Люди-тритоны
Шрифт:
Глава 3
Он проснулся от сильного удара.
С трудом разомкнув тяжелые веки, он понял, что его только что сбросили с машины на площадку, окруженную колючей проволокой.
Поскольку Джаг весил больше всех, женщины выбросили его последним.
Едва он коснулся земли, как машина на воздушной подушке заскользила в направлении к ангарам, которые виднелись чуть дальше за колючей проволокой.
Превозмогая режущую боль в спине, Джаг осторожно поднялся на ноги. Его товарищи по несчастью вповалку лежали на земле.
Над площадкой, опоясанной колючей проволокой, возвышалась сторожевая вышка. Небрежно облокотившись на перила ограды, наверху стояла девушка, вооруженная автоматом.
Отпихнув человека, который, уцепившись за него, что-то неразборчиво лепетал, Джаг направился к Кавендишу.
Разведчик с трудом встал. От удара о землю на левом виске у него образовалась внушительных размеров гематома. Да и вообще выглядел он далеко не лучшим образом.
– С тобой все в порядке? – спросил Джаг.
– Не совсем, – поморщившись, ответил Кавендиш. – Где мы? Что это еще за концлагерь?
Джаг пожал плечами.
– Я знаю столько же, сколько и ты, – сказал он.
Лихорадочно обшарив себя, Кавендиш вдруг замер, растерянно уставившись на Джага.
– Они забрали у меня только оружие, – удивленно констатировал он, перекатывая пальцами бриллианты. – Здесь что-то не так!
– Они не торопятся, и это плохой признак, – сделал вывод Джаг.
– Почему?
– Мы целиком в их власти, и они не боятся, что мы можем удрать. Кроме того, когда они нас нашли, ты не выглядел богачом.
Разведчик осмотрелся по сторонам.
– Надо где-то закопать бриллианты. Потом я их заберу...
Джаг тяжело вздохнул. Алчный характер Кавендиша всегда ставил его в тупик.
Уловив настроение Джага, разведчик нахмурился.
– Что еще?
– Ты не создан для богатства, Кав. Это не в твоей натуре, чтобы бы ты ни говорил. Ты принадлежишь к расе бродяг, глотателей пыли и неисправимых хвастунов.
– Одно другому не мешает!
– Мешает! Посмотри на себя, ты весь извелся, пытаясь спасти трофеи, которые в данных обстоятельствах не стоят ни гроша. Ты расходуешь на это и время, и здоровье.
– Эти бриллианты достались мне без особого труда...
– Возможно, но они мешают тебе здраво мыслить. Мы оказались в дерьме по самую макушку, а у тебя всего лишь одна забота: где бы спрятать эти паршивые камни!
– Паршивые камни? Ты слишком легкомысленно об этом говоришь! Легко играть в бескорыстие, когда за душой ни черта нет!
– Моя жизнь – единственная моя ценность, и ее не так-то просто сберечь.
– Болтай, болтай... Я знаю, что надо делать, – проворчал Кавендиш, выискивая взглядом место для захоронения своих сокровищ.
– Выбрось из головы эту дурацкую идею, – посоветовал Джаг. – Долго мы в этом лагере не задержимся.
– Почему ты так решил?
– Перед тем как уснуть, я подслушал разговор... – начал Джаг. – И знаешь, слишком уж четко у них тут все организовано... – он замолчал, повернувшись в
Разведчик немного остыв, подозрительно осмотрелся.
К ограде подошли несколько женщин. Некоторые из них сжимали в руках отвратительного вида хлысты со свинцовыми наконечниками, у других были плети с вплетенными в них крохотными крючками. Рассматривая свою добычу, женщины обменивались грубыми шуточками насчет сексуальных способностей того или иного пленника.
– А ну-ка потише! – вдруг рявкнула одна из женщин. – Приберегите силы для отбора кандидатов. Ваша энергия вам еще понадобится.
Джаг поморщился. Последняя фраза женщины подтвердила его наихудшие предположения. Похоже, пленникам был уготован какой-то сюрприз.
Пыль осела, и Джаг получил возможность получше рассмотреть товарищей по несчастью. Около двух дюжин мужчин были, как и он, облачены в жалкие лохмотья.
Судя по всему, все жертвы были захвачены одним и тем же способом. Подозрительно поглядывая друг на друга, многие еще до сих пор окончательно не пришли в себя и не осознали, что же с ними произошло.
Джаг сел на песок рядом с Кавендишем, думая о том, что происходящее вокруг не сулит им ничего хорошего. К ограждению из колючей проволоки подходили другие женщины. Разговаривая между собой, они курили цветные сигареты и периодически прикладывались к флягам.
Все женщины отличались атлетическим телосложением и были похожи друг на друга. Если бы не их груди и бедра, их вообще можно было бы принять за горилл.
Одна из них, с огненно-рыжими волосами, растолкав остальных, вплотную приблизилась к колючей проволоке. Она была вся увешана драгоценностями, а в мочках ушей болталось по полдюжине сверкающих колец.
– Испытание будет жестким! – бросила она своим подругам. – В последний раз мы отобрали слишком много слабаков, и мне потом пришлось оправдываться перед начальством базы. Я не хочу, чтобы это повторилось. Нам нужны лучшие, самые стойкие. И разговора быть не может, чтобы дать им время восстановиться. Они здесь не для того, чтобы нагуливать жирок. Начинайте сейчас же, не накормив и не напоив их. Тогда отбор будет наиболее верным!
Она повернулась, сделала несколько шагов и громко, чтобы расслышали пленники, приказала:
– Всех, кто начнет сдавать, прикончить!
Пленники оцепенели. Недоверие, а затем и ужас отразился на их лицах.
Джаг, стиснув зубы, гадал о том, какое будущее им уготовано. Кавендиш внимательно присматривался к вооружению новоявленных амазонок.
У всех женщин были, как минимум, револьвер на одном бедре и нож для метания на другом. Не бог весть какое вооружение, но в создавшейся ситуации его было вполне достаточно. Чтобы попытаться выбраться отсюда, затеяв драку, потребовалась бы группа хорошо подготовленных мужчин, не уступавших по силе Джагу. Кроме того, приходилось еще считаться с наблюдательной вышкой, охранница на которой была вооружена автоматом и могла поразить любой участок огороженной зоны.