М.И.

Дмитриев Андрей

Глава шестая

Умирать вообще неприятно. А в этой игре даже скорее обидно.

Барин сначала увидел, как злобный гоблин зарубил в несколько ударов Гимли. Уже без хитрых выкрутасов, а просто помахав своей катаной из стороны в сторону так, что в центре траектории движения клинка всегда находился лысый гном. Будто пощечин надавал. Хитпоинты Гимли в четыре скачка опустились до нулевого значения. И тот синим мерцающим облачком (вблизи оказалось

очень даже красивое зрелище) будто лопнул. Молот гулко ударился о землю, но увидеть это помешала густая растительность лиан.

Гоблин обратил внимание на Барина. И басовито произнеся:

– Будете знать на кого гавкать!
– Провел колющий удар в переносицу гнома-чародея.

Кажется, он даже вскрикнул от испуга. Но своего голоса не услышал.

Весь мир посерел. Барин бесплотным духом взмыл вверх примерно на метр. И уже с этой точки мог оглядеть бывшее поле боя.

Пятисекундное посмертие, дающее возможность понять, как ты умер. Не особо оригинальная фишка игры показывала, кто нанес последний удар по твоему персонажу. Особенно востребованная в клан-варах, где сразу и не поймешь с какой стороны по тебе прошел последний урон. То ли вражеский лучник пустил в тебя шальную стрелу, то ли кто-то нанес подлый удар в спину. Для Барина, сейчас находившегося в «сером мире», только гоблин подсвечивался ярко-алым цветом. А его никнейм расплылся чуть ли не на треть обзора. «Рик Кровавый», - сообщала надпись, как бы намекая, что надо записать эти буквы в отдельный блокнотик и в будущем обязательно отомстить.

Гоблин повернулся и стал шевелить губами, обращаясь к подлетевшей маленькой серой тени. Звука слышно не было.

А после весь мир погрузился в темноту. И через секунду всплыли белая надпись и пара двухзначных цифр. «Ваш персонаж умер. Возрождение будет возможно через 59:57». Последняя цифра каждую секунду уменьшалась. Ну, все понятно, час штрафа. Барин потянулся взглядом к колесику с настройками. То оказалось на месте.

Михаил кликнул по кнопке «Выход». Практически сразу «всплыл» его рабочий стол. И через секунду раздался мелодичный перезвон, а в поле обзора появился значок вызова по программе связи. На табличке входящего звонка было написано: «Групповая конференция. Петро, qwerty, Евгетус». Михаил, уже представляя, что сейчас услышит, нажал на зеленую кнопку приема вызова.

– ... Какого хера!
– Услышал он конец фразы Евгения.

– Миша с нами, - раздался серьезный голос Паши. Видать, он заведовал сбором голосовой конференции.

– Миха! Ты понял, что сейчас произошло?!
– Распылялся Евгений.
– Вильз, нас кинул!

– Крысеныш!
– Также зло поддакнул Паша.

– Еще отдать хотел шкуру Степного этим красноперым, ссыкло!
– Михаил понял, что пора успокаивать своих товарищей. А то скоро поступит предложение ехать всем вместе бить морду предателю.

– Успокоились!
– Повысив голос, постарался как можно внушительней сказать Михаил. Все на секунду притихли, и он продолжил.
– Вы пока ни хера не понимаете. И я тоже. Но с ходу такими словами кидаться не стоит. Где Вильз... тьфу ты! Витек.

– Да

в игре эта гнида еще!
– Все же не стал успокаиваться Паша.
– Вон значок неактивный.

– Паша! Хорош такими словами бросаться! Еще раз говорю. До деревни десять минут бегом примерно. Я думаю, он сейчас уже должен появиться. Вот все и объяснит.

– Что объяснит? Что он трус и дезертир?
– Хоть чуть-чуть спокойнее, но все же зло ответил Евгений.

– Хотя бы не орк болтливый!
– Уже зло бросил Михаил.
– Сам-то какого рожна стал языком трепать, как только того длинноухого увидел? Те пэкашеры прошли бы мимо, если б не твое неадекватное поведение.

Евгений обиженно замолчал. Но видать смысл слов достиг своей цели. И тот тоже почувствовал свою вину.

– Болтливый, не болтливый. Но бросать друзей в драке это... Неправильно.
– Паша тоже стал подбирать слова. Что уже не могло не радовать.

– В реальном мире, да, - также сбавляя тон, ответил Михаил.
– Но то игра. А в ней Витек больше нашего понимает. Так что еще раз говорю, давайте его дождемся. Все, я курить!

Михаил вжал кнопку выхода из виртуальности.

Зло стянув шлем с головы, он почувствовал, что шея все равно затекает. Хоть тело так не ныло, как при первом выходе из игры. Матрас оправдал надежды и был гораздо удобнее дивана. Встав на ноги, Михаил понял, что его последним словам не суждено осуществиться. Сигарет дома не было, и потому он почувствовал большое раздражение. Довели, что называется.

Вращая шеей из стороны в сторону, разминая затекшие мышцы, Михаил отправился на кухню. Желая хоть как-то занять требующие сигареты руки, он решил отвлечься, наполнив чайник и поставив на газовую плиту. Вернувшись через минуту к компьютеру, он подвинул к нему стул и надел на голову наушники со встроенным микрофоном. В голосовом чате царила тишина.

– Я тут, - сказал Михаил, удобнее устраиваясь на компьютерном стуле.

– Так быстро покурил?
– Уже более спокойным голосом поинтересовался Евгений.

– Да нету дома сигарет, - страдальчески произнес Михаил.

– Ну и нечего травиться, - первый раз за эту конференцию подал голос Петрович. Разговор пошел в обыденном русле, о вреде и удовольствии от сигарет. Примерно через полторы минуты Паша воскликнул:

– О-о! Витек из игры вышел! Добавляю в конфу.

Все напряженно замолчали. Раздался какой-то слабый треск, а после все услышали радостный голос Витька.

– Фуух! Еле успел до деревни добежать! Гоблин тот быстрый оказался, чуть не догнал.

Михаил сразу же взял слово, не давая возможности открыть рот их обидчивым товарищам.

 - Вить, ты не мог бы нам попроще объяснить, что там произошло?
– Стараясь сохранить нейтральный тон, сказал Михаил.

 - Что произошло?
– Удивился Витек.

 - То, что ты сбежал как...!
– Выкрикнул Евгений, но все же сдержался в последнем слове.

 - Че?! Как кто?!
– Сразу же набычился Витек.

 - Так!
– Влез в зарождающуюся перепалку Михаил - Женек! Пожалуйста, помолчи. Дай Витьку нам объяснить.