Любовные игры
Шрифт:
Интересно, что скажет его обожаемая добродетельная мачеха? И какая идиотка из порядочных согласится стать женой человека с запятнанной репутацией?
О сладость мести! Пусть только он начнет первым, а уж за ней не заржавеет! Праведный гнев вознесет ее на недосягаемую высоту. А пока нужно наслаждаться золотыми, как мед, потоками солнечных лучей и горячим ветром в лицо — с ароматами цветов и горных кустарников. Ее радовали быстрая скачка и ощущение свободы. Зачем думать о неприятном? Зачем вообще думать?
Сара заметила, что свирепый жеребец
Оба пустили лошадей легким галопом. У Сары распустились волосы, и их трепал ветер. Черепаховый гребень упал на шею. Она машинально подняла руку, но Марко опередил ее, на мгновение прижавшись к ней бедром и нагнувшись за гребнем.
— Стой тихо. Нечего шарахаться, подобно перепуганной кошке. — Он нарочно долго доставал гребень из ее волос.
— Не стоит…
— У тебя красивый гребень, жалко будет, если потеряется. Но так гораздо лучше, — он запустил пальцы в ее густые волосы, при этом во все стороны посыпались заколки. Сара издала негодующий возглас, но Марко проигнорировал его. — Хорошо, что твой безобразный перманент развился.
Становилось все труднее удерживать Фьяметту: Марко безраздельно завладел вниманием Сары. Она заносчиво усмехнулась.
— Спасибо. Я польщена.
— Пожалуйста, — он продолжал все с той же кривой усмешкой пялиться на нее. А вместо того чтобы отдать ей гребень, сунул себе в карман. Подонок!
Под пристальным взглядом Марко Сара почувствовала себя не в своей тарелке. И почему его глаза имеют над ней почти гипнотическую власть? Она лихорадочно искала в памяти какое-нибудь резкое слово, которое помогло бы восстановить между ними спасительную дистанцию.
Марко первым нарушил молчание:
— Рад, что ты способна управляться с Фьяметтой без посторонней помощи.
Может быть, поедем дальше? — он с сомнением покосился на ее непокрытую голову, пылавшую на солнце всеми оттенками коричневых и золотистых тонов. Напрасно ты не надела шляпу. Солнце Сардинии коварнее, чем это кажется иностранцам.
Сара на миг отбросила гордость.
— Прошу тебя! Ну, пожалуйста! Я привыкла ходить с непокрытой головой, даже под тропическим солнцем, и просто обожаю ездить верхом. Лошадь еще далеко не выдохлась, так что…
Марко непривычным для себя жестом взъерошил свои черные волосы. Какого черта он поддался импульсу и взял ее с собой в горы — после того, как она буквально лезла вон из кожи, чтобы вывести его из себя? А теперь вот уставилась огромными зелеными глазищами, в которых почему-то нет ни обиды, ни ненависти — только жажда перемен и трогательная мольба: ну просто пай-девочка! Ему бы следовало…
Он неожиданно кивнул в знак согласия и натянул поводья, направляя своего скакуна.
— Будь
Кротко следуя за ним — как он велел, на расстоянии десяти шагов, — Сара боролась с искушением ляпнуть что-нибудь ехидное. К счастью, она вовремя прикусывала язык. Может, ее достоинство и пострадало, зато прогулка оказалась очень приятной.
И все-таки он невозможен! Какая кретинка захочет иметь мужем человека с феодальными замашками? И эта напыщенность! Сара исчерпала почти весь свой критический лексикон. Собственно говоря, что ей за дело до его будущей жены?
Скоро он навсегда исчезнет с ее горизонта.
Вдруг лес расступился, и они очутились на поляне перед сложенной из камней хижиной, возле которой на деревянных стульях спокойно сидели двое вооруженных мужчин. Сначала Саре показалось, будто они дремлют на солнышке, но уже в следующую секунду мужчины вскочили на ноги и схватились за пистолеты.
«Разбойники, — подумалось Саре. — Может, это и есть пресловутая мафия?
Что делать? Звать на помощь? Неужели они станут стрелять?»
Наверное, у нее вырвался приглушенный возглас, потому что Марко обернулся и хмуро спросил:
— Ты что-то сказала?
— Я? Ничего… — Он смерил ее скептическим взглядом, и она поторопилась добавить:
— Немного закашлялась. Вероятно, наглоталась пыли. Все уже прошло.
Она с облегчением убедилась, что эти двое знают Марко. Возможно, он глава местного клана? Как Крестный отец…
Сара от всей души понадеялась, что эти мысли не написаны у нее на лбу:
Марко смотрел на нее чуточку дольше, чем требовала ситуация. Потом коротко уронил:
— Оставайся на лошади. Я ненадолго.
Он ловко спешился и шепнул что-то на ухо своему жеребцу. Тот моментально успокоился.
«Только и знает, что командовать!» — неприязненно подумала Сара, но подчинилась. Марко исчез за дверью хижины вместе с одним из мужчин; другой остался — должно быть, присматривать за ней. Интересно, чего он боится — что она удерет на его лошади? Ха! Она не настолько глупа, чтобы не понимать, что тотчас потеряет дорогу. Сара устремила взгляд на смуглое устрашающего вида лицо человека, который стоял в нескольких футах и не спускал с нее глаз, как с опасного преступника.
Наконец появился Марко, на сей раз при оружии. С пистолетом за поясом, в расстегнутой на груди рубашке и с черными, спадающими на лоб кудрями, он был похож на разбойника былых времен: такой же хитрый, беспощадный, ничем не брезгующий ради достижения своей цели. Сара слегка дрожала от страха пополам с восхищением. Наверное, такие же чувства охватили бы ее при встрече с настоящим волком: страстное желание бежать без задних ног и одновременно невозможность пошевелиться, отвести глаза от кровожадного хищника.