М.Е.Р.Ф.И.
Шрифт:
Внезапно Хейн улыбнулся и непринужденно поправил очки. Ему стало совершенно наплевать. Он уже пришел сюда, на верную смерть, так чего тянуть? Лишь бы поскорее решили, а то стоять порядком наскучило, да и очередь явно начала нервничать.
— Проходите, — протянув Хейну планшет, контролер с красной повязкой указал на выход. — Вы «чисты».
Округлив глаза, парень машинально спрятал планшет и вышел на улицу, где приплясывал успевший замерзнуть Лука.
— Я уж решил, что тебя не отпустят, — отправив в рот жвачку, пробормотал тот. Холодный ветер пробирал до костей, и парень
— Почему?
— Когда ты зашел, газ как-то странно задвигался, мне даже показалось, что он станет красным. Но контролеры ничего не заметили, так что, наверное, все в порядке, — стуча зубами, едва различимо ответил Лука. — Пошли выпьем?
— Пошли, — улыбнулся Хейн. Он свободен еще на три месяца, это стоит отметить.
***
— Значит, ты тоже «чист»? — игриво спросила Луиза, легко массируя плечи Хейн. Откинув голову назад, он улыбался с закрытыми глазами, однако очки так и не снял. — Это нужно отметить.
За окном царила на удивление тихая, почти безмолвная ночь, прерываемая лишь звуками далекой сирены. Легкий туман змейкой вползал в приоткрытое окно, разбавляя воздух слабым запахом асфальта и озона. Девушка сидела на столе, временами болтая ногами, и улыбалась. Без косметики ее лицо было похоже на лицо ребенка — слегка припухшее и нездоровое, излишне бледное. Волосы она убрала в круглый пучок на виске.
— Я уже отметил с Лягушонком, — прошептал парень, приоткрыв глаз.
— Я не про вашу пьянку, — наморщила носик Луиза, прижимаясь щекой ко лбу любимого. — Я про нашу кроватку.
— Женщина, да ты маньячка, — засмеялся тот, с размаху вонзая когти в бедро Луизы. Взвизгнув, та дернулась, пытаясь отползти, но Хейн лишь засмеялся и сжал пальцы в кулак, вырывая из ее тела кусок плоть.
Сухие губы жадно коснулись мяса, собирая с него кровь, и парень краем глаза заметил на костяшках воспалившиеся волдыри. Прижав пальцы к ране, он надавил на нервы, слушая плаксивый, замученный хрип сползающей на пол Луизы. Черные глаза расширились и потускнели от боли, пальцы скользили по бедру, стараясь зажать рану, но Хейн мягко сжал запястья, заводя ее руки за спину. Растекающаяся по столу кровь алой нитью протянулась до пола, отливая металлом в свете неоновой лампы.
— Я не про вашу пьянку, — наморщила носик Луиза, прижимаясь щекой ко лбу любимого. — Я про нашу кроватку
— Женщина, да ты маньячка, — засмеялся Хейн, открыв глаза. Та погрозила ему пальцем и прищурилась, демонстративно облизав губы.
Поднявшись, парень подхватил на руки засмеявшуюся девушку и быстро пронес в спальню, бережно опустив на кровать. Заколка выпала из ее пучка, освобождая водопад волос. Покрытая пятнами футболка слегка задралась, широкий ворот обнажил плечо, под тонкой шершавой кожей которого остро выделялась ключица. Вытянув руки, Луиза звонко засмеялась, и Хейн опустился на колени возле кровати, касаясь губами ее плеча. Холодные пальцы плавно пробежали по открывшейся шее, затормозив на бьющемся пульсе. Частые удары заворожили парня. Сквозь темные очки без труда пробивался голодный блеск.
Короткий взмах, и тело девушки выгнулось, как марионетка.
— Мне нужно больше!
Открыв глаза, Хейн вздрогнул и тут же ощупал руки. Кожа была чиста, нигде ни малейшего следа волдырей или покраснения. Ногти и зубы в полном порядке, шума в ушах и красного тумана нет. Черт, неужели тоже сон?
— Эй, Хейн, ты чего? — позвал его знакомый голос, и парень, поморгав, поднял глаза. Напротив него сидел Лука, глядя на удивленного друга поверх очков. — Что случилось?
Помотав рукой, тот сделал несколько глотков, подавился и закашлял, нагибаясь к столешнице. Обеспокоенный Лука постучал друга по спине, но тот вскочил и бросился на улицу, держась за стены. Его мутило и пошатывало, земля явно пыталась сбросить с ног, но тот целенаправленно следовал к двери, огибая толпящихся посетителей. Ночной воздух слегка привел Хейна в чувство, и он прислонился спиной к стене, закрыв глаза.
— Хейн, погоди! Куда ты? — вскочивший Лука активно протискивался между людьми, но догнать друга не удавалось. Тот быстро удалялся, и Лягушонок боялся потерять его из виду. — Да что случилось, Хейн!
Но тот явно ничего не слышал и даже не обернулся. Секунда — и Хейн уже топчется возле двери, а Лука все еще застрял на середине пути! Выругавшись, тот заработал локтями, распихивая посетителей, но, выпав на улицу, лишь озадаченно почесал в затылке: Хейн успел исчезнуть. Куда же он направился? Может, домой?
Прижав ладонь к гарнитуре, Лука попытался соединиться с ним, но вызов сорвался. Вторая попытка закончилась точно также.
— Черт возьми!
Топнув ногой от злости, парень прошел вперед и свернул за угол, решив дойти до дома Хейна. Даже если тот пошел другим путем, и они разминулись, ночевать он все равно придет под бок Луизы, можно подождать его там. Поправив рюкзак, Лука шагнул в полумрак, внимательно глядя под ноги. Не хватало еще споткнуться и упасть в лужу.
Чья-то тень мелькнула за его спиной, заставив парня резко развернуться. Он практически ничего не видел, но голодный, ледяной взгляд чувствовал всей кожей. Незнакомец застыл или ушел, но неприятное ощущение слежки осталось. Сглотнув, Лука неуверенно шагнул в сторону, коснувшись рукой стены, и не заметил, как высокая тень выросла за его спиной.
Острые когти пробили ладонь насквозь, пригвоздив ее к зданию. Открывший было рот Лука смог лишь сдавленно промычать: вторая рука быстро накрыла его губы, не давая позвать на помощь. От резкого движения очки упали на землю и жалобно хрустнули под ногой напавшего. Подняв голову, Лука в ужасе округлил глаза, не в силах поверить в происходящее: над ним возвышался Хейн, сквозь черные очки которого белыми точками горели голодные глаза. Сжимавшая лицо Лягушонка ладонь резким движением разорвала его рот, растянув гримасу почти до ушей.