М значит Магия
Шрифт:
– Я у детей ничего не покупаю, – отрезал Эбенезер Болгер.
Бод вынул руку из кармана и положил на засаленный прилавок брошь. Болгер скользнул по ней взглядом, потом стал ее разглядывать. Потом снял очки, взял окуляр и вставил его в глаз. Включив небольшую настольную лампу, торговец рассмотрел брошь внимательнее.
– Змеиный камень? – спросил он не у мальчика, а у самого себя, снял окуляр, снова нацепил очки и с мрачным и подозрительным видом уставился на маленького продавца.
– Откуда у тебя это?
–
– Ты украл ее. Ты спер ее из музея или еще откуда-то, да?
– Нет, – решительно ответил мальчик. – Вы ее купите, или мне пойти к другому торговцу?
С лица Эбенезера Болгера мгновенно слетело выражение безразличия. Внезапно он почувствовал слабость. И широко улыбнулся.
– Прости, – сказал он. – Не так-то часто встретишь вещь, подобную этой. Разве только в музее. Она мне определенно нравится. Вот что я тебе скажу. Почему бы нам не сесть и не выпить по чашечке чая с печеньем, в задней комнате у меня есть коробка с шоколадными бисквитами. Там и решим, сколько может стоить эта вещица. Согласен?
Бод испытал облегчение от того, что этот человек вдруг сменил гнев на милость.
– Мне должно хватить на покупку камня, – сказал он. – Надгробья для моего друга. Вернее, она не совсем мой друг. Вернее, вообще не друг. Просто это одна моя знакомая. Однажды она вылечила мою ногу.
Эбенезер Болгер, не прислушиваясь к бормотанию мальчика, провел его за прилавок и открыл дверь кладовки, где хранился товар. Это было малюсенькое помещение без окна, доверху заполненное штабелями картонных коробок с хламом. В углу стоял огромный старинный сейф, лежала коробка со скрипками, были свалены в кучу чучела животных, стулья без сидений, книги и гравюры.
Прямо за дверью стоял небольшой письменный стол, Эбенезер Болгер взял единственный целый стул и сел на него, Бод остался стоять. Эбенезер порылся в ящике, где, как успел заметить Бод, стояла недопитая бутылка виски, достал почти пустую пачку печенья и протянул ее мальчику. Потом включил лампу, снова посмотрел на брошь, на красно-оранжевые отблески в камне, на металлический обод оправы. При виде странных змеиных голов торговца пробрала дрожь.
– Это старинная вещь, – сказал он. – Она (бесценна, – подумал он про себя), возможно, ничего и не стоит, я не могу так сразу определить.
Бод сник. Эбенезер Болгер постарался придать лицу ободряющее выражение.
– Просто, прежде чем дать тебе хоть пенни, я хочу убедиться, что она не краденая. Ты взял ее в мамином комоде или стащил из музея? Ты можешь сказать мне. Я тебя не выдам. Просто мне нужно это знать.
Бод покачал головой. Его рот был занят печеньем.
– Где ты ее взял?
Бод не отвечал.
Эбенезеру Болгеру очень не хотелось выпускать из рук брошь, но он положил ее на стол и толкнул в сторону мальчика.
– Если ты мне не скажешь, – проговорил
Бод забеспокоился. Потом сказал:
– Я нашел ее в одном старинном склепе. Но я не могу сказать, в каком. – Он осекся, увидев, что выражение дружеского участия сменилось на лице Эбенезера Болгера возбуждением и алчностью.
– А там еще такие есть?
– Если вы не хотите это покупать, я найду кого-нибудь другого. Спасибо за печенье.
– Ты спешишь, да? Небось, мамочка и папочка уже ждут тебя не дождутся?
Бод покачал головой и сразу же пожалел, что не кивнул.
– Отличненько, значит, тебя никто не ждет. – Эбенезер Болгер прикрыл ладонями брошь. – А теперь ты мне скажешь, где именно ты ее нашел.
– Я не помню, – ответил Бод.
– Слишком поздно, – сказал Эбенезер Болгер. – Подумай хорошенько, откуда она у тебя. Потом, когда подумаешь, мы с тобой поговорим, и ты мне все расскажешь.
Он встал, вышел из каморки, закрыл за собой дверь и запер ее огромным железным ключом.
Торговец раскрыл ладонь, посмотрел на брошь и алчно ухмыльнулся.
Над дверью лавки зазвенел колокольчик, давая знать о том, что кто-то вошел, Болгер затравленно посмотрел на вход, но там никого не было. Просто дверь слегка разболталась. Болгер закрыл ее покрепче и перевернул табличку у входа на сторону «Закрыто». Ему не хотелось, чтобы сегодня кто-то мешал.
Осенний день из солнечного стал пасмурным, и окна магазинчика покрылись мелкими капельками дождя.
Эбенезер Болгер поднял трубку телефона, стоявшего на прилавке, и чуть дрожащим пальцем нажал несколько кнопок.
– Я нашел золотую жилу, Том, – сказал он. – Дуй сюда как можно быстрее.
Бод понял, что попал в западню, как только услышал звук запираемого замка. Он чувствовал себя ужасно глупо из-за того, что оказался взаперти, злился, что не поверил первому впечатлению и не сбежал отсюда сломя голову, лишь увидев лицо этого пройдохи. Он нарушил все мыслимые законы кладбища, все пошло не так. Что говорил ему Сайлас? А Оуэнс? Бода охватывала паника, но он постарался взять себя в руки, поглубже загнав беспокойство. Все будет хорошо. Бод знал это. Ему просто очень нужно выбраться отсюда.
Он внимательно оглядел кладовку. Сюда вела только одна дверь.
Бод открыл ящик стола и нашел там лишь небольшие тюбики краски (такой обычно подкрашивают антикварные вещи) и кисточку. Интересно, ему удастся выстрелить краской продавцу в лицо, ослепить его на несколько минут и убежать? Бод открыл крышечку и выдавил немного краски себе на палец.
– Что ты делаешь? – прямо над ухом раздался чей-то голос.
– Ничего, – ответил Бод, завернул крышечку и отправил тюбик в огромный карман своей куртки.