Люди до

Грачева Аня

– Ты великолепна!
– Говорит он и улыбается. Я хотела улыбнуться в ответ, но не могу, пока не дожую.

Тим уже привел себя в порядок. Переоделся и сбрил щетину, что нелепо смотрелась на его лице, но взгляд уставших глаз ему замаскировать не удалось.

Лён, тоже подходит ко мне и заглядывает в кастрюлю.

– Ты что-нибудь нам оставила, сестренка? Сара вообще-то на всех готовила.

– Я посто невничава!
– Еле выговариваю в ответ.

Чего?
– Переспрашивает Лён, и я начинаю интенсивнее работать челюстями.

– Она

нервничала.
– Говорит Су, подойдя ко мне, и забирая из рук кастрюлю с ложкой, которую ставит на обеденный стол. Она достает и раскладывает приборы для остальных.
– И я ее прекрасно понимаю, когда я узнала, что Лин и Тим ушли без меня, я была просто в ярости и разгромила пол дома, после чего пришлось делать небольшой ремонт и закрывать картинами и полками то, что не удалось восстановить.

Я виновато улыбнулась и подошла обнять Су.

– Прости меня, Су. Я была уверена, что так будет лучше для тебя.

– Я Сара, - говорит Су, тоже меня обнимая, - все за стол.
– Командует она.

– Для меня ты всегда будешь Су и я, кажется наелась.
– Я улыбаюсь, глядя на Су, как она пытается злиться, но у нее ничего не выходит.

– Еще бы!
– Издевается Лён, возвращаясь к теме еды.
– Столько бы и я не съел!

– А ты мне нравился больше, когда молчал!
– Выдаю я в ответ на его колкость.

– Я тебе хотя бы нравился!
– Парирует Лён и довольно улыбается.

Вот гад! Я хватаю в руку то, что первое попало и бросаю в него. Это ложка. Она пролетает над столом и звякает о стену, неподалеку от Лёна.

– Да, еще и с точностью проблема.
– Смеется он.

– Это я тебя пожалела.
– Я сажусь за стол и показываю Лёну язык.

– Так, хватит!
– Вмешивается Тим в нашу перепалку.
– Теперь я верю, что вы брат и сестра, а то судя по внешности, никогда бы не сказал про вас, что вы родственники. Но, вот характер, берет свое!

– Я похож на отца!
– Заявляет Лён.

– А я на мать!
– Говорю я.

– А я и не сомневаюсь, давайте уже есть.
– Отвечает Тим нам обоим и берет в руки ложку.

Все рассаживаются и едят, кроме меня. Я наелась на неделю вперед.

Я смотрю на Лёна и получаю удовольствие от сладкого чая, и от вида Лёна, который впервые пробует еду Коммуны. Он немного кривится от обилия вкусов, которые терзают, его не привыкшие к чувствам рецепторы. Но нужно отдать должное, он съедает все, не оставив ни крошки. То ли так голоден, то ли не хочет показаться слабаком. Я ведь ела, да и Тим с Су не выпускают ложек из рук. А может, и то, и другое.

– Так где вы были и почему не взяли меня с собой?
– Задаю им мучающий меня вопрос, когда они заканчивают обед.

– Ты так сладко спала, что я не стал тебя будить. Пусть, хоть кто-то в нашей команде, будет выспавшимся. А мы собирали вещи в дорогу.
– Отвечает Тим и показывает на четыре рюкзака, что стоят у входной двери.

– Почему четыре?
– Удивляюсь я.

– А ты что, и в этот раз, решила оставить меня здесь и сбежать?
– Начинает

нервничать Су.

Я молчу, не нагнетая обстановку. Если Су решила, что пойдет, путь будет так. Но, лично мне, было бы спокойнее, если бы и Су и Лён остались в Коммуне. Как раз, подруга бы приглядела за братцем.

– Если мы, после убежища, собираемся посетить Новый город, с дипломатической миссией, то от Коммуны нам нужен член правления, или как у вас тут называют правящий орган?
– Оживает Лён, выпив несколько стаканов воды.

Тим с Су заговорщически переглядываются и загадочно улыбаются.

– Вообще-то, в Коммуне, только один член правления или, правильно, Глава Коммуны, - объясняет Су, - единоличное правление изначально было принято у нас. Но основные решения принимаются всеобщим голосованием. Глава, управляет поселением, к нему обращаются в спорных вопросах.
– Рассказывает нам Су так, словно является коренным жителем Нового мира и все про всех знает.

– Хорошо, а Глава сможет присоединиться к нам, если мы объясним ему важность нашей миссии?
– Задает вопрос Лён, обращаясь к Су и Тиму.

– Глава Коммуны уже в курсе всех событий, и он идет с вами.
– Говорит Тим и приставляя свою руку к груди, слегка кивает головой в нашу сторону.

У меня даже рот от неожиданности приоткрылся, Лён, тоже был весьма озадачен.

– Тим? Ты? Но почему ты раньше молчал?
– Наконец отмираю я.

– Ты и не спрашивала, к тому же Главой Коммуны я стал совсем недавно. Право занять этот пост передается по наследству. Неделю назад, мой отец отрекся от занимаемого поста, в силу возраста он уже не мог управлять достойно городом. И мне пришлось взять управление на себя, так как я - его единственный ребенок.

– Ну, что ж, это многое объясняет.
– Я психую, выхожу из кухни и с грохотом сажусь на диван.

Вскоре, Тим подходит ко мне и садится рядом.

– Прости, я не знал, что это имеет какое-то значение. Я не хотел тебя обманывать, просто не думал, что это важная информация. К тому же у меня голова была забита только твоими поисками, а после новой информацией от тебя. Я даже не успел толком исполнять обязанности Главы Коммуны, решил всего лишь пару вопросов, в перерывах между поисками тебя, даже на сон времени не было.
– Тим все извиняется, а я уже его простила. Обнимаю и целую его.

– Все хорошо, просто мог бы намекнуть как-то. Или ты, Су. Могла рассказать пораньше.
– Кричу ей с дивана.

– Да тоже к слову не приходилось как-то.
– Объясняет Су, подходя к нам.

– Ну, зато все выстраивается, как нельзя кстати! Теперь можно выдвигаться в путь.
– Лён, как ни в чем не бывало подходит к двери, надевая на себя рюкзак.
– Тебе, как Главе города, нужно предупреждать кого-то о своем уходе?
– Спрашивает Лён.

– Вероника в курсе, она сообщит отцу. Он временно заменит меня. Лично, разговаривать с ним, у меня нет времени.
– Отвечает Тим, тоже подходя к двери, и поднимает свой рюкзак с явным усилием.