М. С.
Шрифт:
— Ты здесь довольно долго не была, и о многом не знаешь.
— Это не моя вина.
Разговор происходит в загородном особняке Кэрдин. Родовом, из замка времен Первых Еггтов перестроенном. В отличии от Марины, Кэрдин и не думала отказываться от весьма приличного состояния Главы Дома Ягров. Любит несостоявшаяся императрица пожить красиво. А это всегда стоит немалых денег.
— Я не о том. Внутриполитическая ситуация в нашей стране из-за войны резко ухудшилась. Понимаешь, резко. Первое, что всплыло сразу после войны — что делать с демобилизованными.
Их ведь около двадцати пяти миллионов человек. Двадцать пять миллионов молодых,
А этот контингент — потенциальный горючий материал. Все политические партии усиленно вербуют среди них сторонников.
Ситуацию усугубляет требование так называемой 'интеллигенции' о всеобщей амнистии.
До тебя доходит! Всеобщей! Они с ума посходили или как? Там же несколько миллионов человек! Да в городах такое начнётся!!! О чём они думают!!!
– вечно невозмутимая Кэрдин почти кричит. Марина вполне понимает её чувства. История повторяется! И уже в который раз. А Бестия словно обмякла, и менее нервно продолжает.
— Карточную систему ещё несколько лет невозможно будет отменить в принципе. У нас очень сильно сократилось производство зерна.
— Не уловила. — Марина действительно поражена. Грэды вполне обеспечивали свою огромную страну только за счёт не подвергшихся влиянию войны регионов. И даже во время войны излишки зерна по дешёвке сбывали союзникам. Должно было произойти нечто действительно из ряда вон выходящее, чтобы у грэдов начались проблемы с зерном. Однако, это что-то произошло, и все в курсе, кроме неё.
— Чужаки. Они что-то такое распыляли над основными сельскохозяйственными регионами. Очень сильно снизилось плодородие почвы. А то, что вырастает, — как правило, ядовито. Над проблемой работают несколько институтов. Кое-чего добились, но чтобы восстановить землю надо вносить в больших количествах специальные препараты. Пока мы их производим очень мало. Строятся, конечно заводы, опять же, рабочие места… Но людям-то элементарно жрать надо сейчас.
Поголовье скота тоже сократилось очень здорово: опять же по милости тех же самых чужаков появилась масса новых заболеваний. И самое интересное: они похоже, сознательно не применяли биологического оружия, действующего на людей. Они, уроды ушастые, хорошо поняли связь между поголовьем коров и поголовьем тех, кто ими питается.
В сельском хозяйстве чёрт знает что твориться. И по их, и по нашей вине. За столько лет войны почти все заводы только бронетехнику да тягачи гнали, гнали и гнали. А тракторов не делали почти. Ну, вот и пригнали. Машинный парк страшно обветшал, за столько-то лет! С конским составом ещё хуже. Тракторов не хватает просто хронически.
— Так тягачи-то в сельское хозяйство передать можно в качестве тракторов.
— Угу. Передай АТ-20 или АТ-18 много там от него толку будет? Оба здоровые, гаубицу в 210 или тяжёлый танк запросто с места сдвинут,
Лёгкие вот тягачи вот и так все из армии передали. На них хоть как-то пахать можно. Заводы на производство сельхозтехники сможем переключить не раньше осени. А при откровенном саботаже некоторых министерств, то и позже. А нужны они сейчас. Производство сельхозтехники приравняли к военным заказам. Выполнять в первую очередь — и саботаж. Уже и так при половине министров по моему уполномоченному с чрезвычайными полномочиями сидит. И следит за ними, и подгоняет их, а то и за них работает.
— Прямо институт комиссаров во всей красе!
— Да тут не комиссаров, тут ревтрибуналы с правом расстрела без суда и следствия впору вводить!!!
– буквально заорала Бестия. — Это ведь просто чёрт знает что такое!!!
У мирренов, да и всех остальных, ситуация не лучше. Если не хуже. Слыхала, наверное, что в начале войны мобилизовали большое количество всевозможных траулеров и прочей рыболовецкой дребедени, и переделали их в тральщики. Так вот, сейчас ситуация с точностью наоборот: мин ещё полно, но практически все тральщики разоружены и переоборудованы в рыболовецкие суда. Анекдот! Но иначе не выжить. Всякие зелёные воют как неизвестно кто — прекратить хищническую эксплуатацию морских ресурсов. Сохранить природные богатства. Все довоенные квоты на вылов рыбы давно уже превышены в десятки раз. Ну, не понять этим убогим, что мы в первую очередь должны сохранить людей, а не сельдей. Китов, кстати, тоже стали бить по страшному. Даже компанию в прессе пришлось организовать 'О пользе китового мяса' . Ничего, народ и к этому приучить можно, голод не тётка, а в море эти паразиты ничего насыпать не додумались.
И следствие всего этого — очень сильно сократилось потребление мяса, муки, масла и тому подобного на душу населения. Здоровых детей рождается всё меньше и меньше. Вообще, рождаемость сильно снизилась, но к счастью, она пока ещё выше смертности. Опять, блин, послевоенный всплеск! А недостаток питания уже довольно сильно сказывается. Призывники по своему физическому развитию гораздо слабее тех, что были лет десять или пятнадцать назад.
И это притом, что несмотря на проблемы с зерном, очень сильно увеличилось производство и потребление спиртных напитков. Вроде как у нас уже который год бюджетный дефицит, и надо увеличивать бюджетные поступления. А народ откровенно спаивают! И кто — первые лица государства!!!
— Монополия на производство пищевого спирта ещё действует?
— Да. Даже у нашего идиотизма ещё есть какие-то границы. Кто же это будет сам себя лишать доходов? Пусть, и довольно грязных.
— Да видала я таких… министров с позволения сказать. И тоже, кстати, в стране, где с пьянством так сказать, есть некоторые проблемы. Можно даже сказать, почти наши проблемы. Народу в результате этого была перетравлена масса. А общее потребление этого дерьма выросло в разы. Пить чуть ли не с двенадцати лет начинают. И вроде, даже раньше. И это только одна из многих граней их кризиса. Они ведь не только монополию на пищевой спирт отменили…