Любовный эксперимент

Данан Рози

Наконец каждая пара инквизиторских глаз в аудитории обратилась на нее. Горло сдавило. Наоми пожалела, что не купила по пути газировку. Что-нибудь прохладное и настолько шипучее, чтобы пузырьки ударили ей в нос. Она знала, что газировка – это ночной кошмар диетолога, но подобные напитки были лишь одним из запретных удовольствий, которые она позволяла себе в таких редких случаях. Когда Наоми затягивалась сигаретой, то словно бы на мгновение оказывалась в нуарном фильме, прежде чем вспоминала, что с каждым вдохом отнимает у себя годы жизни. Было нечто особенное во флирте – совсем

мимолетном – с собственной погибелью, взывающем ко тьме внутри нее.

– Всем привет. – Сценический голос Наоми прозвучал неожиданно хрипло и соблазнительно. Она откашлялась. Этих людей точно не впечатлить образом Джессики Рэббит [1] . – Меня зовут Наоми Грант, и я секс-педагог.

Несколько слушателей ощетинились при слове «секс». А глаза одной женщины округлились, как два раскрытых зонта. Как же все предсказуемо и прозаично.

Знакомое чувство удовольствия, вызванное всеобщим шоком, нахлынуло на нее, и Наоми вздернула бедро.

1

Мультипликационный персонаж детективных нуар-романов о кролике Роджере, созданных писателем Гэри Вульфом.

– Я руковожу веб-сайтом «Бесстыжие», который ориентирован на продвижение здоровой и удовлетворяющей эмоционально-физической близости посредством обучающих видео, а также тематических статей и интерактивных пособий.

Профессор из Грин-Бей закашлялся так сильно, что у него на лбу выступила гневная вена.

– Наша онлайн-платформа содержит как образовательный, так и развлекательный контент, при этом у нас есть база с ежемесячной подпиской примерно в пять миллионов пользователей по всему миру. – Наоми произнесла заученную речь со всей бравадой, на которую только была способна перед стеной из множества нахмуренных лиц. – И я надеюсь включить в наши методы обучения и «тет-а-тет».

Ведущий конференции кивнул, прикладывая героические усилия, чтобы выглядеть невозмутимо.

– Добились ли вы успеха в этом начинании?

Наоми ответила ему печальной улыбкой.

– Нет, – она прочла его имя на бейдже, – Говард. – Бедный парнишка. Когда он проснулся этим утром, он и представить себе не мог, что угодит на минное поле ее уязвленной гордости. – Я связывалась с несколькими колледжами и общественными организациями, даже прошла заключительные собеседования на парочку должностей, но, как оказалось, есть люди, – Наоми окинула помещение многозначительным взглядом, – которые противятся тому, чтобы прославленный работник секс-индустрии стал одним из преподавателей их факультета.

Низкий гул голосов разнесся по залу, стоило слушателям осознать смысл сказанного. Предыдущие участники просто называли свои имена и область специализации, но Наоми не удовлетворилась смесью скептицизма и замешательства, вызванной ее презентацией. Нелепое желание заставить этих незнакомцев понять дело ее жизни побудило Наоми продолжить речь, хоть она и понимала, что они отмахнутся от ее знаний, как и все остальные.

– Думаю, вы согласитесь со мной, что академической средой правят помпезность и привилегии.

И это полный абсурд.

– Э-э-э… – какой-то мужчина поднял руку. явно желая возразить.

Наоми проигнорировала его.

– Я получила ученую степень в Калифорнийском университете. Мой портал ежегодно собирает более миллиарда единиц статистических данных о динамике межличностных отношений и секса, и я обладаю уникальным жизненным опытом, основанным на всестороннем исследовании интимной жизни не просто как взрослого члена общества, но и как публичной личности. Казалось бы, этого должно быть достаточно, чтобы дать мне право обучать людей грамотному установлению интимных связей, но, как показывает практика, – Наоми развела руками, – это не так.

Уже на этом этапе большинство людей отказывалось ее слушать, поэтому стремление завоевать признание в этом душном зале превратилось для нее в некий вызов. Наоми нуждалась в одобрении какого-нибудь авторитетного работодателя. К тому же она уже создала «Бесстыжих» с нуля, и пусть стартап себя уже оправдывал, он также сильно выматывал ее.

– Не кажется ли вам, Говард, что мир станет лучше, если мы начнем вести открытый диалог, который позволит людям без стеснения отстаивать себя в отношениях?

– Пожалуй… – Говард начал краснеть.

– Вы когда-нибудь спрашивали себя, почему люди так сильно боятся темы секса?

В попытке побороть щемящее чувство разочарования Наоми подмигнула женщине, которая таращилась на нее с откровенным ужасом. После стольких красивых речей она наконец врезалась в препятствие, которое не могла преодолеть.

– А я спрашиваю. Постоянно. У меня есть несколько теорий на этот счет. И, возможно, они помогут людям. Но никто не хочет их слышать.

Наоми искренне верила, что половое просвещение и лекции об отношениях обязаны быть включены в программу общедоступного современного образования. Если она сможет охватить более широкую аудиторию, ее опыт и теории могут оказать на социум огромное влияние. Как бы Наоми ни импонировала бунтарям, она считала, что ресурсы для установления здоровых интимных отношений они не должны контролировать.

– И нет, я не питаю иллюзий насчет происходящего. – Наоми драматично выдохнула. – Можете счесть меня наивной, но я думала, что к тому времени, когда перестану сниматься в фильмах для взрослых, мир станет более открытым. Я ошиблась. И знаете, почему? – она указала пальцем на взволнованную публику.

– Потому что, если кто-то и позволил бы мне преподавать, то им пришлось бы иметь дело с токсичной средой и токсичными людьми, которых они продолжают поддерживать. Неловко, да? Вот так неловкость!

– Мисс Грант, – Говард попытался вмешаться, – может, нам уже стоит перейти к следующему?..

– Вы никогда не злитесь, Говард? – Она поднялась на сцену и оперлась обеими руками о кафедру. – Статистика удручает. Наше общество столкнулось с проблемой романтических взаимоотношений, не говоря уже о дефиците оргазма. Чем раньше мы перестанем притворяться, что цифровой век не поменял нашу модель общения, тем больше шансов, что нынешнее поколение не вымрет от одиночества и сексуальной неудовлетворенности.