Любовная горячка
Шрифт:
1
Элизабет Уэйкфилд сидела у бассейна около своего дома в солнечном веселом городке Ласковая Долина в Калифорнии и безуспешно пыталась не слушать свою сестру-близнеца. Джессика говорила о школьном пикнике в честь столетия города. День праздника приближался, и, хотя Брюс Пэтмен, председатель Школьного комитета празднования столетия Ласковой Долины, назначил Джессику распорядительницей пикника уже больше двух недель назад, ни о чем другом она говорить не могла. Нельзя сказать, что Элизабет не интересовало столетие Ласковой Долины. Конечно, интересовало,
Было только четыре часа, но Элизабет чувствовала себя совершенно измотанной. Как будто она месяц не спала. Неделю назад Элизабет, ее сестра и их друзья, Брюс Пэтмен и Николас Морроу, спасли семью Николаса из рук похитителей. Филипп Дэнсон, бывший служащий компьютерной фирмы мистера Морроу, а теперь вконец свихнувшийся тип, держал мистера и миссис Морроу заложниками в своем доме, а тем временем его подружка Клара сторожила сестру Николаса, Регину, в имении Морроу. День за днем проходили в ожидании, близнецы Уэйкфилд, Брюс и Николас искали возможность спасти Морроу. В конце концов четверо друзей придумали смелый план, одолели бандитов и освободили Регину и ее родителей.
Элизабет переволновалась и всю прошедшую неделю отдыхала. Сегодня она намеревалась провести несколько спокойных часов у бассейна. Но только она растянулась в шезлонге, из дому вышла Джессика. Элизабет попыталась избавиться от необходимости отвечать сестричке, обмотав купальное полотенце вокруг головы и заткнув таким образом уши, но это не сработало. Тогда Элизабет нырнула в бассейн и почти минуту просидела под водой в надежде, что Джессика уйдет. Не помогло: Джессику понесло. Элизабет сдалась. Она выбралась из бассейна и уселась на краю, свесив ноги в воду.
– Мы подумываем о найме оркестра, – продолжала Джессика. – Прибыль тогда будет меньше, но ведь живая музыка куда лучше магнитофонов, правда? Конечно, я предпочла бы «Друидов», но в эти выходные они могут быть заняты.
Элизабет посмотрела на сестру. И увидела свое зеркальное отражение. У обеих были светлые, выгоревшие на солнце волосы, одинаковые зеленовато-голубые глаза и маленькие ямочки на левой щеке. Внешне близнецы были совершенно одинаковы, вплоть до кулончиков на золотых цепочках, – подарок родителей на шестнадцатилетие. Но на этом сходство заканчивалось.
Элизабет всегда была благоразумна, мила и доброжелательна. Она хорошо училась, любила читать и пробовала писать сама. Можно было с уверенностью сказать: Элизабет всегда поступает как следует. Джессика – напротив. Временами казалось, она думает только о собственной персоне и об удовольствиях. Она любила приключения, красивых парней, и экстравагантную одежду. Из-за постоянных поисков приключений Джессика часто попадала в беду, и бессчетное число раз сестра приходила ей на помощь. Джессика всецело полагалась на нее – Элизабет всегда сумеет выручить. Преданность Элизабет была непоколебима. Неважно, сколько неприятностей
Сейчас Джессика восседала на стуле во дворике около бассейна и разглагольствовала:
– Конечно, я понимаю, главное – собрать деньги в Общественный фонд, но какой от этого толк, если не удастся хорошенько повеселиться?
Элизабет тяжело вздохнула: еще одно слово о пикнике – и терпение ее лопнет. С того дня как ей поручили распоряжаться пикником, Джессика ухитрилась довести до точки кипения всю семью. Она без конца или заставляла всех что-то делать, или забрасывала сотнями идей, якобы прося совета.
«Если бы Джессика слушалась бы чьих-либо советов», – думала Элизабет.
– Однако, – попробовала она образумить сестру, – хватит ли у тебя денег на оркестр?
– Думаю, да, – неуверенно отозвалась Джессика. – Но я терпеть не могу возиться с расчетами. Вот, кстати, преимущество магнитофонов. Их я могла бы одолжить бесплатно.
Элизабет вытащила ноги из воды, встала:
– Ну, может, «Друиды» согласятся поиграть даром?
Элизабет хорошо знала Дану Ларсон, солистку «Друидов», и барабанщицу Эмили Майер. Она не сомневалась, группа сделает все возможное, чтобы помочь друзьям.
– Великолепно. Сейчас расскажу Лиле, – заулыбалась Джессика.
– Джес, – предостерегла ее Элизабет, укладываясь в шезлонге, – не рассчитывай на «Друидов», пока мы не переговорим с ними. У них в этот день может быть оплачиваемая работа. Усекла?
Джессика играла прядью светлых волос:
– Не глупи, Лиз. Все, кто хоть что-то собой представляет, будут на пикнике. Или за деньги, или…
Джессика улыбнулась одной из тех чересчур лучезарных улыбок, которыми она пользовалась, когда ей что-то было нужно от сестры.
– Ну ладно, Джес, – простонала Элизабет, – выкладывай, что ты хочешь от меня?
Джессика присела на краешек шезлонга Элизабет:
– Ты мне очень поможешь, Лиз, если согласишься посидеть в «поцелуйной» кабинке. В самом деле, лучшей кандидатуры не найти. Ну какой парень в Ласковой Долине откажется заплатить доллар за поцелуй сестры-двойняшки Джессики Уэйкфилд?
– Ой, Джес, от скромности ты не умрешь, – хихикнула Элизабет. – Но, вообще-то, работа не тяжелая. Ладно, согласна.
– Чудесно! – Джессика вскочила. – А текст для афиш сделаешь? Ты такие вещи лучше умеешь, – пропела она самым что ни на есть льстивым голоском. – Кстати, что ты думаешь об украшениях? Я просто мозги себе сломала: там ведь ничего нет, кроме веток деревьев, а из них ничего не смастеришь, это тебе не резина.
– Подожди-ка. – Элизабет приподнялась. – А чем займешься ты сама?
– Я руковожу, – надменно возразила Джессика. – Представительство – это половина дела. Папочка всегда так говорит.
– В самом деле? И какие полномочия ты возлагаешь сама на себя?
Джессика запустила пальцы в волосы:
– Лиз, я не могу все взвалить на себя.
Элизабет уставилась на сестру:
– Я, дорогая сестричка, просто пытаюсь выяснить: я делаю афиши, сижу в кабинке для поцелуев и придумываю украшения – что же остается тебе и Лиле?