Мафия против индейцев

Нестерина Елена Вячеславовна

А еще пару минут спустя вслед за ним отправилась и Арина Балованцева. Бодрым, решительным шагом, особо не таясь.

«Да что же это такое? – с раздражением подумал Витя. – Что за дела у нее? Тайны какие-то. Так, может, в свою мафию индейскую они просто играют? Хм, у предводителя тайные делишки, а остальные и не знают ничего… Или пацаны все знают, а я один, как дурак? Выходит, она меня и правда за дурачка держит, не доверяет? Ну и ладно, дурачок так дурачок. А вот попадется сейчас эта балда ребяткам из лагеря, они ей нюх-то начистят,

они там все злые сейчас. Кончатся ее игры…»

С такими мыслями Витя решил последовать за Балованцевой, оставаясь, впрочем, невидимым для нее.

Он следил за девчонкой, наряженной индианкой, до тех пор, пока она… не скрылась в палатке Дыма Богов!

Да, Арина Балованцева решительно вошла в палатку индейского шамана. И осталась там.

Витя остолбенел. Но, свернувшись в клубок под кустом, продолжал ждать.

Глава VI Белая Рука попадает в плен

А в то же самое время…

– Поймала! Держите! Смотрите, кого я поймала! Братья, помогайте, а то убежит!

Вцепившись в Антона Мыльченко, так кричала на другом конце лагеря красивая девчонка из Отряда Молодых Волков, недавно названная Пожарной Тыквой. Держала и не отпускала, как ни выворачивался Антон, как ни пытался выскочить из пятнистой куртки, которую дал ему для маскировки Витя Рындин.

На крик Пожарной Тыквы примчались несколько Молодых Волков. Подошел и взрослый индеец.

– Смотрите: это же он и есть – лазутчик и вредитель! – кричала так неожиданно отличившаяся Пожарная Тыква. – Вот кто надругался над нашим флагом!

– Вот кто казну упер! – подхватили обрадованно ребята.

– Молодец, Пожарная Тыква!

– Погодите, а он точно не из вашего Отряда? – на всякий случай переспросил взрослый индеец.

– Да не наш он, точно!

– Посмотри на него, Зоркий Глаз! Конечно, не наш! – загалдели Молодые Волки.

– Надо вождям сказать, – с этими словами взрослый индеец умчался.

А Молодые Волки быстро связали Антошке руки. И, довольные собой, с большим почетом повели его в свой лагерь. Здорово как получилось: просто настоящая индейская жизнь – даже врага-вредителя в плен взяли!

Вот такую картину и увидел со своего дерева Федя Горобец! А он-то расстраивался, что никак ему не удавалось незаметно слезть с сосны и убраться в лагерь мафии, когда послышалась команда Арины к отходу… И теперь он с ужасом наблюдал, как пленного Антошку Мыльченко галдящая орава мелких индейцев привязывает к стволу толстого дерева на центральной площадке лагеря!

Что же делать? Надо спасать шамана их мафии. Но как? Слезать с дерева и говорить: «Отдавайте, гады, моего брата по мафии?» Не пойдет – его самого тут же схватят. А Антошку… Антошку, кажется, сейчас пытать начнут! Вон с каким зверским лицом движется к нему вождь Великие Подштанники…

Нет, все-таки надо выбрать удобный момент и бежать к своим! У него же, у Феди, есть свой вождь,

своя мафия. С Ариной и Витей вместе они что-нибудь придумают…

И Федя продолжал сидеть на своем наблюдательном посту. Все происходило сейчас гораздо ближе к нему, так что и видно, и слышно индейцу-невидимке было очень хорошо.

– Отвечай: кто ты, наш пленный враг! – вытянув руку в сторону Антона, потребовал хорошо известный ему След Лося.

– С какой целью ты оказался в лагере свободных индейцев? – в тон ему подхватил другой индеец.

Остальные встали полукругом возле пленника. Все старались вести себя крайне благородно, как и подобает индейцам перед лицом захваченного врага.

Антон с точно таким же, гордо-невозмутимым выражением на расписной физиономии, оглядел присутствующих.

– Я не стану отвечать вам, о краснокожие враги мои… – медленно, нараспев начал он.

Ребята, окружившие его, изумились лишь на миг. Игра пошла по настоящим правилам!

– Если ты истинный краснокожий, ты должен не уподобляться бледнолицым, а назвать нам свое имя, – заявил След Лося.

В том, что перед ними тоже индеец, сомнений ни у кого не оставалось – перед операцией «Великие Подштанники» Антошка тщательно поправил свой внешний вид: маминой помадой перед крошечным зеркальцем подрисовал поплывшую и смазавшуюся после ночного сна боевую раскраску на лице, надел головной убор из белых перьев. А то, что пятнистая защитная куртка на нем была, когда в лагерь противника отправлялись (заставила его все-таки мафия замаскироваться, ярким нарядом не отсвечивать), так это ерунда – когда ему вязали руки, он ухитрился ее скинуть. И теперь Антошка предстал перед Молодыми Волками во всем великолепии своей кофты и прочих украшений.

– Меня зовут Белая Рука, – проговорил он и вздернул подбородок вверх. – А на прочие вопросы отвечать я не намерен. Боги моего племени запечатали мне рот воском. Так пусть я умру, но вы, благородные враги мои, так и останетесь в неведении относительно моих планов. Я все сказал. Хау!

«Эк завернул!» – услышав его тираду, с удивлением подумал Федя Горобец. Но, впрочем, это его не очень удивило – он помнил, что Антошка еще и не на такое словотворчество способен.

Молодые Волки переглянулись. Так, пленник не намерен отвечать… И дальше что надо делать?

– Тогда нам придется подвергнуть испытанию твое мужество, – догадался кто-то из толпы.

Взявший на себя роль руководителя переговоров с врагом След Лося понял ход мыслей своего товарища.

– Правильно, Мечтающий В Лопухах, – подхватил он. – По законам индейского кодекса чести мы должны будем…

Но договорить он не успел. Расталкивая собравшихся, на площадку перед березой влетел Благородный Волк (он же Великие Подштанники).

– Ах ты засранец! – с этими словами он подскочил к привязанному Антошке и принялся его трясти. – Это твоя работа, да, твоя работа?!