
Через пять минут я добрался до пологого берега болота, которое понемногу превращалось в канал или узкий вытянутый пруд. Разумеется, не вся топь, лишь крошечный участок вдоль берега, но и этого хватило, что бы уже сейчас почва напротив канала подсохла, и мелкая болотистая травка стала сменяться высокой луговой. Попросить, что ли, Маргариту высадить тут кустарник или деревца с мощной корневой системой, чтобы земля не сползала в топь? Думаю, ей по силам изменить тот же шиповник под нужные требования, как однажды она превратила обычный ползучий лютик в плотоядную огромную лиану, с успехом отражающую нападение и нематериальных теней, и обычных зомби.