Любовные игры

Роджерс Розмари

— Нет, я не из породы патологических лжецов, — попыталась оправдаться Сара.

— Спасибо, это именно то, что я хотела услышать. Я очень рада этому, моя дорогая. Успокойтесь и скажите мне правду, чтобы я могла помешать Марко… проявить характер. У него очень тяжелый нрав — кажется, вы уже испытали это на себе?

Глядя в спокойное лицо герцогини, Сара решила, что может позволить себе уступить: ведь через каких-нибудь пару часов она встретится с Анджело.

Конечно, она не лгунья от природы, разве что ее выведут из себя. И наплевать ей на гнев Марко. Естественно, он придет в бешенство, когда

узнает, что его столько времени водили за нос. Уж лучше открыть правду его мачехе, чем ему самому.

— Ну… дело в том, что я — сестра Дилайт и согласилась выдать себя за нее, чтобы отвлечь внимание Марко, пока они с Карло…

Герцогиня удовлетворенно кивнула.

— Ну вот, это уже не лишено смысла. Может быть, выпьем немного вина, прежде чем вы мне все расскажете? Должна признаться, я была страшно зла на вас, но Серафина на удивление рьяно встала на вашу защиту. А она женщина строгих правил. Но в вашем случае… Продолжайте, пожалуйста. Даже если вы кое-где и погрешили против истины, я уверена: это будет презанимательная история!

Глава 37

Позже Сара думала: могло быть и хуже. Герцогиня на удивление не похожа на мегеру, напротив, она так вежливо расспрашивала ее, и потом, когда они расстались, у Сары осталось впечатление, будто окончательный приговор ей еще не вынесен. Конечно, Сара кое о чем умолчала и испытала облегчение, когда ее элегантная мучительница собралась уходить.

— Ну что ж, — сказала та напоследок, — думаю, что финал этой истории зависит только от вас с Марко. Но я хочу предупредить вас, дорогая, что он не из тех, кто легко мирится с поражением, особенно если его выставили на посмешище, так что советую приготовиться к худшему. Видимо, он уже прочитал сообщение в газетах. Кажется, ни одна из них не обошла вниманием тот факт, что сам кардинал обвенчал вашу сестру и Карло.

Марко! Какое ей дело до его реакции? Да, он, наверное, уже в курсе.

Притворившись — ради Серафины, — будто она пораньше хочет лечь спать, Сара выключила всюду свет и одетая залезла под простыню. Все ее существо было натянуто, как струна. Нет, так не годится. Нужно сохранять спокойствие и думать только об одном. Ей просто необходимо улизнуть раньше, чем он вернется, без разрешения ворвется в ее спальню, схватит ее в охапку, овладеет ею, вынудит забыть о достоинстве, и не останется ни обиды, ни желания отомстить — только то, что он, вопреки ее воле, заставит ее чувствовать. Нет, нужно немедленно бежать! Вернуться к себе самой!

— Эгей! Пора! — раздался снизу голос Анджело. И в ту же минуту Сара услышала рокот приближающегося вертолета.

Ведомая инстинктом самосохранения, Сара двигалась послушно, как автомат.

Следовать за Анджело было нелегко, но она даже радовалась трудностям: они отвлекали ее от собственных мыслей, помогали сохранить душевное равновесие.

Когда они выбрались на поляну, Анджело рассыпался в похвалах:

— А знаешь, ты молодчина! «Это что-то!», как говорят в Штатах. Ты когда-нибудь ездила на мотоцикле?

У Сары в ушах все еще стоял рокот вертолета. Страх перед гневом Марко гнал ее вперед. Она была готова на все, лишь бы убежать от смуглого мстителя.

— Нет, ни разу. Но я схватываю на лету. Объясни, что нужно делать.

«Скорее,

скорее, скорее!» — твердил внутренний голос.

Она взобралась на сиденье позади Анджело и обеими руками ухватилась за него.

— Не забывай смотреть, куда ставишь ноги! Эти трубы могут обжечь или покалечить. Крепче держись за меня и старайся повторять мои движения — скоро научишься. И помни: тебе не о чем беспокоиться! Я знаю каждую тропинку и каждый камень, при свете и в кромешной тьме. Он ни за что нас не догонит даже на своем вшивом вертолете.

Мотоцикл с ревом ринулся вниз с холма. Теперь, если бы даже вертолет гнался за ними по пятам, они бы не расслышали его рокота. Главной задачей Сары стало не сорваться с мотоцикла, и она изо всех сил прижималась к Анджело, крепко зажмурив глаза и уткнувшись лицом в его широкую спину.

Время неслось так же быстро, как мелькали одна за другой покрываемые ими мили. Саре легко было ни о чем не думать: она полностью отдалась этой сумасшедшей гонке сквозь тьму сардинской ночи, которая, казалось ей, никогда не кончится. В голове у нее словно отстукивал метроном в такт этой бешеной езде: «Забудь! Забудь! Забудь!»

— Не бойся, ему нас не найти. Откуда ему знать, в каком направлении мы рванули? И что мы вообще рванули? Он, наверное, убежден… Зная, как устроена его голова, — Анджело усмехнулся очень похоже на Марко, — я могу предположить, что он думает: мы с тобой барахтаемся где-нибудь в постели. Не то чтобы мне не импонировала эта идея — прошу прощения, мисс Сара, беда лишь в том, что сейчас ее трудновато осуществить, однако мой твердолобый братец не знает об этом.

Ветер унес ее ответ. Сара снова замолчала и была рада бесконечной трескотне Анджело, на своем мотоцикле уносившего ее навстречу зарозовевшему рассвету. Они спустились к морю. Постепенно дороги становились шире; начали попадаться встречные машины. Анджело так лихо лавировал между ними, что Сара снова зажмурила глаза и долго-долго держала их закрытыми.

Если ей суждено уцелеть, она никогда в жизни не сядет на мотоцикл. Только бы пережить эту ужасную гонку — и Сара с удовольствием вернется к прежней, размеренной жизни. Хватит, она уже получила свою долю приключений! Вот посмеется мама Мона — и сожмет ее в объятиях. Она будет довольна, что ее правильная маленькая Сара наконец-то разбила кокон, в котором обреталась всю жизнь — сидела и задыхалась. Потребовалось вмешательство Дилайт, чтобы помочь ей выбраться. Она на своей шкуре изведала, какое это «счастье» жить, не особенно беспокоясь о разных условностях и ограничениях. Она словно перенеслась из одного мира в другой, где воспоминание о собственном «я» нередко заставляло ее краснеть.

— Держишься молодцом! — весело прокричал Анджело, заглушая треск мотоцикла. — Но зачем ты так вцепилась в меня? Хотя мне, само собой, лестно.

Мы уже почти приехали, так что успокойся, ты в надежных руках. Если я правильно рассчитал, мы должны оказаться на месте, где ведутся съемки, — оно называется Кастелло — как раз к тому времени, когда они делают перерыв, чтобы выпить по чашечке кофе.

С каждым километром, приближавшим их к Кальяри, Сара все сильнее волновалась при мысли о том, как счастливо она избежала опасности. Избежала?