Маэстро, вы убийца!

Марш Найо

Фокс достал нужную папку и пролистал бумаги.

— Вот, сэр. Кондуктор с того рейса утверждает, что в Боссикоте в автобус сели четверо: женщина и трое мужчин. Насчёт бороды он точно не уверен, но на одном из мужчин была широкополая шляпа и шарф, так что бороды он мог и не приметить. Шляпу с широкими полями мы у Малмсли нашли, но иными доказательствами пока не располагаем.

— Да, это верно. Потом, как тогда быть с его ужином в «Савое» и вечером, проведённым с другом? Нет, это тоже не вяжется.

— Тогда из всех лондонцев остаются мисс Трой и мисс Босток. — Фокс послюнявил палец и перевернул пару страниц. — Вот, нашёл. Все их показания проверены и сходятся. Портье в клубе подтвердил

время их возвращения. Мисс Босток вернулась около часа, а мисс Трой — в двадцать минут третьего. Я беседовал с мистером Беллаской, другом мисс Трой, и он подтвердил, что отвёз её в клуб в это время.

— Насколько он надёжен?

— Впечатление у меня осталось вполне благоприятное, сэр. Он очень волнуется по поводу мисс Трой. Несколько раз звонил, но она не захотела, чтобы он приехал в Татлерз-энд. Он очень открытый и прямодушный — пожаловался мне, что Трой всегда обращается с ним, как с мальчишкой-школьником. По словам портье, ночью ни мисс Трой, ни мисс Босток больше не выходили, но проверить это трудно. Мало ли, может он уснул? Гараж на ночь не запирают. Машина мисс Трой стояла возле самого входа. По словам сторожа, ночью никто не выезжал, но около трех часов он ненадолго отлучался, попить кофе. — Фокс поднял глаза от бумаг, посмотрел на бледное лицо Аллейна и прокашлялся. — Вы только не подумайте, сэр, я вовсе ни к чему не клоню.

— А я и не думаю, — сказал Аллейн. — Продолжайте.

— Как бы то ни было, сэр, окончательно сбрасывать со счётов обеих дам и мистера Малмсли я бы пока не стал. Учитывая, что у мисс Ли, мистера Хэчетта и мистера Ормерина алиби железные, у нас остаются пятеро: достопочтенный мистер Пилгрим, мисс Сиклифф, мисс Трой, мисс Босток и мистер Малмсли.

— Да, — кивнул Аллейн. — О Господи, Фокс, я ведь совсем забыл спросить Батгейта, удалось ли ему чего-нибудь выудить у мисс Бобби О'Доуни. Надо же так опростоволоситься. Хорошо, старина, я пойду к помощнику комиссара, затем настрочу рапорт, а потом мы с вами продолжим наши бдения.

Разговор с помощником комиссара порядком затянулся. Затем Аллейн подготовил рапорт и поехал вместе с Фоксом домой, на Ковентри-стрит. Поужинав, сыщики снова погрузились в изучение материалов.

В одиннадцать часов, когда работа была в самом разгаре, заявился Найджел.

— Ты весьма кстати, — сказал Аллейн. — Я как раз собирался тебя разыскивать.

— Я так и догадался, — скромно произнёс репортёр.

— Налей себе чего-нибудь из бара. Как прошла встреча с мисс Бобби О'Доуни? Я уже видел, что твоя газетёнка тиснула её умопомрачительную фотографию.

— Да, вам понравилось? Мы с ней поладили. Наболтались до упада.

— О чем-нибудь полезном, надеюсь?

— Откровенно говоря, с вашей точки зрения, мой визит прошёл, возможно, и не совсем удачно. Она без конца твердила, что не позволит оклеветать Соню, которая была её закадычной подружкой, да и вообще — настоящим ангелочком. Я сводил её в ресторан и угостил обедом с шампанским, расходы на которое, надеюсь, возместит Ярд. Язык у Бобби развязался, но особой пользы из этого я не извлёк. Я признался, что знаю про попытки шантажировать Малмсли и Гарсию, но, по словам Бобби, все это Соня затеяла просто так, потехи ради. Я поинтересовался, не пыталась ли она таким же образом подшутить над кем-нибудь ещё, на что Бобби, весело похихикав, посоветовала мне «не совать своё рыло в чужие дела». Правда, затем, пару бокалов спустя, рассказала, что Соня взяла с неё страшную клятву о неразглашении, но, едва замолчав, добавила нечто, показавшееся мне важным. Я даже заучил наизусть. Вот: «Теперь понимаешь, дорогуша, почему я, связанная по рукам и ногам такой клятвой, должна помалкивать про пятничный вечер?» И присовокупила, что боится

мести Гарсии. «Если он узнает, что я проболталась, то пришьёт меня с такой же лёгкостью, как и Соню». Вот так, значит, а потом — шампанское иссякло и нам пришлось расстаться.

— Что ж, за шампанское я с тобой расплачусь, — пообещал Аллейн. — Черт бы побрал эту девицу. Держу пари, Фокс, что ей известно, с кем встречался Гарсия в пятницу. Теперь уже ясно, что не с Соней. Соня ведь провела уик-энд у неё. А если не с Соней, то — с кем?

Зазвонил телефон. Аллейн снял трубку.

— Аллейн слушает. Да, Бейли. Что? Понятно. Он уверен? Хорошо. Спасибо.

Он положил трубку и посмотрел на Фокса.

— Дырка в обшлаге плаща Пилгрима прожжена не сигаретой, а кислотой, — сказал он. — Вполне возможно, что азотной.

— Вот это да, — медленно проговорил Фокс, вставая.

— Вот вам и ответ! — вскричал Найджел. — Теперь дело в шляпе. Как на блюдечке, Аллейн, — и мотив и возможность. Тем более, что его видели в ту ночь под окном студии. Мне сразу же показалось, что это не Малмсли, а Пилгрим.

— В таком случае, — сказал Аллейн, — нужно как можно скорее навестить мистера и миссис Паскоу в Боксовере, у которых Пилгрим и мисс Сиклифф провели ночь с пятницы на субботу. Что ж, спокойной ночи, Батгейт. Я настолько признателен за твою помощь с мисс Бобби О'Доуни, что даже не расскажу твоей жене, что ты якшаешься с хористочками и прочими сомнительными личностями. Счастливо.

Глава 19

ОТКРОВЕНИЯ КАПИТАНА ПАСКОУ

В четверг, в одиннадцать утра, по завершении первого этапа дознания, Аллейн подозвал Фокса и, взяв за локоть, увлёк в сторонку.

— Поехали в Боксовер, Братец Лис. Матушка разрешила мне взять её машину — так мы будем меньше бросаться в глаза. Подождите меня там, старина.

Он проводил Фокса взглядом, а сам бегом устремился к боковому выходу, напротив которого Трой как раз усаживалась в свой автомобильчик. Аллейн приближался сзади, поэтому Трой сразу его не заметила. Остановившись возле дверцы, Аллейн почтительно снял шляпу. Трой сидела за рулём, глядя прямо перед собой. Вдруг, словно очнувшись от оцепенения, она повернула голову и, увидев инспектора, вздрогнула. Глаза её удивлённо расширились, но уже в следующее мгновение она улыбнулась.

— Это вы, мистер Аллейн. А я жду Кэтти.

— Я хотел поговорить с вами, — произнёс Аллейн.

— О чем?

— Сам ещё не знаю. О чем угодно. Вам уже получше?

— Да, спасибо.

— Вам конечно тяжело — терпеть в своём доме всех этих людей. Увы, теперь, после этого второго случая, мы не можем их выпустить.

— Ничего страшного. В хорошую погоду мы пишем этюды в саду, а в студии нам теперь позирует мужчина из деревушки. Кэтти же устроилась лучше всех — пишет портрет одного из констеблей в натуральную величину. Да и все уже почти успокоились. Теперь, когда уже окончательно ясно, что Соню убил Гарсия…

Она приумолкла.

— Да, насчёт Гарсии. Вас, должно быть, сразила весть о его страшной кончине?

— Да, для меня это было настоящим ударом. Я вам очень признательна за телеграмму. Но его смерть… — Трой посмотрела прямо в глаза Аллейну. — Боже, какой это кошмар! Я… до сих пор не могу прийти в себя.

— Я знаю.

— Азотная кислота! Я даже не могу представить, чтобы можно было… Умоляю вас, скажите мне правду! Вы и в самом деле уверены, что Гарсия убил её, а потом покончил с собой? Я не могу в это поверить. Это не в его характере. Одно дело — воткнуть кинжал, в порыве необузданной ярости или мести… Но — выпить кислоту! Нет, невозможно. Я помню, как Ормерин однажды плеснул несколько капель азотной кислоты себе на руку. Гарсия был рядом, он видел страшный ожог…