Лжедмитрий. Игра за престол
Шрифт:
Дмитрий взял в руку пуффер и рывком проскочил в окно [29] . Продвинулся вперед. Занял позицию. Достал второй пуффер.
Влезший за ним Хосе разблокировал дверь, пуская остальных.
Быстро добили раненых.
Передав пуфферы Густаву, Дмитрий принялся перезаряжать рейтпистоли. Их главное ударное оружие. Мощное и крайне эффективное. Особенно накоротке.
– Эй! – крикнул Дмитрий. – Сдавайтесь!
– Иди к черту! Выродок!
– Я сдам вас в разбойный приказ! Чего вам бояться? Попытают немного да
29
Размер окон в те годы – признак статуса. Крестьяне могли вообще окон не иметь или довольствоваться «бойницами». В то время как Московская торговая компания англичан была в Русском царстве самым богатым торговым домом. И дом имела с подходящими для такого положения окнами.
– Да кто тебя слушать будет!? Дурак! Мог бы царем стать! А так – сдохнешь, как собака! Мы уже послали за подмогой. Скоро подойдут и перебьют тебя и твоих прихлебателей!
На что Дмитрий хмыкнул и пожал плечами. Дескать, и такое может быть. А наемники окончательно убедились в том, что этот парень не врал.
– Что делать будем? – тихо спросил Хосе.
– Выкуривать этих сидельцев. Закрыть ворота! Если к этим подойдут казаки, будет туго. От десятка легко отобьемся. А вот если полусотня нагрянет – беда.
Хосе кивнул. И сразу два немца бросились к воротам.
– Так, – продолжил Дмитрий. – Расчищайте пол. Нужно ничего не сжечь лишнего.
– Сжечь? – удивился Густав.
– Пожар – дурная идея в деревянном городе. Мы на земле гнилушек навалим и подожжем. Дыма много. Огня мало. Но этим, – кивнул он наверх, – хватит. И да. Нужно зарядить пищали тех казаков. Все зарядить. Как полезут – поохотимся!
Наемники приободрились.
Хороший план. И брюхом на клинки лезть не нужно.
Сказано – сделано.
Однако минут через десять пришлось прерваться. За воротами послышался топот. И кто-то заколотил в створки со всей дури. Минута. Другая. И над сплошным забором показалась первая голова казака.
Бах!
Дмитрий с такой дистанции из штуцера не промахнулся. Голова разлетелась как спелая тыква.
С той стороны затихли.
Минуты две спустя с дальнего края забора аккуратно выплыла еще одна голова с чубом.
Бах!
И ее постигла та же участь.
Вновь затихли. Разве что бегали туда-сюда. Явно готовились к чему-то.
Дмитрию это совсем не понравилось. Он оттянул своих людей на первый этаж терема. Заблокировал дверь. Подпер баррикаду, идущую на верхние этажи, со своей стороны. И приготовился к отражению общей атаки. Великого ума не требовалось, чтобы понять – лестницы ищут, чтобы махом перевалить и взять в сабли. Судя по топоту, там десятка три человек или четыре. Может, больше.
– Вот и все, – тихо произнес Дмитрий, усмехнувшись. – Повоевали. – А потом громко: – Эй, люд лихой!
– Чего тебе? – ответили ему спустя довольно долгую паузу из-за забора.
– Сколько эти христопродавцы вам дали?
– Хочешь дать больше? – со смешком поинтересовался тот же голос.
– А может, один на один кто со мной? А? А потом по домам?
– Мы уже знаем, что ты хорошо
– По очереди? – нервно хохотнул Дмитрий.
– Пожить хочешь? – поинтересовался с той стороны новый голос.
– Да куда мне, – фыркнул Дмитрий. – Не вы – так кто другой. У меня теперь каждая кочка во враги метит. Кто зипун с меня содрать хочет, кто – кровь пустить. Такие долго не живут!
– А чего отказался народ подымать? – после долгой паузы с той стороны спросил уже третий голос. Хриплый до такой степени, будто наждачкой по ушам гуляли.
– Ради чего? Ради этих жирных задниц?
– Так венец же царский наденут! – воскликнул какой-то молодой парень. – Люд тебя поддержит! Казаки поддержат!
– Святая простота! – воскликнул Дмитрий. – Словно дети, ей-богу! При чем тут люд да казаки? Кто воду мутит? Кто выгоду великую для своей мошны замыслил? Вон даже вас мерзость всякая нанимает. Неужто не понимаете? Или и правда хотите всю Россию в крови утопить? Чтобы брат на брата? Отец на сына? Вперед! Только крест снимите! Не позорьте! А я так не могу. Лучше самому сдохнуть!
Наступила тишина.
С той стороны напряженно перешептывались. Не понравился им ответ.
Как бы там дело обернулось, не ясно. Однако спустя минуту на всю улицу разнеслось истошное:
– Стрельцы!
Потом десятка два выстрелов. И топот множества ног и копыт. Крики. Удары клинков.
Минуты через две в ворота громко постучались.
– Откройте! Именем государя! Откройте!
Дмитрий кивнул ближайшему немцу и тот, убрав оружие, вылез через окно и, разблокировав, раскрыл ворота. За ними стояли стрельцы. Много. Очень много. С полсотни только проглядывалось. А, судя по шуму, там и две сотни не удивят.
– Чего надо? – крикнул Дмитрий, подождав, пока его немец отойдет с линии огня. Наемники, очевидно, со стрельцами воевать не стали бы. Но те могли. Сам же он встал в окне в полный рост, чтобы его видели.
– Государь приказал задержать тебя, твоих людей и англичан, коли живых застану, – произнес незнакомец в довольно дорогом «окладе».
– Кто таков?
– Окольничий Иван Иванович Годунов [30] .
– Своих людей не сдам.
– Я не могу их отпустить, – нахмурился Иван. – Приказ царя.
30
Иван Иванович Годунов (убит в 1610 году) – дальний родственник Бориса Федоровича Годунова (четвертое колено, племянник).
– Я за все ответственен. Мне и отвечать. Ты отпустишь их.
– Не могу.
– Тебе живым нужно меня взять?
– Живым, – еще сильнее нахмурился Иван.
– Значит, ты их отпустишь. Мне все равно жить осталось недолго. Днем раньше. Днем позже. А они – доброе дело делали. Не хочу, чтобы под горячую руку попались. Ослушаешься – пулю себе в голову пущу. То дело верное. Если должно приложить и рукой не дрожать, смерть в мгновение, а голова в труху.
Окольничий задумался.
Ослушаться царя? Дурная идея. Так ведь и этот вроде как не шутит.