Люди в Черном: Интернэшнл
Шрифт:
– Зампоранца доставили? – спросила Молли так, будто обсуждала вчерашний футбольный матч. – Приятель хотел проникнуть на Землю через метеорный дождь Персеиды. Вот дилетант.
Девушка прошла мимо охранника, и он не предпринял попыток ее остановить.
– Доставлен целым и невредимым, – ответил охранник. – Они приехали за пару минут до вас.
Пожилой мужчина вернулся к чтению, а Молли нажала кнопку лифта, не в силах сдержать улыбку.
«Черт, да я просто Джейн Бонд».
Молли старалась не нажимать кнопку повторно, но просто не могла удержаться. «Динь» – двери лифта открылись. Молли зашла внутрь и развернулась,
Не отрывая взгляда от газеты, охранник включил рацию.
– Черный код, – сообщил он, облизывая палец, чтобы перевернуть страницу.
Задняя часть лифта имела прозрачную стену. Пока Молли спускалась, твердый бетон вентиляционного здания исчез, и перед ней открылся вид на огромный комплекс. В тот момент все ее мечты стали реальностью. Нью-йоркская штаб-квартира ЛвЧ представляла собой просторный купол из хрома, белого мрамора и света. В многоэтажном здании находились офисы и террасы, примыкающие к изогнутым освещенным стенам. Все окна кабинетов выходили на центральный этаж. Сотни агентов в черных костюмах и вспомогательный персонал суетились среди массивных серебристых колонн. В центре на мраморном полу был нарисован логотип ЛвЧ – три овальных пересекающихся орбитальных кольца с двумя темными точками в виде электронов. Вдоль стены основного этажа располагались бесконечные ряды рабочих столов. Все мониторы, включая повсеместно развешанные огромные обзорные экраны, имели овальную форму и напоминали Молли гигантские электрические глаза.
Самое удивительное, что на противоположной стороне столов, среди нескончаемого числа черных костюмов, находились существа всех мыслимых форм, размеров и оттенков – целая радуга пришельцев! Их так много, и все они настолько разные! Существа выстроились в очередь, будто в зале вылета аэропорта. Большинство из них несли сумки, чемоданы, пакеты и другие контейнеры. Молли даже заметила корзину странных чужеродных фруктов и несколько сувениров из Нью-Йорка, которые досматривали Люди в Черном, стоя за освещенными овальными стойками. ЛвЧ-агенты проверяли проездные документы и опрашивали некоторых существ. Многие пришельцы со скучающим и расстроенным видом сидели на мягких округлых скамьях, в то время как другие рассматривали земной терминал с тем же удивлением, с которым Молли наблюдала за ними.
Она увидела волочащуюся в очереди массу желтого винограда, по форме и размеру похожую на большую рождественскую ель. Внезапно ее осенило, что «виноград» – это глазные яблоки, и они вертятся вокруг терминала во всех направлениях, в том числе и в ее сторону. Пока лифт спускался, щупальце из желтых глазных яблок помахало ей, а Молли обнаружила, что машет ему в ответ.
Другой инопланетянин в очереди был ростом не более нескольких футов, и пространство вокруг него постоянно дрожало и искривлялось, словно не имея связи с настоящей реальностью. Он двигался, но его искаженное изображение еще несколько секунд оставалось позади. Каждое отражение шевелилось и вело себя как независимая сущность, пока полностью не исчезало.
А затем лифт Молли рухнул. Спуск превратился в настоящее падение, и кабина провалилась в подземную тьму.
Глава 5
Двери лифта открылись, и Молли оказалась в небольшой белой комнате. Здесь даже от голых стен исходил свет. Перед ней стоял освещенный постамент с обращенным в ее сторону вращающимся креслом из черной кожи и хрома. На противоположной от лифта стене висело большое зеркало, и Молли сразу догадалась, что оно служит для двустороннего наблюдения.
Дверь лифта с тихим шипением закрылась, и Молли уверенно подошла к постаменту и уселась
– Для справки, – заявила она зеркалу и тому, кто прятался по другую сторону, – это не вы меня поймали, а я вас.
Конечно, Молли испытывала страх, но та ее часть, которая ждала этого момента всю жизнь, приказала страху заткнуться.
На следующий день поздним утром приехала «светская дама» ЛвЧ, хотя ни у кого из ее подчиненных не хватало смелости назвать ее так в лицо. Агент О, начальник оперативного отдела североамериканской станции ЛвЧ, вошла в комнату наблюдения со своим обычным командирским видом. Стройная женщина с короткими седыми волосами была в безупречном черном платье с высоким белым воротником и манжетами. Как и многие агенты ЛвЧ, она была куда более серьезной, чем можно было предположить. Агент О стала первой женщиной-агентом в Америке, и очень немногие из ее коллег знали, что именно она создала переносной нейралайзер. С момента гибели агента Зед она достойно управляла нью-йоркской станцией и крайне удивилась, что эта молодая девушка скомпрометировала их организацию. Женщина заняла место у смотрового окна рядом с седовласым агентом-ветераном, через стекло наблюдающим за реакциями и ответами Молли. После долгой ночи допросов девушка выглядела измотанной. К ее предплечью крепился детектор лжи, но опрашивающий ее агент не выглядел удовлетворенным ответами.
– На кого она работает? – спросила О, снимая очки в тонкой оправе.
– Ни на кого, – ответил седовласый агент. – Она утверждает, что работает одна.
Агент О рассматривал лицо молодой девушки, пока та продолжала свою борьбу со следователями.
– Значит, гражданское лицо с нулевой подготовкой без труда проникло сюда с улицы?
Пожилой агент вручил ей протокол допроса.
– Темная история, – заметил он.
– Х-м-м… – Агент О просматривала отчет, перелистывая страницы. – Х-м-м… х-м-м…
Женщина вернула бумаги мужчине и нажала на кнопку на консоли наблюдения, включив переговорное устройство.
– Нейрализуйте ее.
В комнате для допросов ведущий следователь вытащил нейралайзер из кармана пиджака. При виде серебряного устройства лицо Молли тут же изменилось. Стало ясно, что ей известно его назначение, и подобная перспектива вывела ее из себя.
– Нет, нет, не надо! Я знаю, что это за штука, – сообщила она, поднимаясь на ноги.
Агент О бросила на подчиненного вопросительный взгляд.
– Однажды у нее был… опыт, – начал объяснять пожилой агент, но Молли вновь заговорила, глядя в зеркало так, будто правда могла их видеть.
– Вы стерли воспоминания моих родителей, но не мои. Всю жизнь мне говорили, что я сошла с ума. Меня называли Чокнутая Молли и убеждали, что мне нужна терапия, – объясняла Молли, кивая сама себе, – я прошла терапию, но не с целью лечения.
За зеркалом агент О скрестила руки. Лицо ее оставалось каменным. Прикрепленные к подлокотникам кресла стальные манжеты удерживали Молли на месте, но она отчаянно продолжала с ними бороться, не сводя глаз с зеркала, умоляя свое отражение и тени за стеклом.
– Порой мне казалось, что я действительно сумасшедшая, но я никогда не прекращала поиски. Мне потребовалось двадцать лет, но я вас нашла.
Агент открыл нейралайзер и приступил к регулировке. Молли тем временем перевела взгляд с устройства на зеркало.
Вновь перечитывая записи, агент О нахмурилась, а затем остановилась на интересующей ее части.
– Она взломала «Хаббл», чтобы смотреть на Андромеду II, и мы ее не поймали?
– В прежние времена мы бы ее наняли, – задумчиво заметил пожилой агент.