Лютица
Шрифт:
— ты что шутишь?
— это действительно очень важно.
— ты не мог ей сразу сказать что хотел? — с раздражением спросил у подозрительного конюха.
— я не думал, что она уедет на долго.
— а откуда ты знаешь, что она уехала надолго? — еще больше возмутился я.
— до этого не сложно было дойти парень… Ты видно её друг раз уезжал вместе с ней, а сюда наведывалась городская стража, и они весьма убедительно спрашивали куда вы делись.
— ну, а ты естественно им всё выложил, как на блюде? — не сомневаясь в своей правоте спросил
— что ты! я бы так не поступил! Да и откуда я знал куда вы едите? Я как бы честно признаться… Давно это… Присмотрел её, ну как женщину. То есть это…
— хорош мямлить, а то меня это раздражать начинает, выноси своё письмо.
— дело в том, что я не рассчитывал, что вы вернётесь, и уже потерял надежду её увидеть. Ты не мог бы зайти подождать? Это займёт каких-то десять минут.
Соглашаться или отказаться? Лиляна, была моей хорошей подругой, насколько вообще женщина может ей быть… Просто, передать письмо я мог. Тем более что думал к ней заехать, где-то через неделю. А этот парень может, как раз и приедет к ней на сожительство, чтобы она меня больше не доставала.
— я смогу ей доставить письмо, но не раньше чем через неделю. — объяснил я.
— это не так страшно. Я годы потратил, чтобы хоть как-то с ней сблизится, поэтому неделя ничто для меня. Ну, так что подождёшь?
— ладно, десять минут с меня не убудет. — я оглянулся вокруг — нигде не было видно стражи. Что ж это хороший знак. Странно было… Она никогда об этом хмыре не рассказывала… Хотя, когда она мне что-то рассказывала? Эта женщина была себе на уме, и походу много с кем крутила шашни.
Я проследовал за конюхом внутрь зала. У него был довольно странный дом. Он начинался не с коридора, а сразу представлял собой большую залу с тремя окнами, два из которых выходили на улицу. В зале было три двери. Одна сбоку и две на дальней стене. Возле двух дверей стоял стол, на котором стояла чернильница. Парень первым делом пошел к окну и забрал масляную лампу, которая освещала пространство возле окна. Потом он подошел к столу поставил её с краю и вытянул лист бумаги с шкафа. Он сел, и методично начал писать текст, макая перо в чернильницу. Я ходил туда сюда, ожидая, когда же он настрочит свою бумагу. Прошло уже точно минут десять, и меня эта процедура начала раздражать. Он что там поэму писал? Впервые за это время я подошел к столу, где сидел парнишка и увидел то, чего не ожидал, но это точно стоило предвидеть. Тот, якобы текст, что он должен был написать, представлял собой просто набор бесполезных штрихов.
— ах ты подонок! — крикнул я вытягивая рапиру.
— прости меня Любомир, у меня не было выбора… — выставляя руки вперёд промямлил парень, чуть ли не падая со стула.
Я хотел было проколоть его лживую грудь от злости, но сзади я услышал, как открылись входные двери. Зашли четверо солдат и старик Атанас. Все были с мечами и стали в ровную шеренгу. Это была не просто расправа, это была ловушка дьявола. Это было, что называется — оплата за добро.
— вот ты и попался скотина! — прошипел
— ты за деньгами, старый жид? — спросил я, крепко сжимая эфес рапиры.
— нет уж, деньги оставь себе, я пришел за местью! Я ждал этого дня 23 года! И вот час расплаты наступил, тот кто убил невинного — познает настоящий суд! — вытаращив свои злые глаза, сказал Атанас. При этом солдаты вообще как-то странно себя вели. Одни откровенно зевали, другие судорожно водили глазами, глядя на мою откровенно классную рапиру.
— ты дурак, что ли? О каком суде идёт речь?
— не строй из себя невинную овцу! Ты жестоко убил моего сына, падаль! И никто не понёс наказания! — завопил чокнутый старик.
— как это не понёс? Был суд, мой отец вёл выплаты в течение долгого времени, а второй человек, сына которого я спас от верной гибели, вообще ушел в изгнание, лишившись статуса, работы и всякого будущего в Болгарии, чего тебе ещё не хватает старый маразматик?
— ты решил так просто деньгами откупиться от убийства? Так не сгодится, только кровь за кровь! Не иначе. Ты моего сына не пожалел и я тебя сегодня жалеть не собираюсь!
— ты сам виноват старый психопат, что натравил сына на окружающих детей! Если бы твой Томас не бросался на других по политическим убеждениям, которые на хрен не нужно было ему навязывать в детстве, то он был бы жив!
— ты тварь, смеешь ещё меня упрекать в том, что я плохой отец!? — перешел на ор Атанас. — Я тебя уничтожу! Я тебя выпотрошу как свинью!
— смотри штаны не обделай, предупреждаю, я рапирой орудую не хуже своего отца. А мой отец был одним из лучших в Византии.
Последнее слово просто ввело в бешенство супер патриота Болгарии и он вытащив меч, полетел на меня вперёд настолько быстро насколько позволяло его шестидесяти пяти летнее тело.
— умри тварь! — махая мечом орал Атанас, который был ещё и главой города.
Я легко уклонялся от его взмахов, которые были недостаточно быстрыми и непредсказуемыми. Вместо этого он крушил поместье идиота, который меня сдал.
— и сколько ты денег заплатил, чтобы меня поймали? — спросил я у старика, которого будто инфаркт сейчас хватит, так он дышал тяжело.
— я всё золото отдам лишь бы тебя уничтожить!
Дед снова начал махать мечом, при этом эти удары были еще медленнее. Мне надоело его мельтешение перед глазами и я со всей силы ударил ему ногой в пузо. Тот, отлетел прямо к солдатам, которые до этого стояли неподвижно, откровенно скучая.
— убейте его! Какого чёрта вы стоите? За что я вам плачу?
Солдаты, которые получили деньги от старика, скорее всего рассчитывали, что я его убью и они потом покинут заведение, сделав обычный донос на меня. Ведь никто не хочет рисковать жизнью, если можно ею не рисковать, но пока дед был жив, следовало что-то делать. Два солдата вышли вперёд неуверенно выставив мечи в атакующей стойке.
— ещё не поздно уйти! — предупредил я.
— приказ есть приказ. — сказал один из них, пожав плечами.