Маг крови

Баковец Михаил

В этот момент я почувствовал опасность. Инстинкты взвыли и бросили тело на землю, прикрываясь от моего голема и тварей кузовом НИВЫ. И миг спустя голем взорвался! Сотни мелких камней и песчинок разлетелись во все стороны, как пули из шрапнельного снаряда. Машину местами пробило насквозь! Загудели металлические заборы соседей, жалобно звякнули стёкла в окнах, хрустнули доски в штакетниках, отозвались барабанной дробью стены домов. Оглушительно взорвалось одно из колёс машины.

От взрыва голема досталось и мне: один камень больно ударил в

грудь рядом с ключицей, к счастью, перед этим он пробил два слоя листового железа кузова НИВЫ и растерял свою силу; второй содрал кожу на левой икре.

Я так и сидел в опупении у колеса, пока напротив меня не открылась калитка, и там с ружьём в руках не появился сосед, владелец НИВЫ, которая уже никуда не поедет без капитального ремонта. В трусах и растянутой белой майке-алкоголичке, в сланцах.

— Э-э, Витя? — спросил он.

— Здорово, — я нашёл в себе силы поднять руку.

— Это что сейчас было? И… что с машиной?!

— Я ***бу? — зло ответил я, после чего с трудом поднялся на ноги. Тут же заныла отшибленная грудь, стрельнуло в щиколотке (чёрт, подвернул при прыжке ногу, что ли). — Иди, посмотри, на то, кто это сделал. Глянь какие хрюшки, а? Видал таких, ты же охотник?

Тот с опаской посматривая на меня, прощёлкал резиновыми тапками по голым пяткам, вышел на улицу и обошёл машину.

— Мать моя женщина, это за на ***уй?! — вырвалось у него. — А что взорвалось?

— Без понятия, — открестился я.

И в этот момент в центре раздались несколько длинных очередей, потом к ним присоединились пистолетные хлопки.

— Война?

— А я откуда знаю? — ответил ему, потом пнул, истекающую кровью ближайшую тушку ногой. — Но вряд ли, что-то эти хари не похожи на бравых морпехов из НАТО.

Стрельба закончилась резко.

— Биологическое оружие? — предположил он. — Распылили гадость, пошли мутации… — он снизил громкость и стал что-то неразборчиво бормотать себе под нос.

Я, как и он, несколько минут стоял и вслушивался в шум вдали, который набирал обороты, потом в центре поднялись несколько столбов чёрного дыма.

— Так, у меня есть дела и поважнее, — сказал я и быстро, насколько позволяла повреждённая нога, зашагал обратно к себе домой. Возле калитки с недоумением посмотрел на правую руку, в которой был зажат пистолет с пустыми гильзами. То-то соседушка так странно на меня смотрел и обходил сторонкой. М-да, а я даже и не помню, когда успел расстрелять весь блок стволов и четыре запасных патрона, которые сунул в карман пред выходом из дома.

Дома плеснув перекисью на рану, которая уже перестала кровоточить, наклеил кусок бинта с лейкопластырем. Закончив с лечением тела, занялся душой. Для этого у каждого человека в нашей стране есть что-то от сорока градусов спиртовой крепости и выше. Сейчас я свернул пробку с коньяка, который набулькал в рюмку по самые края. Грамм семьдесят точно будет, должно хватить для успокоения.

Проглотил крепкий алкоголь в один присест, и только поморщился, когда тот обжигающей

волной прокатился по пищеводу и оказался в желудке.

— Ух! — скривился я и полез в холодильник, где прямо от большого куска отгрыз сыра.

Что ж, моя внутренняя чуйка просто верещит, что вот он — полный песец, кульминация, к которой отсчитывали время часы с момента, как я получил свой Дар, и в городе поселилось безумие и злоба.

Кто не читал про апокалипсис, не смотрел кино и не смотрел на миф-ТВ (как окрестили один из телеканалов люди) подобные предсказания? И вот, при виде незнакомых летающих собак и невиданных кабанов, я даже не стал ломать голову и задавать вопрос "ЧТО ЭТО ТАКОЕ?".

Когда я вновь оказался на улице, сосед всё так же стоял в майке, трусах и с ружьём, что-то бормоча себе под нос. Только покосился на меня с грохочущей тележкой, когда прошёл мимо. Но увидев, как я закидываю в неё мёртвые тушки квазикабанов, мигом заинтересовался.

— На кой ***уй они тебе нужны? — удивился он.

— Освежую и сделаю солонину. Ты что не видишь, что пришёл большой пи***ец окружающему миру? — пробурчал я, закидывая третью почти целую тушу в тележку. — С продуктами будет перебой по любому, а у меня уже будет что-то лежать в подполе.

— Вот ЭТО есть?! — поразился он. — ЭТО?! Да я даже не знаю, что за звери.

— И я не знаю, но кровь течёт нормальная, красная, значит, мясо обычное. Авось, соль всю гадость выжжет там. Да и не сразу я начну глодать и грызть, на чёрный день отложу в банках в подпол, — с невозмутимым видом ответил я и загрузил четвёртую тушку. Всё, кажется, эта последняя, больше мне с моими травмами не утащить. Да и остальные слишком сильно избиты камнями, вся кровь вытекла давно из ран.

— Ты псих, Вить, — покачал головой собеседник.

— Скоро выживут только психи, Сергей. Задумайся, чтобы самому сойти с ума поскорее, — почти философски ответил ему я.

У себя на участке я свалил трупы животных за домом, подальше от взглядов соседей, сходил домой за вёдрами и ножом, и стал сцеживать кровь с тварей. Набрав полтора больших ведра, я вернулся домой, где занялся собственным кровопусканием.

Затянув резиновый жгут на плече, я поработал кулаком, пока на левом предплечье не вздулись вены, после этого морщась и матерясь сквозь зубы, воткнул в одну из них иглу с тонкой резиновой трубочкой. Когда ослабил жгут, из неё кровь ударила по дну банки, словно, выпущенную из велонасоса.

— Харэ, а то загнусь, — произнёс я себе под нос, когда сцедил с себя около литра крови. У доноров забирают примерно в половину меньше, но у меня ситуация серьёзнее — раз, и кровь в моём организме восполняется быстрее — два. Ничего — выживу.

Далее я стал собирать все металлические вещи в доме и рядом. Обрезки листового железа, лопаты и тяпки с граблями, гвозди, болты, саморезы, молотки и топоры, скобы, кронштейны, трубы и прочее, и прочее. В дело пошли даже детали от мотоцикла и трактора.