Мафиози и его одержимость 2
Шрифт:
– Теперь она твоя слабость.
Мое сердце замедлилось и кровь начала мчаться по моему телу. Оцепенение исчезло, но мне не стало теплее. Я почувствовал...удушье.
Глаза Алессио скользнули по моему лицу, изучая выражение. Он это видел. Он видел все.
Ты гребанный неудачник, прошептал дьявол мне на ухо.
–
Бросаясь вперед, я не думал. Все разумные мысли ускользнули от меня. Я схватил Алессио за шиворот, мои губы растянулись в оскале. Он даже не пошевелился. Он и глазом не моргнул. Он тупо уставился на меня.
– Она не гребаная шлюха, - огрызнулся я ему в лицо. - Перестань говорить так, будто ты все знаешь. Ты. Не знаешь.
– Я не говорил, что она шлюха. Я утверждал, что это ты.
Ублюдок. Впервые в жизни я почувствовал новую ненависть к брату.
– Ты не можешь контролировать свои эмоции. Это тебя убьет. Солоник ударит тебя, прямо в то место, где ты слаб. Запомни это.
– Я знаю, что делать. Мне не нужны твои гребаные лекции, - прошипел я, отпуская его воротник и отталкивая назад. - Как будто ты был лучше.
Алессио сердито посмотрел из-за моих слов и снова поправил воротник. - Я люблю Айлу. Тут есть разница. Ты хочешь сказать, что любишь ее?
– Я…
Блядь.
Дьявол засмеялся на моем плече, потому что не мог удержаться.
Алессио, казалось, ждал ответа.
У меня его не было.
Я не мог...
Мои легкие сжались, и я вдруг почувствовал, что не могу дышать. В груди болело, и я ненавидел это. Ненавидел чувствовать себя так ...
Без контроля. Слишком много эмоций. Нежелательные чувства. Все это было неописуемо.
Когда я не ответил, мой язык стал слишком тяжелым, чтобы произнести хоть слово, Алессио вздохнул и встал. Он бросил на меня мрачный взгляд, но я увидел кое-что еще. Понимание. Может быть, сочувствие.
– Я говорю это не для того, чтобы быть мудаком. Я говорю это, потому что мне не все равно. Ты навредишь себе и ей тоже. Ты не можешь спасти ее. Тебе нужно сосредоточиться на Валентине. Он - твоя цель. Чтобы делать эту работу, у тебя не должно быть никаких слабостей. Отпусти ее.
– Она – моя.
Слова
Он посмотрел…шокировано. Потом на его лице появилось удовлетворение, как будто он что - то выиграл. В его голосе слышался намек на самодовольство. Но это было так коротко, что я убедил себя, что ошибся. Этого не может быть.
Алессио моргнул, его брови изогнулись, а затем взгляд снова исчез, сменившись пустым выражением. Но я видел, как в глубине его глаз закипает гнев.
Все эти годы я жил, защищая Алессио, служа этой семье. Он был моим Королем, а я его верным воином. Он приказывал, и я внимал всем его требованиям.
Я думал, что, может быть...просто может быть, когда придет время, когда мне понадобится его понимание, его помощь, он даст его мне. Он будет доверять мне и поддерживать меня, как я делал все эти годы. Я слепо отдал ему свою преданность.
Не слишком ли много я прошу его отплатить мне тем же? По крайней мере, один раз...
Я думал, что этот момент настанет. В тот момент, когда он обнимет меня за плечи и скажет, что он на моей стороне. Я никогда ничего не просил для себя. Но я подумал, что, может быть, на этот раз он поймет. В конце концов, мы же братья? Верно?
Но Алессио Иваншов...
Я забыл, что он был безжалостен, и его сердце работало только тогда, когда дело касалось его жены и детей.
Все остальные?
Мы были грязью под его ногами.
– Выбирай, Виктор.
– Что? - спросил я, делая шаг назад. Мое сердце бешено колотилось, и мне казалось, что оно вот-вот прорвется сквозь мою грудь.
– Твоя семья или она.
Боль в груди усилилась. Мир для меня больше не был черно - белым. Теперь я лежал в сером, вынужденный сделать выбор.
– Ты просишь меня сделать выбор? Выбрать сторону? Моя верность - твоя, но она…
– Тогда этот выбор не должен быть трудным. Мы или она. Ты не можешь иметь и то, и другое, - сказал он.
– Она невиновна. Не втягивай ее в эту игру, - прошептал я.
– Ты втянул ее в это, когда начал то, чего не должен был делать, - парировал Алессио.
Мои руки дрожали, и мне пришлось сжать их снова, ногти впились в ладони. Оттенок боли заставил меня сосредоточиться.