Любовь

Прехт Рихард Давид

За всеми этими данными прячется сильное предубеждение. Оно заключается в следующем: женщинам нравятся мужчины с высоким уровнем тестостерона, но забота о будущем потомстве вынуждает их склоняться в пользу смешанного типажа. Но действительно ли мужчины, излучающие мужественность, склонны к неверности больше, чем красивенькие женоподобные мужчины? Выглядел ли молодой Мик Джаггер более верным мужем, чем молодой Арнольд Шварценеггер? Почему многим женщинам нравятся мужчины с полными чувственными губами, хотя такие губы считают женственным признаком? Такие губы, может быть, являются признаком способности мужчины заботиться о детях? Что привлекает женщин в красивых ухоженных руках? Какие эволюционные преимущества таятся в узкой мужской заднице?

К самым устойчивым мифам эволюционной психологии относится представление о том, что, возможно, для женщин важнейшим критерием выбора партнера является симметрия. Да, вы правильно прочитали это слово: «симметрия»!

Чем симметричнее лицо и тело мужчины, тем привлекательнее он для женщин, утверждает, например, профессор биологии Рэнди Торнхилл из университета Нью-Мексико. Бывший вначале специалистом по насекомым, Торнхилл в 1980-е годы начал заниматься темой «изнасилования». Только после этого он стал папой симметрии. Симметрия — и это факт, почерпнутый из биологии насекомых, — свидетельствует о хорошем здоровье. Чем асимметричнее человек, тем, значит, сильнее он страдал от паразитов в процессе своего роста и развития. Начиная с 1990-хгодов, утверждения Торнхилла были сотни раз опровергнуты, но он упрямо продолжает навязывать их читающей публике. Высказывания Торнхилла гротескны даже с чисто биологической точки зрения. Из всех факторов, влияющих на нашу внешность — включая и симметрию, — паразиты играют наименьшую роль. В сомнительных случаях человеку стоит благодарить за слегка кривой нос собственного дедушку, а вовсе не бактерию. Если бы асимметрия в процессе роста и развития действительно была обусловлена паразитами, то в развивающихся странах число асимметричных лиц и тел было бы несравненно больше, чем в благополучных с точки зрения санитарии и гигиены странах. Но, разумеется, думать так нет никаких оснований.

Если мы хотим верно понять теорию симметрии Торнхилла, нам следует внимательно присмотреться к тому, как он опрашивал испытуемых. Молодым дамам Торнхилл демонстрировал исключительно мужские лица. Лица появлялись на компьютерном мониторе, а потом искажались. На лицах отсутствовало какое бы то ни было выражение характера, очарования или страсти. Критерий был один — есть симметрия или нет. В изображениях не было ничего, что обычно излучают реальные лица. Поразительно, но Торнхилл проводил свои исследования по раз и навсегда отработанной методике. Ни разу не было сделано попытки предъявить испытуемым живые лица, что было бы убедительнее.

Такая же притянутая за уши картина мнимого вкуса женщин вырисовывается при взгляде на перечисленные ими предпочтительные душевные и социальные качества мужчин. В своем опросе Дэвид Басс интересовался также важнейшими чертами характера потенциального избранника или избранницы. Последовательность критериев оказалась одинаковой у мужчин и женщин: на первом месте «дружелюбие», на втором — «интеллект». Никто не желает связываться со злобным и к тому же глупым партнером. У женщин, правда, главная причина такого выбора заключается в том, что дружелюбный партнер скорее всего будет готов больше вкладывать в семью, чем гнусный злодей. Не хочет ли автор сказать, что женщины, добровольно решившие остаться бездетными или перешагнувшие детородный возраст, больше склонны уживаться с мрачными и угрюмыми субъектами? Для эволюционных психологов женщина — в высшей степени ограниченный биологический вид: их интересует исключительно размножение и воспитание потомства.

Что еще важно для женщин? О циничных играх серых сорокопуток в духе Макиавелли мы уже говорили. Уильям Оллмен по этому поводу цитирует «один опрос о критериях выбора партнера, проведенный среди студенток медицинского факультета». Опрос выявил, что «эти молодые женщины, несмотря на то, что сами рассчитывают на высокий уровень жизни и финансовую независимость, в своих мечтах чаще всего видят мужчину с большим доходом и высоким социальным статусом» (31). Таким образом, за объяснение основ поведения «женщин» вчера, сегодня и завтра берется результат опроса ограниченного контингента американских студенток-медичек. Тот, кто довольствуется подобными аргументами, мог с равным успехом написать, что «в кратковременных связях целью женщины является содрать с партнера как можно больше материальных благ». Этот феномен Басс называет «извлечением ресурса»; предельный случай — проституция. Изданных исследования вытекает, что женщины, склонные к мимолетным связям, хотят таких любовников, которые демонстрируют свою щедрость при первом же свидании (32).

Можно согласиться с тем, что многие женщины предпочитают мужчин, которые с помощью денег и своего высокого положения обеспечивают им красивую жизнь. Но и мужчины в большинстве случаев ждут того же от женщин. Как правило, деньги повышают возможность самореализации личности вне зависимости от заинтересованности в воспитании потомства. То, что многие женщины из таких соображений предпочитают пожилых мужчин, также является фактом, не требующим доказательства. Однако нередко это предпочтение меняется, когда женщина перешагивает сорокапятилетний рубеж; по крайней мере так происходит в тех случаях, когда женщина вполне обоснованно рассчитывает привлечь молодого партнера.

Мадонна и Деми Мур не представляют здесь исключения.

То, что «надежность» и «власть» привлекают женщин, неудивительно. Но по данным опроса Басса выше этих двух критериев женщины ценят совершенно иное мужское качество: юмор! У эволюционных психологов пока нет объяснения этого факта. Мы ничего не знаем о юморе каменного века. Не нашли пока и какой-нибудь потешной птички, блещущей веселым остроумием. Правда, при известной доле фантазии, можно и здесь прибегнуть к обычной схеме. Лично я хочу сказать, что юмор — великолепное средство от паразитов! Разве смех не укрепляет психику и иммунную систему? Определенно, веселые люди живут дольше мрачных субъектов и имеют возможность до старости распространять по миру свои драгоценные гены. Неудивительно поэтому, что человек такой смешливый биологический вид.

Стоитли продолжать дальше эту игру? Должныли мы вслед за Бассом и руководствуясь данными, полученными им в 1993 году в опросах американских студентов, поверить в то, что мужчина в своей жизни желает в среднем переспать с восемнадцатью женщинами, а женщины — всего лишь с четырьмя или пятью мужчинами? Это абсурдно низкое число, к тому же весьма загадочное, если учесть, что мужчины думают только об одном — оплодотворить своим генами как можно больше женщин. Воистину, мир полон чудес: согласно Бассу, женщины охотно заводят романы с мужчинами, занимающими высокое общественное положение, так как они могут «предложить» лучшие гены. Так ли это? Что это за гены — гены власти и богатства? Правда ли, что у людей, как у горилл, самое высокое положение занимают самые здоровые? Должны ли мы верить пуританским россказням Басса о том, что в женских изменах стремление к половому удовлетворению «не играет главной роли», и что основное — это желание длительных отношений? (33).

Промежуточный итог? Многие мужчины предъявляют к женщинам одинаковые требования, и многие женщины предъявляют одинаковые требования к мужчинам. Многочисленные исключения лишь подтверждают это правило. Мужчины в большинстве своем любят привлекательных, веселых, дружелюбных и умных женщин. Еще лучше, если у такой женщины есть деньги. Мы и раньше об этом догадывались, но Дэвид Басс доказал это научно. Дальнейшие обобщения — это опасная спекуляция. Есть мужчины и женщины, выбирающие не тех партнеров. Встречаются люди, находящие чрезвычайно привлекательным потенциального полового партнера, но не способные и не желающие с ним жить. Одни руководствуются сексуальным вожделением, а другие — трезвым расчетом. Есть люди, проявляющие особую склонность к конкретным чертам характера или физическим качествам. Есть люди, влюбляющиеся в улыбку и забывающие обо всем остальном. Есть мужчины, любящие пожилых женщин, и женщины, влюбляющиеся в молодых мужчин. Есть люди, влюбляющиеся в смертельно больных и вступающие с ними в брак. Я хочу привести слова, которым уже почти 140 лет: «Человек скрупулезно изучает характер и родословную лошадей, быков и собак, прежде чем допустить их спаривание. Когда же речь идет о его собственном браке, человек редко проявляет такую предусмотрительность, а иногда и не проявляет ее вовсе» (34). Человек, написавший это, не был философом, рядящимся в тогу биолога. Его имя — Чарльз Роберт Дарвин!

Неразумная культура

Все живущие сегодня люди обладают выкованной в ходе эволюции наследственностью. Именно эволюция сформировала их физические тела и их психику. Все это верно. Спорным, однако, представляется утверждение о том, что и поведение человека сформировалось в результате биологической эволюции. Дарвин предположил, что в этом отношении влияние эволюции было довольно слабым. Вероятно, человек — единственное животное, которое становится в некоторое отношение к самому себе и формирует для себя свой образ. Эта способность позволяет человеку отклоняться от данных природой образцов. Поскольку люди всего мира ведут себя сходным образом, постольку эволюционные психологи считают, что наше поведение обусловлено сложившейся в ходе биологической эволюции наследственностью. Но этому факту можно дать и другие объяснения. Так, например, в подавляющем большинстве современных культур моногамия является общепринятой формой связи мужчины и женщины. Повсеместно во множестве культур находим мы предписание моногамии — будь то иудаизм, христианство или буддизм; моногамия господствует в Южной и Северной Америке, в Европе и во многих регионах Азии. Но сформулированный сегодня в виде заповеди закон моногамии ни в коем случае не доказывает, что моногамия была характерна для наших первобытных предков. То, что сегодня, несмотря на полигамную предрасположенность человека, господствует моногамия, не является следствием действия некоего эволюционного «модуля» моногамии. Намного важнее здесь культурные аспекты. Иудаизм предписывал моногамию во избежание эпидемий. Римское право предписывало моногамный брак с тем, чтобы не допустить конфликтов из-за наследства. Из этих предпосылок развилась наша западная христианская мораль.