Люди и деньги
Шрифт:
Третий и, может быть, самый лучший способ добиться гармонии — отнестись ко всему философски, не обвиняя ни себя, ни других. В данном случае это прежде всего означает вообще перестать как-либо связывать свои усилия и способности с суммой своих доходов. Такое умение легче всего дается людям старшего поколения.
Они честно признаются себе, что не в силах изменить свое тяжелое материальное положение. При этом они могут негодовать по поводу меркантильности современного мира и видеть в деньгах источник зла и страданий. Однако это негодование в их сознании не персонализируется: правящее миром зло олицетворяют собой эпоха, общество или деньги как таковые, но не жена, Березовский
Современные социально-экономические преобразования в стране они понимают лишь как смену атрибутов власти: если раньше власть человека определялась его партийной должностью, то теперь она обусловливается его богатством. Но смысл власти от этого не поменялся: и раньше, и теперь «большие» люди определяют, как будут жить люди «маленькие»: какую они будут получать пенсию, сколько они будут платить за квартиру и сколько — за пакет молока.
Поскольку у представителей старшей возрастной группы не так уж много возможностей увеличить свой доход, они стремятся снизить расходы. Идея экономии становится для большинства представителей старшего поколения просто навязчивой. Характерными чертами пожилых людей являются своеобразная этика бережливости, не допускающая выбрасывания старых вещей, бесконечный ремонт предметов быта, обуви, перешивание одежды, умение делать все своими руками (от табуретки до самолета). А поскольку этот образ жизни мало отличается от привычного для них советского существования в условиях товарного дефицита, они испытывают гораздо меньший внутренний дискомфорт и тревогу, чем младшее поколение.
Гораздо труднее приходится молодежи, чьи финансовые возможности пока весьма ограничены, а потребности, наоборот, безграничны. Им на помощь приходит известный психологический механизм — механизм надежды. Судя по результатам опроса, любимое занятие молодых людей — мечтать о том, что они сделают, когда у них будет много денег.
Правда, хотя и говорят, что мечтать нетрудно, но суровая реальность порой стреножит даже самые сладкие грезы; многие молодые люди признают, что никогда не смогут накопить достаточно, чтобы удовлетворить все свои нужды. Да и вообще идея постепенного накопления молодежь не привлекает. Многие молодые люди признаются, что, как только у них появляются деньги, они чувствуют себя не в своей тарелке, пока не потратят все до копейки.
Подавляющее большинство молодых людей в возрасте от 18 до 25 лет считают, что получают за свою работу недостаточно. Это неудивительно: человек, который мало что умеет делать, обычно не в состоянии понять, что кто-то другой обладает специальными и довольно тонкими навыками, за которые ему и платят в несколько раз больше.
Свойственная юности самонадеянность не позволяет молодым людям предположить, что человек, зарабатывающий больше, чем они, умеет делать что-то, чего они не умеют. Поэтому многие молодые люди, особенно юноши, находятся в постоянном поиске работодателя, который по достоинству оценит их выдающиеся способности.
А вот среди девушек нередко встречаются твердо убежденные в том, что время, потраченное на добывание денег, это потерянное время. По всей вероятности, их жизненный сценарий включает в себя мысль об удачном замужестве, которое избавит их от необходимости добывать свой хлеб в поте лица.
Кстати, именно среди юных представительниц слабого пола пользуется наибольшей популярностью мысль о том, что человек, не имеющий денег, достоин презрения, даже если он умен и талантлив. Вероятно, это утверждение является для них не столько жизненным кредо, сколько критерием выбора будущего супруга.
Мужья-скряги и жены-мотовки
Тема денег — одна из «болевых точек» современного российского сознания, чреватая психологическими проблемами, межличностными
Экономические установки российского населения в настоящий момент отличаются гораздо меньшей дифференцированностью и большей диффузностью, чем установки жителей западных стран. Это свидетельствует о том, что отношение к деньгам в обыденном сознании россиян только начинает складываться и еще не достигло уровня «когнитивной сложности», отличающей экономические установки западного сознания.
Отношение россиян к деньгам в целом отличается повышенной тревожностью и аффективной насыщенностью. Можно предположить, что это связано с двумя причинами. Во-первых, сам процесс перестройки традиционных экономических установок вызывает в сознании наших соотечественников противоречия и путаницу, которая инициирует тревогу. Этот феномен известен в социальной психологии как когнитивный диссонанс.
Другая причина — их объективное беспокойство за свое материальное положение. Однако в сознании обе эти реальности (объективная и субъективная) сливаются в единый аффективный комплекс, влияющий не только на установки, но и на поведение. Подтверждением аффективной заряженности темы денег для респондентов стало и недоверчивое отношение многих из них к самой процедуре опроса. Так, 58 % школьных учителей отказались заполнить анкету, сочтя вопросы о деньгах неприличными.
Тема денег является одной из «болевых точек» современного российского сознания, в которой сосредоточены конфликтные смыслы и аффективные комплексы, чреватые психологическими проблемами, межличностными конфликтами и душевными расстройствами.
Сегодня не существует ни общепризнанной классификации, ни статистики подобных расстройств, однако высокий уровень тревожности населения по отношению к деньгам позволяет предположить, что их число сопоставимо с такими традиционными нозологическими категориями, как ипохондрия или агорафобия.
Женщины и мужчины по-разному проявляют свою тревожность в экономических установках и реальном поведении. Женщины чаще выражают тревогу через импульсивное экономическое поведение (неразумные траты и покупки, за которыми следует раскаяние и чувство вины). А мужчины чаще прибегают к проекции своей тревоги вовне, проявляя подозрительность к окружающим, недоверие к партнерам и открытые стычки с членами семьи.
Эти различия в экономических установках мужчин и женщин объясняются возрождением в постсоветской России патриархальной модели распределения гендерных ролей: мужчина — добытчик, женщина — хранительница очага. Возникающие в результате принятия этих ролей конфликтные смыслы сосредоточены у женщин вокруг проблемы контроля над экономической ситуацией (основной симптом — импульсивность, то есть отсутствие контроля). У мужчин конфликтный смысл денег связан с социальным статусом, престижем и самоуважением (основной симптом — демонстрация власти и силы).
«Патриархальность» экономических установок современных россиян выразилась в том, что женщины видят свою экономическую роль скорее в расходовании денег, чем в их зарабатывании, и отказываются воспринимать деньги как инструмент власти и престижа. Мужчины же, наоборот, признают свою роль «добытчика», зарабатывающего деньги и именно поэтому имеющего власть ими распоряжаться. Обе эти установки одинаково чреваты внутренними и внешними конфликтами, вызывающими тревогу.
Женщина, легкомысленно относящаяся к зарабатыванию денег и конструирующая свою гендерную идентичность в процессе потребления определенных товаров (одежды, косметики и т. п.), попадает в зависимость от мужчины, который ее содержит. Мужчина же, считающий способность зарабатывать деньги признаком своей гендерной состоятельности (власти, статуса, уважения), попадает в зависимость от экономических обстоятельств, которые не всегда позволяют ему подтвердить эту свою состоятельность.