Люди Искры

Дюпро Джин

— Это… э… это… — пролепетала миссис Мердо, глядя на тот конец комнаты, где бушевал огонь, отбрасывая всполохи оранжевого света.

— Ясно, — кивнула доктор. — Огонь? Вы не привыкли к огню?

Миссис Мердо виновато улыбнулась.

— Он остается в камине, — добавила док тор. — И совершенно не опасен.

В Эмбере огонь всегда являл собой опасность. Обычно его вызывало короткое замыкание, когда где-то пробивало изоляцию, или ручка кастрюли, упавшая на горелку электрической плиты.

Этот огонь пугал

Лину. Он отражался в стеклах. Окна были установлены в стенах так глубоко, что внизу хватало места, чтобы сесть. Именно это и сделал Торрен — уселся на подоконник, постукивая ногами по низкому шкафчику, который стоял у стены.

— Боишься огня? — пренебрежительно бросил он.

— Заходите, — вновь повторила доктор. — Если хотите, можете посидеть вон там. — Она указала на стулья в другом конце комнаты, подальше от огня.

Лина и миссис Мердо сели. Поппи проснулась, заплакала, а потом вновь заснула.

— Скорее всего, в этом сезоне я разжигаю камин последний раз, — добавила доктор. — Ночи становятся все теплее. Камин больше и не нужен.

Скрипнула калитка, послышались торопливые шаги, кто-то забарабанил в дверь. Лина сжала руку миссис Мердо.

Доктор вздохнула и пошла открывать.

— Это ты, Уильям. Что тебе нужно?

— Немного мази, — ответил мужчина. — Быстрее. Моя жена порезала руку. Течет кровь.

— Заходи, заходи, сейчас принесу. Доктор ушла в другую комнату, а мужчина застыл у двери, краем глаза поглядывая на Лину и миссис Мердо.

Доктор вернулась с баночкой мази, и мужчина ушел. Не прошло и десяти минут, как в дверь вновь постучали. Молодая женщина пришла за хинином для сестры, у которой разболелась голова. Доктор вновь отправилась в другую комнату, вынесла маленькую бутылочку, и женщина, взяв ее, убежала.

— Вы здесь единственный врач? — спросила миссис Мердо.

— Да, — ответила доктор Эстер. — Эта работа никогда не заканчивается. — Внезапно на ее лице отразилась тревога. — Ту ли мазь я дала Уильяму? Да, да, сняла с третьей полки. Все правильно. — Она тяжело вздохнула. — А теперь давайте займемся вашей девочкой. Положите ее сюда. — Доктор указала на диван у стены. — И заверните вот в это. — Она подняла с пола вязаное одеяло, встряхнула его и передала миссис Мердо. — Я дам ей лекарство.

Доктор Эстер налила из кувшинчика красноватую жидкость. Две ложки Поппи выпила, а третью выплюнула и заплакала. У Лины защемило сердце: Поппи выглядела совсем больной. Обычно энергия в ней так и бурлила, она постоянно находила себе занятие, ни минуты не сидела на месте. Могла сжевать ценную бумагу или куда-нибудь уйти, никому не сказав. А теперь лежала на диване вялая и бледная, как маленький росток, лишенный полива.

Лина села рядом с сестренкой, стала гладить ее по голове, и вскоре Поппи уснула. Доктор ушла на кухню, а Торрен поднялся по лестнице на чердак.

И тут

же Лину сокрушила усталость. Беспорядок в доме, враждебно настроенный мальчик, огонь — все такое странное, тревожащее. И еще болезнь Поппи. Лина так волновалась из-за нее, что сама чувствовала себя больной. Она положила голову на колени миссис Мердо. С кухни доносились какие-то звуки, вероятно, доктор готовила еду, но Лина уже провалилась в сон, в котором свет устроил пляски с тенью…

— Обед! — закричал Торрен. Лина подпрыгнула, и он засмеялся. — Ты слышала о еде? — спросил он. — Слышала о том, что люди должны есть?

Они сели за стол, все, кроме Поппи, и доктор наполнила тарелки из большой кастрюли. Лина не знала, что ей дали. Может, холодный картофель, может, что-то еще. Она ела, потому что проголодалась. Но, поев, ощутила такую невероятную усталость, что просто не могла пошевелиться.

— Очень вкусно, — поблагодарила хозяйку миссис Мердо. — Спасибо вам.

— Да ладно. Я рада видеть вас в моем доме. — И, уже привстав, спросила: — Может, вы хотите почитать? Или… погулять? Или…

— Мы немного устали, — ответила миссис Мердо. — И предпочли бы лечь спать.

Доктор Эстер просияла.

— Конечно, — сказала она. — Разумеется, как же я сразу не… Давайте поглядим, где мне вас устроить. — Она взяла свечу и пошла к лестнице. — Я думаю, наверху.

— Нет! — закричал Торрен. — Это моя комната!

— Но это единственная комната, где две кровати, — сказала доктор.

— Они будут брать мои вещи! — кричал Торрен. — И вещи Каспара!

— Не говори глупости, — сказала доктор Эстер, поднимаясь на чердак.

— Но где я буду спать? — завопил Торрен.

— В медицинской комнате, — ответила доктор Эстер.

Глаза Торрена наполнились слезами, но доктор этого не заметила. Она ушла на чердак, и Лина слышала, как она что-то передвигала там.

— Идите сюда, — позвала доктор.

Лина поднялась первой, за ней — миссис Мердо с Поппи на руках. Свеча освещала две кровати под наклонным потолком. У изножия каждой стоял сундук. На крючках висела одежда. Несколько коробок лежали на подоконнике единственного окна.

— Две кровати, но вас трое. — Доктор нахмурилась. — Мы можем… гм-м-м. Мы можем положить ребенка…

— Все нормально, — сказала Лина. — Она будет спать со мной.

Через несколько минут Лина уже лежала в постели. Головка Поппи покоилась на ее руке. Миссис Мердо укрыла их одеялом и пожелала спокойной ночи, потом легла сама, погасила свечу, и в комнате воцарилась темнота, но не такая черная, как по ночам в Эмбере. Лина видела серый прямоугольник окна, потому что светилось небо: серебряный круг, яркие точки. Как они называются? И кто такой Каспар? И как доктор могла стоять так близко от этого огромного, ужасного огня, который пылал на полу ее дома?