Мадемуазель Каприз

Бэйн Екатерина

И увидела перед собой незнакомого ей человека.

— Мадемуазель, — сказал он, ослепительно улыбаясь, — вы обронили платок.

— Да? — удивилась Валентина и опустила глаза на протянутый ей кусочек ткани, — простите, месье, но это не мой платок.

— О, простите, мадемуазель Лефевр, значит, я ошибся.

— Откуда вы знаете, как меня зовут? — насторожилась девушка, позабыв спросить, почему незнакомец решил, что платок именно ее.

Она еще раз внимательно оглядела его, пытаясь вспомнить,

видела ли его раньше. Память у нее была хорошая, но этого человека она припомнить не могла.

— Помилуйте, мадемуазель, как же этого не знать! Весь Фор-де-Франс твердит о Валентине Лефевр и о ее красоте.

— В самом деле? — переспросила девушка, улыбнувшись.

Комплименты ей, конечно, нравились, но люди, навязывающиеся в знакомые, вызывали подозрение.

В это время ее кавалеры закончили спорить и начали оглядываться в поисках своей спутницы. Заметив, что около нее находится какой-то незнакомый мужчина, они забеспокоились и поспешили к ней.

— Мадемуазель Лефевр?

— А, это вы, господа, — ехидно сказала Валентина, — вы закончили?

— Конечно, — подтвердили они в один голос.

— Хорошо. Месье, позвольте вам представить моих хороших знакомых. Месье Бернар, месье Леру… М-м-м…

— Мистер Джеймс Рэдклифф, мадемуазель, — представился капитан.

— О, вы англичанин, — заметила Валентина.

— Совершенно верно, — подтвердил тот, — я и мой спутник — мы англичане.

Патрик тем временем стоял словно столб и смотрел на Валентину, раскрыв рот. Рэдклифф, оглянувшись на него, чтобы представить девушке, фыркнул и прошептал:

— Закройте рот, Кейн. Эта девушка не про вас.

Он повернулся к Валентине и продолжал:

— Я возьму на себя смелость представить вам, мадемуазель Лефевр, этого человека. Это мой помощник — Патрик Кейн.

— Помощник? — не поняла Валентина, — в чем?

— Я — капитан, а он — мой помощник.

— Ах, вот, в чем дело. Я рада с вами познакомиться, месье Кейн, — девушка протянула Патрику руку в узкой белой перчатке, — или может быть, вам следует говорить "сэр"?

— Не следует, — помотал головой Патрик.

— Хорошо. Я — Валентина Лефевр. Или вы тоже это знаете?

— Нет… то есть, да, конечно. Я… э-э-э…

Он спохватился и осторожно пожал руку Валентины так, будто она была хрустальная. Подумав пару секунд, поднес ее к губам. Валентина прыснула и закусила губу.

— Мы слишком давно не были на берегу, — ядовито заметил Рэдклифф.

— Ну, про вас этого не скажешь, — достойно отозвалась девушка.

Она наконец отняла свою руку у Патрика, который, похоже, впал в прострацию и снова улыбнулась ему, не разжимая губ. Помощник капитана показался ей весьма забавным.

Леру и Бернар стояли рядом и переглядывались между собой, ища способ увести Валентину. На время они из

соперников превратились в союзников и даже перешептывались между собой, как закадычные друзья.

Решив помочь человеку преодолеть неловкость, Валентина задала Патрику самый простой вопрос, из всех ожидаемых:

— Как вам понравился наш город, месье?

— О-очень понравился, — проникновенно прошептал тот, — очень, мадемуазель Лефевр.

— Мистер Кейн преувеличивает, — вмешался Рэдклифф неожиданно, — город как город, самый что ни на есть обычный. Бывают города и получше.

Валентина сперва даже глаза вытаращила, настолько это было неожиданно, невежливо и просто неслыханно. Пару секунд девушка молча переваривала сказанное, а потом ее брови стремительно сошлись в одну прямую черту. Да как он посмел! Сказать такое об ее городе, не посчитавшись ни с правилами приличия, ни с патриотическими чувствами! Да никто еще на ее памяти не говорил ей таких слов!

— Как вы любезны, месье Рэдклифф, — произнесла она столь ледяным тоном, что он способен был превратить любого в айсберг.

Ее кавалеры недоуменно переглянулись и почти одновременно пожали плечами. Легкое чувство ревности, которое охватило их сначала, бесследно прошло. По их мнению, ничто более не могло оттолкнуть Валентину, чем такие резкие слова.

Передернув плечами, Валентина повернулась к своим спутникам и произнесла:

— Проводите меня домой, господа.

— Да-да, уже пора, — спохватился месье Леру, — мы немного задержались.

Девушка холодно кивнула на прощанье своим новым знакомым и прошла мимо с таким видом, что Снежная Королева удавилась бы от зависти.

Леру и Бернар с готовностью направились вслед за ней, окинув вышеуказанных презрительными взглядами.

— Ну, черт, — пробормотал Патрик, глядя им вслед, — зачем вы обидели девушку, капитан?

— Ничего, заносчивым особам это только на пользу, — отозвался тот.

— Но мисс Лефевр вовсе не заносчива.

— Да-а? Правда? — протянул тот насмешливо, — нужно было внимательнее ее слушать вместо того, чтобы пялиться, раскрыв рот. И что такого особенного вы в ней нашли?

— Она очень красива, — утвердительно заявил Патрик, — и вы должны это признать. Трактирщик оказался прав.

— Ну и что из того? — с раздражением фыркнул Рэдклифф, — Мало ли красивых женщин на свете! Неужели, из-за них нужно выставлять себя таким идиотом, как вы?

Кейн насупился, но от данной темы не отступал.

— Значит, вы признаете это? То, что мисс Лефевр красива?

— Да что же вы ко мне привязались, Кейн? Какое это имеет значение? Ну, красива, ну и что? Зато заносчива, капризна и спесива. Много о себе мнит.

— Так вам она не понравилась? — не без задней мысли спросил помощник.