Любовник
Шрифт:
– От кого ты беременна? – ошарашивает неожиданным вопросом.
– Какая разница?
– И все же?
– От мужчины.
– Какого, Вика? Когда и где ты успела с ним познакомиться?
– Что?! – если бы не сама ситуация, я бы хохотала, держась за живот, - когда и с кем? Костя, у меня была тысяча возможностей! Миллион! Ты же ни разу не поинтересовался, как я провожу время вне дома!
– Я тебе доверял! – проговаривает он с нажимом, - откуда я знал, что моя жена шлюха!
В голову
Это было ожидаемо. Морально я готовила себя к таким оскорблениям, заранее с ними смирилась. Но слышать их в свете открывшихся подробностей… извините…
– И как много у тебя их было? Как долго ты мне изменяла?
– между тем продолжает Костя, - все три года?
– Помнишь, я тебе рассказывала, как ко мне в клубе качок приставал?
– И? Это он?
– Он. Если бы ты тогда вступился, возможно, ничего и не было бы, - говорю и, не удержавшись, оборачиваюсь, чтобы считать его реакцию.
Только не успеваю. Мой взгляд ловит короткостриженный затылок и удаляющуюся спину. Слышу, как на кухне гремят стеклянные стаканы, и бежит из крана вода. Задело? Но это правда.
Вернувшись к своим вещам, выбираю только повседневную одежду. Ворох вечерних нарядов и туфель на каблуке оставляю нетронутыми. Зачем они мне? В той жизни, куда я ухожу, такие вещи не пригодятся.
Забив одну сумку, выношу ее в прихожую и возвращаюсь со второй в спальню. Стою, глядя на обилие баночек и тюбиков на косметическом столе, и размышляю. Глупо, наверное, тащить все это сейчас к маме в квартиру, их там и расставить-то негде будет.
– Все забирай, - оказавшись за моей спиной, припечатывает муж грубо, - или выкину.
– Можно я заберу, когда закончится ремонт?
– Он еще не закончился? Где жить будешь?
– У мамы пока.
– А че, любовник в себе не позвал? – глумится Костя открыто.
– Не позвал! Тебе-то что?
Он проходит в комнату и садится на кровать. Психует, злится, но изображает что-то похожее на веселье. Подперев подбородок кулаком, ехидно улыбается.
– Дура ты Вика. Я даже разочарован, думал ты умнее.
– Ты о чем?
Бросаю в сумку первое, что попадается на глаза. Расческа, массажная щетка, маска для сна, фоторамка, книга о семейной психологии – бесполезная вещь, крем для рук, чулки, которые Костя так и не оценил.
– Сделала бы аборт, и никто ничего бы не узнал. Жили бы как раньше.
На слове «аборт» меня коротит. Закрутившийся в груди ураган поднимает со дна осевшую там обиду. И впрыскивает в нее дозу яда.
– А ты умный, Костя. Молодец! Виноват всегда тот, кто первый спалился, да?
Сощурившись, муж скачет по мне взглядом, при этом избегая смотреть в глаза. Дерганым движением взбивает идеальную укладку и быстро облизывает губы.
В
Закрутившиеся в спираль внутренности, сдавливают сердце и перетягивают грудную клетку.
Молчит. Нечем крыть. Понял, что секрет его уже не секрет. Даже отпираться не собирается.
– Я все знаю, - контрольный в голову, - можешь не отпираться, Костя.
Уронив голову, он смотрит на сцепленные в замок руки. Вижу, как взволнован, как высоко с каждым вздохом вздымаются плечи, как тяжело дышит через рот.
– Откуда? – и голос будто не его. Глухой, хриплый.
– Не важно.
– Кто рассказал? Стас?
Видимо, крепко Ковалев его за яйца держит.
– Не важно. Ты не лучше меня, ясно? – взвиваюсь я, - даже хуже! Ты использовал меня как ширму! Ты никогда меня не любил!..
– Бред…
– Признайся, когда ты женился на мне, ты уже изменял мне?..
– Нет. Еще нет. Тогда меня это не возбуждало… я позже пристрастился…
– К чему? – спрашиваю шепотом, заранее боясь услышать ответ.
Кажется, я знаю далеко не все.
– К такому сексу, Вика! Я втянулся…
Господи, о чем он говорит? Он что, извращенец?! Чем они там занимались?!
– Я не понимаю…
– Да, мне нравится, когда женщина меня унижает! Нравится ползать перед ней на коленях, быть рабом!.. Нравится!
Видимо, заметив бурю эмоций на моем лице, Костя встает и пытается приблизиться.
– Нет! Не подходи ко мне!
– Успокойся, не ори!
– Какое ты имеешь право в чем-то меня обвинять?! – взвизгиваю я, отбивая его протянутую руку, - ты занимался с ней не пойми чем! А потом приходил и ложился со мной в постель!
– Вика, остынь…
– Господи, я даже боюсь представить! Что она там делала с тобой?
– Все с моего согласия, - пытается говорить спокойно, но смотрит при этом куда угодно, только не мне в глаза.
– О, Боже… ты приходил домой и целовал меня языком, которым… Меня сейчас вырвет!
– Да, бл*дь, Вика! – выкрикивает, хватая меня за плечи.
– Ничего не говори, - смахиваю его руки и пячусь к выходу, - я не хочу знать подробностей. Оставь их при себе.
Не могу на него смотреть. Ненавижу! Так и хочется вмазать по лицу и зарядить ниже пояса.
Закрываюсь в ванной, чтобы усмирить бешеный пульс и попробовать абстрагироваться.
Все в прошлом, пусть и недалеком. Личная жизнь Кости меня не касается. У меня же новая жизнь начинается. Сложная, непростая, но зато со смыслом.
Кладу ладонь на низ живота и тяну воздух носом. Ловлю дзен. Улыбаюсь.
Все прекрасно. У нас с малышом все прекрасно.
Спустя несколько минут немного отпускает. Умываю лицо и выхожу.
Костя, угрюмо глядя на меня исподлобья, караулит в прихожей.