Люди Дромоса
Шрифт:
– Мысли, по большей части нецензурные. А что касается ощущений, то жопа она и есть жопа. Жопа Серого Кардинала.
– И, никакой сопричастности? Вы не чувствовали себя частью целого?
Я помотал головой, а "Аббат" вздохнул.
– Вы ещё больший счастливец, чем я думал.
– Потом, снова испытующе поглядел на меня и произнёс: - Кажется, через неделю вашим малышам исполняется по два годика?
– Я набычился, но он и не требовал ответа.
– Так я зайду в гости. И… соберите всю вашу команду. Виктора, Профа… мне кажется, нам
Он повернулся спиной и стал удаляться, растворяясь и исчезая в вообржаемо-иллюзорном пространстве далей. Скрываясь в видимости того, что, возможно, и не было настоящим: равнин, лесов, неба.
Постепенно успокаиваясь, я медленно огляделся, на предмет местонахождения. Судя по тому, что оказался в месте, "выходившем" на нашу Землю, то я дома. Только вот где? Поломав голову, и вспомнив, что "забрали" меня с поезда, шедшего где-то по просторам Польши, или что там было в Ленкином мире, решил, что должен находится где-то вблизи Варшавы.
Освежая в голове ничтожный запас польских слов, я брёл через поле, пытаясь угадать, что же попадётся мне на пути. Пройдя километра два и почувствовав, что хождение изрядно надоело, я "вернулся" в коридор и облачился в модуль.
Снова "перейдя", подпрыгнул километра на два и, наконец-то сориентировался. Привычный, в общем-то, пейзаж. Километрах в двадцати стоял небольшой городишко и я, решив, что терять мне, в общем-то, нечего, снова "вернулся" в коридор, чтобы пересесть на скутер. Семь бед, один ответ. Ибо то, что рассказал мне Аббат, делало абсолютно ВСЁ мелким и не важным.
Хотя, нет, не всё. Например, со всеми этими расстройствами, я изрядно проголодался. И, прежде чем предпринять путешествие в Москву, зашёл в один из маленьких ресторанчиков в замеченном городке.
Уселся за столик и жестами изобразил, что хочу есть. Передо мной поставили большущую тарелку, и я почувствовал, что чертовски, просто безобразно и до неприличия голоден.
Аромат копчёного мяса защекотал ноздри и вскружил голову, заставив заурчать желудок. Казалось, даже кровь скорее побежала по венам, подгоняемая учащённо забившимся сердцем. Потекли слюнки и я, урча, словно голодный зверь, впился зубами в поданный мне кусок. Эх, пивка бы сейчас. Я щёлкнул пальцами и на столике быстро появился кувшин с пенистой шапкой. И очень вовремя, надо сказать, так как во рту начался пожар, который я поспешил залить продуктом местных пивоварен. Холодным, пенистым. Казалось, оно таяло во рту, гася угли и, в свою очередь, требуя "продолжения банкета" в виде воблы. Мечтать не вредно, ибо воблы в меню не было.
Но это я уж совсем оборзел.
"Как быстро ты превратился в эстетствующего гурмана". Ехидно начало моё "второе Я". Хотя, кто их, гурманов знает. Может, они воблу на дух не переносят.
Поймав себя на этих мыслях, я понял, что вот теперь, мне действительно всё нипочём. И, расплатившись долларами, вышел из заведения и побрёл за город, чтобы, наконец, забраться в скутер и отправиться
Дома ждала Инкина записка.
"Юрик, Лена. Куда вы запропастились? А, впрочем, догадываюсь. Вляпались в очередную авантюру. Я с малышами "у себя" и собираюсь "выйти" через два дня. Пока. Инна".
Внизу стояло вчерашнее число.
Да уж, дорогая угадала на все сто пятьдесят процентов. Вот, боюсь только, узнав насколько мы вляпались, у неё волосы встанут дыбом.
За всеми этими размышлениями я не торопясь принял душ и произвёл ревизию холодильника. И, чистый и умытый, сияя распаренной розовой кожей приготовил здоровущий бутерброд и принялся собираться с духом, чтобы позвонить Виктору.
"Раз уж "Аббат" настаивает на сборе всех то, значит, у него есть какой-о план. И, я так понимаю, это не просто "сходи туда куда я скажу, и дай тому-то и тому-то по морде".
Наконец, дойдя до нужной кондиции, снял трубку и набрал номер. Он ответил после третьего гудка.
– Здравствуёте, Сэнсэй.
– А, явился!
– едва заслышав мой голос, заворчал он.
– Я что, ухитрился пропустить что-то важное?
– Да нет, это я так, для острастки. Что новенького?
– Много чего.
– Я боялся быть принятым за сумасшедшего и не решился пересказать то, чем осчастливил меня Аббат по телефону. Лучше, пусть уж сам. При встрече, так сказать.
– Чего звонишь-то?
– Подозрительно спросил он.
– Что-то раньше за тобой подобной прыти не наблюдалось.
Это он верно подметил. После сворачивания работ по исследованию Земли-2 я всеми правдами и неправдами старался отлынить от всевозможных мелких и нудных поручений, которыми меня старался загрузить Генерал. Иногда это удавалось, а иногда, как в случае с командировкой к берегам Средиземного моря - нет.
– Да вот, звоню напомнить, что через недельку у нас праздник.
– Ну, об этом мог бы не напоминать. Да и Елена Владимировна не дала бы забыть. Кстати, как она там?
– Жива здорова. По крайней мере была таковой два дня назад.
– Ладно, майор, до встречи. И смотри там у меня.
– В его голосе появлись притворно-грозные нотки.
– Куда смотреть-то?
– Ну, не прикидывайся овечкой. Кто Смыслова с секретуткой на бульвар выволок? Бедняг подобрал милицейский патруль, и дело получило огласку. А в ведомствах, подобных нашему, сам знаешь…
– Так таки не смог отмазаться?
– Смочь-то смог, это ты прав. Да вот, только, карьерный рост проколовшегося сотрудника поневоле начинает тормозиться. У нас же, сам знаешь, на каждое место по два кандидата.
– Так, может, я уступлю кому нибудь моё?
– Не преминул поинтересоваться я.
Не то чтобы погоны меня слишком тяготили, но…
– Но-но, ты это мне брось. Голову собственноручно оторву.
– Пообещал Виктор.
И дал отбой.
Я часа два поспал, после чего, оставив Инне записку и глубоко вздохнув, снова "вошёл" в коридор.