Люминария
Шрифт:
А внутри лампы, тем временем вспыхнул слабый огонёк, и из-за осколков стекла начали вылетать маленькие крылатые существа размером не больше ладони, в широких платьях и с большими живыми глазами. Они махали крыльями и окружали монстра. Будто электроны, они вращались вокруг зависшего в прыжке чудовища. Из его тела не вытянулось нечто бесформенное, неуклюжее, черное…
Аника отползла к скале и в оцепенении наблюдала за происходящим. Порезанная нога, соприкасаясь с камнями, отзывалась резкой болью.
В чёрном облаке, повисшем над телом монстра, возникали черты человеческих и животных лиц. Искаженные в муках,
И тут Аника проснулась.… По небу всё так же равнодушно плыли холодные звёзды.
– Приснится же такое… – сказала она вслух и, оперевшись на локти, с трудом приподнялась.
Затем девушка подтянула к себе рюкзак, достала из него яйцо и жадно выпила содержимое. А океан продолжал неустанно выплёвывать на берег всё новые и новые порции пены.
Отдохнув немного, она достала из рюкзака мокрый комок одежды, выжала шорты, блузку, плащ и вылила из сапог остатки солёной воды. После чего собралась с силами, поднялась и натянула на себя влажную, пропитавшуюся кровью, потом и солью одежду. Хромая, Аника пошла по берегу к плотине, выделявшейся белым пятном на фоне чёрных громадин скал, и вскоре забыла о своём сне.
Спустя полчаса она добралась до бетонной стены плотины, поднялась по дугообразной лестнице на вершину и, скинув рюкзак, рухнула от усталости на бетонную плиту. Отсюда был виден весь город. Внизу мерцало множество огней. Слева от площадки из трещины в скале торчал деревянный указатель с надписью «Грингард». А по другую сторону расщелины на пике скалы белел маяк.
– С этого маяка, наверное, видно Томхем, – подумала Аника и, хромая, пошла вниз по извилистой тропе в город.
Раны на стопе воспалились и при каждом шаге напоминали о себе. В сапогах хлюпала вода. Тропа привела девушку к дороге, вымощенной булыжником. Через зазоры между ними пробивались цветы и трава. Вскоре сквозь завесу тумана показались размытые блики уличных фонарей и первые жилые дома, выточенные из деревьев, в несколько обхватов шириной. Они были похожи на уродливых великанов, а в их буграх, наросших на стволах, зияли тёмные глазницы окон. На крыше одного из домов, на водосточной трубе, Аника заметила одноглазого ворона. Он пристально наблюдал за ней, и, казалось, ухмылялся. Вдоль дороги гирляндой тянулись шарообразные фонари. В них тучами роились светлячки.
Неожиданно, будто стая призраков из тумана выбежали дети и, звонко смеясь, исчезли за поворотом. Аника остановилась, проводила их взглядом и пошла дальше. Во дворе одного из домов на скамейке она встретила сгорбленного старика в кожаном плаще кирпичного цвета. Он раскачивался из стороны в сторону и с отсутствующим взглядом смотрел в землю.
– Дед, подскажи, как пройти к площади?! – Крикнула Аника.
Старик, не поднимая глаз, вытянул трясущуюся руку и указал направление.
– Спасибо!
Посреди главной городской площади стоял огромный молот
– Вот оказывается где все… – сказала вслух Аника.
Её слова потерялись в шуме голосов, смеха, звоне ложек, кружек… Вдоль стен стояли полукругом тяжёлые широкие столы, а между ними – массивные лавки. Свободных мест не было. По потолку разрослись лианы с маленькими белыми цветочками. Аника прошла под скрип деревянных половиц к барной стойке и позвонила в стеклянный колокольчик. Из под стойки появилась лысая голова с угрюмым лицом и складками жира на шее. Его лысина и жилетка из рыбьей кожи поблёскивали в пламени очага, что плясало у него за спиной.
– Вы – хозяин заведения?
– Да, – ответил трактирщик грубым басом.
– Я слышала, вы объявили награду в три тысячи галеонов за голову дракона, как там его… Эша, кажется.
– Да, но только за все три его головы. По отдельности они ничего не стоят.
– Хм. Три так три. В таком случае придётся нанять носильщиков. Вы даёте аванс?
– Послушайте, мисс, вчера один охотник, нашёл в горах обглоданные кости пропавшей полгода назад двенадцатилетней девочки. По следам этого дракона ходят уже седьмой месяц, так что на вашем месте я бы подумал, прежде чем браться за это дело.
– Спасибо за справку. Если этот человек, нашедший пещеру дракона, всё ещё жив, то… В общем готовьте деньги. А сейчас, будьте добры – две чашки кофе и тунца жаренного с картофелем, – сказала Аника, рассматривая меню, и бросила на стойку несколько медяков.
– Рыбы нет. Из напитков – только пиво.
– Давайте что есть.
Трактирщик налил из бочонка две кружки жёлтой пенящейся жидкости и принёс из кухни большой пирог, завёрнутый в фольгу. Девушка с разносом пошла к столику, за которым сидел человек в соломенной шляпе. Точнее он лежал среди грязных тарелок с костями и пустых деревянных кружек. Аника села напротив него и принялась жевать кусок чёрствого пирога.
– Этому пирогу уже дня три! – сказала она, – А народу – не протолкнуться!
Человек в шляпе проснулся, поднял со стола помятое лицо и протёр красные глаза.
– А вы не знаете?
– Чего?
– Здешний трактирщик спятил. Он помешался на своих чучелах, да черепушках. Их у него уже больше сотни. Народ больше приходит поглазеть на них, чем поесть. Всякий раз, когда Джо заканчивает работу над очередным своим творением, он танцует с ним. Людям кажется это забавным, и они приходят и иногда даже приводят своих детей посмотреть на спектакль, хотя надо сказать, зрелище – не для слабонервных. Видите площадку в центре бара?