М. С.
Шрифт:
Адвокат просто с обворожительно нежной улыбкой смотрит на свидетеля. Слегка пьяная Софи похихикивает в кулак. Бестия невозмутима. Ей тоже всё ясно. Сейчас свидетеля вынесут. Вперёд ногами.
— А известно ли вам, что императорская канцелярия в своём делопроизводстве использует не общегражданский счёт, а счёт от года высадки. И год рождения Марины указан именно по этому летоисчислению, то есть ей сейчас еще нет и 11 лет. Кстати, вот другие документы из императорской канцелярии, подтверждающие это. Обратите внимание на цифры, год рождения здесь указан по обоим летоисчислением, а справка, выданная вам является неофициальной, и в них всегда используется только старый
В зале становится заметно оживлённей. И что здесь за идиоты собрались? Неужели кроме них троих об этой традиции не знает? Похоже, что так. А император, значит, и нашим, и вашим. Хитёр! Только гражданская война слишком плохое время для всяческих прохиндеев.
Адвокат между тем продолжает.
— Распространение наркотиков доказать невозможно, ибо судя по всему, упоминавшиеся лица Марины Саргон никогда не видели, и опознать её не смогут, к тому же моя подзащитная является неправоспособной, и может выступать на суде только в качестве свидетеля или потерпевшей, но никак не обвиняемой, что следует из статьи 98/4 уголовного кодекса. А что до венерических заболеваний…
Адвокат догадывался, о том, в чём ещё могут обвинить М. С., а заодно и Марину (благо публикации в газетах давали слишком много поводов к этому, а грязи на этом суде на всех и вся и без того вылито выше крыши, и сомнений в том, что перед чем-либо остановятся, отсутствуют полностью) и он посоветовал Софи сводить Марину к гинекологу, а заодно и к другим врачам, и получить справки о её полном здоровье. Эти — то справки он сейчас и предъявил. А затем любезно замечает:
— И вам вообще не приходило в голову, как это 29 летняя женщина может иметь 18 летнюю дочь, конечно, я не биолог, и не физиолог, но…
Последовал буквально звериный рёв: 'Это клевета!!! ', а адвокат невозмутимо продолжил.
— Из чего следует вывод, что всё вышесказанное свидетелем обвинения является сознательной дачей ложных показаний, и должно быть наказано по статье 48/4 пункт 2 Уголовного кодекса, а также клеветой и оскорблением чести и достоинства моего клиента, о чём я делаю соответствующее заявление, и что должно быть рассмотрено в соответствии со статьями 78/3 пункт 5, и 56/4 пункт 1 Уголовного и Гражданского кодексов.
После этих слов свидетель с воплем бросилась на него. Бывший десантник изящно увернулся, и завывающая мегера попросту врезалась в судейскую трибуну. Трибуна мраморная. Устояла. Свидетеля урезонили санитары. В общем, вчерашнее судебное заседание закончилось более чем весело.
И сегодня веселье, похоже, должно продолжиться.
Вопросы сначала заданы вполне стандартные, вроде, когда она последний раз видела свою мать. Ответы Марины не представляют интереса, ибо уже допрашивались свидетели, видевшие М. С. через два дня после боя на аэродроме, где её последний раз видела Марина.
Далее должно было начаться самое страшное (в смысле тяжести этих вопросов для свидетеля)- то что кочевало по всем бульварным и не очень газетам — обвинение М. С. в растлении малолетних, в том числе и собственной дочери, вернее её-то в первую очередь. Доступ к сенсационным фотографиям адвокат имел, и все экспертизы подтвердили их подлинность, Софи и Бестия знали о существовании этих снимков. Софи разорвала их, даже не
Сегодняшнее заседание суда должно было стать сенсацией. Оно им и стало, только не так, как ожидалось. Началось с того, что Марина попросила слова. Предоставили.
Таракан настороженно заворочал усами. Кажется, почуял опасность. Только вряд ли уйдёшь от крючков на лапках богомола.
Адвокат насторожился, когда Марина попросила принести аппарат для просмотра фотоснимков. Принесли. И началось.
— Сейчас этому дур дому, именуемому судом, будет продемонстрирован ряд фотографий. Возможно, их и так сегодня продемонстрировали бы, но я всюду обожаю быть первой. Она достала из принесенного с собой школьного портфеля большой бумажный пакет и сказала:
— Показывайте, пожалуйста, все подряд, затем отложите снимки за N4, 6, 13, 17, 22 и 30.
Началась демонстрация тех самых снимков. В зале поднялся возмущённый ропот. Кажется, кого-то стошнило. Софи обхватила голову руками и не смотрит на экран. Детскую порнографию смотреть не каждый в состоянии. Однако, Марина смотрит, и при этом демонстративно позёвывает. Когда просмотр завершился, она обратилась к обвинителю.
— Если я не ошибаюсь, эти снимки фигурируют в качестве вещественных доказательств против моей мамы?
— Да. — сипит прокурор. Кажется, лапки вонзились в жирное брюхо. Начинается поедание. Живьём.
— И они все признаны подлинными, в том смысле, что монтажа и ретуши не проводилось.
— Да. — продолжает сипеть. Дергающая усами тараканья рожа видит приближение к своему брюху треугольной головы на длинной шее с огромными ледяными глазами. И мощными челюстями. Сейчас они заработают.
— И они сделаны от 16 до 5 месяцев назад?
— Да. — сипение изменило тональность. Кажется, на мундире отлетела верхняя пуговица. Лицо приобретает багровый оттенок. Кажется понял, куда попал, и насколько легко из этих, вроде бы не слишком мощных лапок, вырваться.
— Прекрасно, а теперь я собираюсь доказать, что это подделка, и ничего больше, а вы все козлы.
Покажите, пожалуйста, 6 и 13 снимки.
Затем Марина подходит к экрану и взяла указку.
— Займёмся ликвидацией безграмотности у слепых. Женщина на этом снимке некоторыми непарнокопытными объявляется моей матерью. На первый взгляд лицо похоже, сиськи — что надо, всё остальное — тоже конечно, не мировой стандарт, но весьма неплохо. Но, неувязочка. Левая грудь на снимке видна совершенно чётко. Грудь как грудь, но у моей мамы вот здесь калёным железом выжжена пятиконечная звезда. Наколку в виде гадюки Еггтов на правой руке вы подделать не поленились, но пеньки, у мамы на правой руке, на плече еще одна наколка- оскаленная волчья голова, а под ней на ленте группа крови и звание- такая наколка есть почти у всех танкистов из полков прорыва. А здесь её нет. И если на то пошло, то в её книге эта наколка упомянута. А гадюка Еггтов на руке из-за ожогов почти сведена, и её почти не видно. Далее. Ваша любимая М. С. всё время ходит в перчатках. Святая правда, мама их, действительно часто носит, но это не форс, у неё были очень сильные ожоги, остались следы, кстати, не только на руках. И ногтей у ней на правой руке попросту нет. Вырвали. Субъекты вроде вас — Шум в зале. Грохот судейского молотка. Кривая ухмылка Бестии. Нервный смех Софи. — А куда всё это с ваших снимков подевалось, спрашивается?