Маг 12
Шрифт:
От нарисованной мной суммы Николай Второй даже замолчал на долгое время.
Глава 26
В шестнадцатом году наконец достроили Транссибирскую магистраль и железную дорогу до Мурманска, так что с логистикой в стране понемногу дела налаживаются. Понемногу, без революций, и не так быстро, как хотелось бы. Но, плывем, как можем, я в управление промышленностью не лезу, с внешней и внутренней политикой бы разобраться немного.
Да вообще со всем налаживается, когда жизнь мирная стоит на дворе, а экономика усиленно работает на воюющие страны. Зерно ударно
Насколько я понял, Россия во многом не выдержала войны и развалилась именно из-за блокирования османами проливов, когда не смогла вывозить свое зерно и получать все необходимое для промышленности.
В этот раз уже три с половиной года поток кораблей с российскими продуктами все растет, а воюющей Османской империи еды уже явно не хватает.
Дела у нее на Месопотамском фронте, там, где союзники помочь не могут, складываются совсем плохо. Англичане освободили Багдад, арабское население встречает их именно как освободителей. К концу года семнадцатого года взяты Иерусалим и Иерихон, все как в истории того времени.
Небольшие силы англичан при поддержке местного населения просто разрывают порядки гораздо более многочисленных османов.
Германия еще не просила страны Антанты о перемирии, а продолжает оказывать невероятное давление на фронт около Парижа, объективно рассчитывая его захватить и лишить французскую армию большинства заводов.
Однако, французы просто героически отбиваются, тоже понимая отчетливо, чем им угрожает захват столицы. Гибнут сотнями тысяч, но, предместья держат мертвой хваткой, не смотря на снаряды тяжелых орудий и отравляющие газы, которые германцы присылают им при каждом попутном ветре.
Тем более, они все уже знают про четыре американских дивизии, которые помогают англичанам отвоевывать побережье. Вскоре каждый божий день в гаванях французского побережья будет высаживаться по семь тысяч свежих американских солдат. Это начало конца Второго рейха, пусть генералы империи еще грезят победами на поле брани.
Я хорошо понимаю, что вскоре немцы выдохнутся под Парижем, как постоянно происходит в этой войне с наступающей стороной и тогда можно будет задуматься о грядущей когда-то победе Антанты.
Зато, надменные германцы не придумали ничего лучше, как начать поголовную мобилизацию в своих новых землях.
Ну, не самая плохая идея, пусть совсем бесчеловечно это — посылать насильно воевать поляков против своих потенциальных освободителей от германского гнета. Ничего, в этой истории именно русская армия их освободит и спасет, как мной задумано. Нужно только самый подходящий момент использовать.
Понятно, что воевать поляки за них будут особо неохотно и постоянно в плен сдаваться, но, карательный режим оккупации поставил в строй при первой мобилизации триста тысяч польских мужчин. Вот такие неожиданные и горькие итоги референдума о независимости. Свободу нужно заслужить все же своей кровью. Свою или только чужую.
Про такой поворот я, честное слово, даже не задумывался. Правда, у русской армии каждый день у самой прибавляется пленных, здорово оголодавших финнов, которые выбираются, шатаясь от слабости, на проторенные зимние
Все же разумная политика с перекрытием поставок продовольствия вынуждает самих финнов сдаваться без каких-то боев. Мирное население уже почти все эмигрировало в Швецию, дожидаясь окончания боевых действий.
— Никаких отпустите, ваше Императорское Величество. Это новая готовая армия наших врагов. Всех пленных перегнать на эту сторону границы и пусть искупают вину за участие в антигосударственном мятеже. Будут основой той самой трудовой армией, которая выкопает нам кучу каналов. За них тоже плату нужно брать, если захотят их выкупить. А так кормить хорошо, бараки теплые построить — и пусть работают на благо Российской империи и императорского дома Романовых, — прикидываю я примерный план Николая Второму, — А то их отпустишь, они по весне снова по лесам разбегутся, винтовки выкопают и давай партизанить!
— Пусть спасибо скажут, что в армию не забираем. Как те же германцы!
К маю месяцу финны все же согласились подписать договор на кабальных для себя условиях. Признавая потерю огромного куска земель, необходимость очистить от своего присутствия северные земли около Лиинахамари, выплаты репараций, возможность устроить в Ханко стоянку для Балтийского флота и многое-многое другое.
Некому за них заступиться сейчас, явно не до их страданий англичанам, постоянным защитникам угнетенных и обездоленных народов пока. Самое удачное время для приведения к порядку и окончательному разрыву с чужими по своей сути землями. Чужими именно для Российской империи. Вот такое немногочисленное населением государство на границе вполне можно допустить даже в качестве не самых больших друзей.
Пока их британцы и штатовцы в свою банду не позовут.
Ну, финнам деваться некуда, насобирали пока восемьдесят миллионов рублей своими марками, большую часть денег им шведы заняли, чтобы поддержать своих бывших холопов. В нашем плену уже сорок тысяч финнов находится, кормить тоже надоело просто так оголодавших лесовиков. Общий долг по репарациям оценили всего в двести пятьдесят миллионов рублей, пожалел государь-император бывших граждан, честно говоря.
Можно было и четыреста миллионов выставить, но, хорошо ему знакомый Маннергейм, все еще генерал-лейтенант русской армии, заступившийся за земляков, уговорил Николая Второго на сумму в полтора раза меньше.
Этого бы тоже обязательно пустить в расход, будущего финского лидера. Хотя, пока в России социализм строить не собираются, поэтому ту же торговлю с соседями никто не отменял.
К середине семнадцатого года немцы все же что-то уразумели в складывающейся диспозиции и перестали бешено наступать. Начали по старой схеме надеяться на какую-нибудь вундервафлю от сумрачного тевтонского гения, как у них принято всегда. Когда ресурса на все уже не хватает, как в начале войны.
С кое-каким ресурсом пока все хорошо у германцев, с продовольствием и всякой сталью с нефтью, только, вот строевой народ заканчивается. После таких-то гигантских потерь в сплошном наступлении — оно и понятно.