Люцифер. Путь Падшего

Магазинников Иван Владимирович

Она стояла на потолке, свесившись вниз головой таким образом, что круглая детская рожица оказалась прямо напротив моего лица.

Нос к носу.

Глаза в глаза.

И это были совершенно не детские широко распахнутые глазенки, которые ожидаешь увидеть на пухленьком щекастом личике!

Да и зубки тоже: такими впору рвать сырое мясо и дробить кости…

— Тебе чаще надо бывать на воздухе — смотри, какой бледный! — заявил я.

А потом плюнул.

Не в смысле там через левое плечо, и не начал суеверно сплевывать, бормоча какую-нибудь мнемонику от сглаза, порчи и нечистого

духа.

Нет.

Я с протяжным горловым хрипом набрал побольше слюны и смачно харкнул прямо в щекастую бледную рожицу ангъяка.

Не ожидающая подобного коварства от беззащитной жертвы, тварь шлепнулась с потолка на пол и торопливо поползла прочь, вихляя затянутым в подгузник задом и волоча за собою искалеченные ножки.

И чем же ты тогда там топал, человека кусок?

Похоже, это не простой утробник, а спартанец — родившийся со врожденным уродством или травмой младенец, от которого по этой причине и открестилась собственная мать. А то сама же и придушила из «милосердия». Подобные твари в свое время прилично досаждали лакедемонянам, устроив целое логово на костях в тамошних Апофетах*…

— Хэй, Юджин, смотри, как я умею!

С этими словами я в два прыжка нагнал улепетывающего призрака и со всей дури (а у Владыки Ада ее предостаточно во всех смыслах!) отвесил ему смачного увесистого пинка, отправляя в полет… прямиком в руки перепуганного Голода. Который со страху наконец-то смог активировать сверхъестественное зрение лярвы (и слух, кажется, тоже) и во всех подробностях рассмотреть истошно вопящий и летящий прямо ему в руки «снаряд».

* Примечания ХХХХХХХХХ

Утробник, утбурд, мюлинг, ангъяк, мелкий сосун… — на самом деле это названия разных злобных сверхъестественных младенцев у разных народов. Все они имеют разное происхождение и повадки, но Люцифер подобными мелочами не заморачивается.

Лакедемоняне — они же спартанцы, жители древней Спарты (Лакедемонии). Люцифер предпочитает использовать именно это название, потому оно созвучно с ласкающим его извращенный слух словом «демон».

Апофеты — «Место отречения, отказа». Ущелье, в которое, согласно преданиям, спартанцы сбрасывали слабых и уродливых младенцев в рамках государственной программы «идеальный спартанский воин». На самом же деле, в Апофетах казнили военнопленных и преступников, а «бракованных» детей просто душили и бросали в лесу, где их подъедали еноты и лисы. И уже привлеченные остаточными эманациями страданий и смерти, призраки-младенцы сползались в заполненное костями и трупами ущелье. По крайней мере, на этой версии настаивает Люцифер.

Глава 11. Наследство ангъяка

Вы когда-нибудь пинали младенцев? Желательно мертвых? А вот попробуйте — очень медитативное и расслабляющее занятие, скажу я вам…

Правда, похоже, перепуганный Голод моей позиции не разделял.

Он держал отчаянно вопящего призрака на вытянутых руках, как можно дальше от себя, крепко-накрепко зажмурив глаза, словно это поможет ему не слышать детских криков. Хотя ну какие там крики-то? Так, любительское неубедительное повизгивание —

даже ни один стакан не лопнул где-нибудь за стеной и картины со стен не попадали. Вот в моих адских застенках грешники орут так, что посуду приходится делать из термо-вибростойкого стекла…

И вообще я решительно не понимаю, зачем так орать? Ну приложили тебя слегка под зад — так ведь там памперс! Тем более, что ты призрак и вообще не должен был ничего почувствовать.

Ну почти.

Я с гордостью посмотрел на старенькие потертые темно-синие «Конверсы», на зачарование которых спустил всю Энергию Сотворения, что у меня оставалась.

Да-да, в отличие от некоторых, я не просто гулял по гостиничному коридору, который удлинял и запутывал прямо под нашими ногами мстительный дух, а строил планы и творил самые что ни на есть настоящие чудеса.

Так что теперь у меня есть временно материализованный призрак убитого уродливого младенца и пара отличных «Конверсов», которые я переименовал в Башмаки пинательного экзорцизма имени почти святого Карлоса да Сильвы. Или, если сокращенно, «Святые педали». В них теперь жил дух экзорциста, прибывшего в одну из колоний Нового Света из Португалии, чтобы охотиться на еретиков и плодить марранов* — именно он и отвечал за волшебные свойства обуви.

Святые педали

Зачарованная обувь 1 уровня

Урон: 1-3

Скорость бега: +5%

Зачарование:

Принудительная материализация

+20% урона призракам и одержимым

Душонка, конечно, попалась мне тщедушная и малополезная — даже экзорцизму не обученная, но в моей ситуации особо выбирать и не приходится. Можно было, конечно, разблокировать «Слово Экзорцизма» или «Низвержение проклятой души», но от первого у меня потом жуткая аллергия будет, а второе и стоит дорого, и действует уж слишком радикально.

Поэтому я и решил создать артефакт вместо того, чтобы получить какое-нибудь подходящее умение в личное пользование. Получилось неплохо, за исключением одной маленькой и неприятной детали.

Фактически, я ведь тоже был одержимым, да еще и самим Люцифером.

А значит, акт пинательной экзекуции сказывался не только на ангъяке, но и на мне тоже — сильно чесались пятки, причем в самом прямом смысле. К счастью, это ощущение длилось всего секунд десять, не дольше.

Тем временем, полупрозрачный малыш успокоился и бросил на меня исподлобья полный далеко не детской ненависти взгляд:

— Чего надо? — прохрипело существо.

— Ты понимаешь, кто я такой?

— Да уж вижу, что не Папа Римский. Чего вам от меня надо, спрашиваю? Сижу тут себе, никого не трогаю…

— …довожу людей до инфаркта и пожираю их души, — в тон ему продолжил я.

— Так то люди, — махнул он пухлой ручонкой, — Вам-то какое дело до них и до меня?

— А мы с проверкой к тебе. Инфернальная комиссия по делам несовершеннолетних.

— В жопу пошел, — огрызнулся «малыш», — Я застрял между небом и землей, так что ни к вашим, ни к ихним, — он указал пальцем вверх, — никакого отношения не имею.