Люди неба
Шрифт:
— Успокойтесь, — упрекнул Трезу Дуножу. — Он спас нам жизнь.
— Пока что! — процедила ока сквозь слезы и бальной туфельной топнула по палубе.
Руори не понял слова «шлюха». Кажется, что-то нелестное. Может, имелись в виду вахинас? Но что бывает почетнее, чем честно заработанная хорошая плата за разделенные бок о бок с мужчинами опасности и приключения дальней экспедиции? О чем думает Треза рассказывать внукам в дождливые вечера?
Потом его озадачила другая мысль. Почему Треза так его волнует? Он замечал нечто подобное
Он сердито потряс головой и громко сказал:
— Не время пикироваться. — Его пришлось использовать спанское слово, хотя он не был уверен в правильно подтексте. — Нужно принимать решение. Вы уверены, что нет способа отбить пиратов?
— Нет, если только сам С'Антон не явит нам чудо, — голосом мертвого человека ответил Дуножу.
Вдруг он выпрямился.
— Но одно вы можете сделать, сьнер. Покиньте порт и доставьте этих женщин в безопасное место, среди них благородные дамы, и они не должны попасть в рабство, испытать бесчестье. Доставьте их на юг, в порт Ванавато. Тамошний кальд возьмет на себя заботу об их благополучии.
— Мне эта идея не нравится. Я не хочу убегать, — сказал Руори, глядя на трупы небоходов, усеявшие пристань.
— Сьнер, речь идет о жизни дам! Во имя эль Дио, сжальтесь над ними.
Руори внимательно посмотрел на суровые бородатые лица мужчин. Они были гостеприимными хозяевами и не знали другого способа отплатить за добро.
— Если вы настаиваете, — медленно произнес он. — А что будете делать вы?
Молодой дворянин склонил голову, как перед королем.
— Мужчины пошлют вам вслед благодарности и молитвы, а потом, естественно, вернутся в бой.
Он выпрямился и рявкнул голосом плац-парадов:
— Смирно-о! В шеренгу — ста-ановись!
Несколько быстрых прощальных поцелуев, и мейканские воины промаршировали по трапу защищать родной город.
Руори ударил по гакборту кулаком.
— Если бы я мог, — прошептал он, — если бы я мог что-то сделать! Думаете, пираты могут нас снова атаковать? — спросил он с надеждой в голосе.
— Только если вы останетесь у причала, — сказала Треза. Ее глаза были, как изумрудный лед.
— А если они нападут на нас в море…
— Едва ли. У вас на борту всего сотня женщин и почти никаких товаров. Небоходы заняты городом, где в их власти десять тысяч женщин, есть из кого выбирать. И все сокровища нашего города. Зачем тратить время и преследовать вас?
— Так, так…
— Поднимайте якоря, — процедила Треза. Не стоит рисковать. Мне кажется, вы не осмелитесь задержаться.
Он вскинул голову, словно получив пощечину.
— Что вы хотите сказать? Что маурийцы — трусы?
Она ответила не сразу, но сказала с неохотой:
— Нет.
— Тогда
— Оставьте меня в покое! — Она склонилась к поручню, спрятала лицо в ладонях и замерла.
Руори исполнил просьбу оставил ее одну и пошел отдавать приказы. Матросы начали карабкаться на мачты. Свернутые парусные полотнища разворачивались с сухим треском, хлопали на свежем ветру. Море, темно-синее за молом, покрылось белыми барашками, чайки дугами чертили небосвод. Перед глазами Руори вдруг встали сцены, виденные на пути отступления из дворца.
Безоружный человек на мостовой. Голова разбита. Двое пиратов тащат в переулок двенадцатилетнюю девочку. Она отчаянно кричит. Пожилой горожанин пытается убежать от четверых лучников, которые со смехом стреляют в него. Пронзенный, он падает и пытается уползти, упираясь в мостовую руками. Лучникам было очень весело. Словно окаменевшая, женщина в разорванном платье, сидящая на мостовой, рядом ее ребенок с вытекающим из раздробленной головы мозгом. В нише стены статуя, символ святости, с увядшим букетиком фиалок у ног, обезглавленная небрежным ударом топора. Горящий дом…
Воздушный корабль над головой вдруг перестал казаться Руори красивым.
Дотянуться до налетчиков и швырнуть с неба на землю!
Руори застыл, словно его ударила молния. Вокруг деловито сновала команда. Он слышал веселые голоса здоровых, всегда свободных и никогда не знавших голода молодых людей. Но они лишь отдавались слабым эхом в дальнем уголке сознания Руори.
— Отдать швартовы! — донесся голос помощника.
— Стоп! Еще не время! Подождите!
Руори помчался на ют, где оставил доньиту Трезу. Она стояла с опущенной головой, упавшие пряди волос закрыли лицо.
— Треза! — выпалил Руори, не переводя дыхания. — Треза, у меня идея. Кажется, может получиться… Мы сможем ответить ударом на удар!
Она подняла глаза. Пальцы сжали руку Руори, ногти до крови впились в кожу.
— Нужно заманить их в погоню… хотя бы пару их дирижаблей. Я еще не продумал детали, но мы сможем устроить бой или даже заставить их отступить, оставить город в покое…
Она молча смотрела на него. Он вдруг почувствовал, что ему не хватает слов.
— Конечно, мы можем и проиграть бой. И у нас на борту женщины…
— Если вы потерпите поражение, — сказала она едва слышно, — мы умрем или попадем в плен?
— Наверное, умрете.
— Хорошо. Тогда деритесь.
— Но пока не ясна одна важная деталь. Как заманить пиратов в погоню?
— Он помолчал. — Если бы кто-то позволил им взять себя в плен… И убедил, что у нас на борту огромное, невообразимое сокровище… Они бы поверили?
— Возможно, поверили бы. — В голос ее вновь вернулась энергия. — Скажем, речь идет о казне кальда. На самом деле ее никогда не существовало, но грабители способны поверить, что подвал отца был нафарширован золотом.