Любовные игры
Шрифт:
— Только в промежутках. Девушке следует держать ухо востро в обществе таких обаятельных мальчиков. И хорошо себя вести.
— К черту! — вякнул голубоглазый, впившись в нее раздевающим взглядом. На вечеринке у Винчи никто не смеет хорошо себя вести! Разве Марко не предупредил тебя, малышка? Здесь ты можешь совершенно расслабиться.
Сара наконец-то узнала его: это был «чудо-ребенок», комментатор с телевидения, который вечно лез в самое пекло и благодаря этому стал одним из самых высокооплачиваемых в своей профессии.
— Ты в самом деле
Мой друг Глинн прав: здесь ты можешь делать все, что хочешь, и никто не станет поднимать брови. Почему бы тебе и вправду не расслабиться?
— Вот, веселитесь! — Солидный, плотный господин с рыжей шевелюрой извлек откуда-то флакон с белым порошком. — Не думайте, он очень крепкий, настаивал он, ошибочно истолковав ее колебания. — Я получаю очищенное сырье и сам готовлю снадобье.
— Валяй, ты среди друзей! А я посмотрю, чтобы с тобой все было в порядке.
«Дьявол в бархатном камзоле», — вспомнила Сара, чувствуя, как захлопывается западня. Так называлась книга, которую она когда-то читала.
Как это название подходит ее свирепому смуглому герцогу, который носит медальон с изображением хищного зверя! Нельзя дать ему заподозрить обман во всяком случае, до тех пор, пока она не окажется в безопасности.
Чувствуя на себе десятки чужих глаз, Сара импровизировала:
— Сначала вы! А я и так на верху блаженства.
Рыжий пожал плечами, отвернул пробку и, прищемив одну ноздрю, другой втянул в себя снадобье.
— Господи Иисусе! Обалденно! — он повторил процедуру с другой ноздрей.
Сара внимательно наблюдала за его действиями, чувствуя на своей шее пальцы Марко.
— Теперь ваша очередь!
Она взяла флакон с тем видом профессионала, какой только что был у рыжего господина. На самом деле у нее душа ушла в пятки.
— Черт побери, чего это вы все вылупились, а?
— Царица бала! — Голубоглазый в приступе дикого веселья схватился за живот и на несколько секунд выпустил Сару из поля зрения. Гордая своей предприимчивостью, она притворилась, будто открутила пробку, и торжественно понюхала свой палец, поднеся его сначала к одной, а затем другой ноздре.
— Ну и ну — крепкая штука! Гораздо крепче, чем моя обычная доза. Спасибо, малыш.
— Ты уверена, что приняла достаточно? Что-то не видно, чтобы ты расслабилась.
И почему Марко не может оставить ее в покое? Сара подергала головой, пытаясь сбросить с себя его обманчиво-нежные пальцы.
— Ну просто кайф! И нечего меня пасти, я в полном порядке.
— Тебя не научили хорошим манерам.
К счастью, Сару выручил чей-то женский голос. А вслед за голосом перед ее глазами предстало видение — женская фигура ростом пять футов шесть дюймов и с выпуклостями везде, где полагается.
— Марко, любовь моя, где ты прятался все это время?
Мы же договорились на прошлой неделе встретиться в Марбелле. Неужели ты забыл?
Оказалось, когда он
— Любимый! — выдохнула женщина. — Неужели ты заставишь меня ревновать?
Почему ты не приехал? Все спрашивали о тебе.
Что за мерзкая публичная сцена! Если эта расфуфыренная особа — одна из его любовниц, значит, при всех его титулах у герцога Кавальери совершенно нет вкуса! Сара отвернулась и положила руку рыжему на запястье. Она вспомнила, что его зовут Сайрусом. Вид у него был самый отрешенный.
— Привет, человек с волшебной бутылочкой! Пойдем чуток потолкаемся, прежде чем снова нюхнуть!
Скользнув по ней бессмысленным взглядом, он последовал за Сарой, побуждаемый собственной похотью и ее бесшабашным кокетством. Его звали Сайрус Ричарде, он был сказочно богат и привык покупать все подряд: от нефтяных скважин и золотых приисков до женщин. Возможно, ему захочется купить и этот экземпляр. Лишь бы она не оказалась занудой.
И без того вызывающая музыка со вступлением ударных стала еще оглушительнее. Казалось, даже пол вибрирует в такт.
— Ну, ты даешь, беби! Продолжай в том же духе! Покажи, на что ты способна! — эти возгласы и смех со всех сторон казались Саре лишенными смысла до тех пор, пока ее блуждающий взгляд не наткнулся на огромный, в несколько раз превышающий размерами обычный, экран, приковавший к себе взоры гостей Винчи.
Так вот почему они свистели, когда она вышла на круг!
Дилайт Адаме во плоти, танцующая диско в суперсексуальном огненном платье от Халстона, в то время как на гигантском полотне ее экранный образ во всем великолепии наготы и разнузданности исполнял сверхчувственный танец, не оставлявший простора для воображения. Господи, как Дилайт могла!.. А она суррогат Дилайт — чего все эти скоты ждут от нее?
— Черт возьми, детка! Поддай им жару! — Рыжий энергично завилял бедрами.
— Покажи им! 1 Что если убежать? Сара оторвала взгляд от экрана. Она почувствовала, как будто у нее внутри щелкнул выключатель, и начала двигаться в такт музыке. Если отпустить тормоза, можно танцевать так же самозабвенно и раскованно, как другие. Нет, она не собирается спасаться бегством. В конце концов, она им покажет — и ему, — что между ней и той девушкой на экране нет ничего общего.
Ему… Конечно, ей бы следовало догадаться, что он затеял какую-то подлость. Дилайт Адаме — девочка для веселого времяпровождения на экране и в жизни. Вот что он думал о ней и, привезя ее на эту тусовку, где собрался интернациональный сброд, хотел дать ей почувствовать свое презрение. Сарой овладела ярость, ее бросало то в жар, то в холод. Ну, погоди, самодовольный ханжа и подонок! Если бы ей оставалось совершить в жизни один-единственный поступок, она употребила бы его на месть и выставила бы Марко на посмешище перед друзьями и знакомыми.