Любовь
Шрифт:
– Готовишь почву для своего господина? – глаза Даратаса сверкнули гневом.
– И снова ошибка. У меня нет господина. Когда-то была госпожа. – в горящих глазах Данфера мелькнула грусть. – Но теперь всё в прошлом. Необходимо срочно предпринять некоторые меры, чтобы не отправиться в Бездну.
– Ты же об этом мечтал, – дёрнул глазом Даратас.
– Я мечтал о власти. И получил её сполна. Однако оказался несколько заносчив и самоуверен. Но ещё не всё потеряно.
– А теперь ошибка с твоей стороны, Данфер. Потеряно всё. По крайней мере, в этом мире.
– Да, но остался
– Не думай, что я позволю таким, как ты, пробраться туда.
– Ну а как у тебя это получиться? Ты хочешь драться? – магические щиты Данфера укрепились. Чародей приготовился к любому повороту событий.
– Не сейчас. На сколько я понимаю, ты обладаешь кое-какой информацией. А я обладаю другой. До определённого времени мы можем быть полезными друг другу.
Данфер расхохотался.
– Вы посмотрите на этого авантюриста! Ты грозишь уничтожить меня, и в то же время предлагаешь сотрудничество? Немыслимо!
– Это так кажется. Нам с тобой не из одного кубка пить. Расскажи мне то, что я не знаю, а я сообщу тебе нечто, без чего твои поиски затянуться на весьма долгий срок. Что будет дальше – решит судьба.
Данфер задумался. Даратас его не торопил. Только внимательно поглядывал на визави, ожидая любой пакости.
– Ладно, – наконец молвил вождь темных. – Слушай же.
Мягко и бесшумно парил дракон над опустошёнными просторами Гипериона. незаметен он был в облаках чёрной ночи и рассеянном свете бледного месяца.
Даратас метался по юго-востоку материка, стараясь восстановить общий ход событий за время своей отлучки на Харон. Он посетил все известные ему поселения, и мог с уверенностью заключить: эта часть суши полностью очищена от людей.
В чём причина внезапной вспышки неизвестной эпидемии, Даратас не знал. Взятые образцы с трупов, и нескольких пойманных живых «экземпляров» ответов не дали. Наоборот – только вопросы. Все известные Даратасу методы изучения показали, что носители взятых проб были вполне здоровыми. Никаких признаков особого заболевания выявить не удалось.
Однако эти признаки проявлялись «налицо»: люди и нелюди со светящими глазами без всяких причин шли умирать и убивать других. Поначалу их действия были нелогичными, но затем атаки стали более продуманными, среди бесформенной толпы начали появляться отдельные лидеры. Данный феномен тоже оставался для Даратаса загадкой. Раз ненависть перестаёт быть неконтролируемой, то чем она обусловлена? Особенно у простых крестьян, сменивших соху на дубину.
Даратас некоторое время наблюдал за происходящим вокруг Торвиля, но затем всё живое из этих мест ушло. Дикие вперемешку с сумасшедшими людьми двинулись к центру Гипериона, где неожиданно из остатков Альянса и беженцев сформировался мощный оплот. Его Даратас успел оценить, однако с руководителями ещё не общался. Было не до того.
Отчасти Даратас занимался исследованиями, а отчасти – гнал людей к Санпулу. Врываясь на Герде в поселения, маг приказывал жителям бежать. Прибавив к словам толику магии, Даратас заставлял людей хватать манатки
О гибели Цитадели он узнал, слушая ветер. Защитники великой крепости пали. Что случилось с Диором, Даратас не знал. Ветер молчал: проклятый маг снова провалился сквозь землю.
На Фебе дела тоже шли не лучшим образом. Окончательный успех войны с варварами был омрачён полной потерей Кандура – неизвестная сила разрушила замок, оставив на его месте огромную воронку. Союзные силы Сюреала и Республики немедленно распались: озаботившись происходящим на Гиперионе, Сюреал потребовал армии возвращаться обратно. Брошенные союзниками республиканцы попали под огонь оставшихся сил Таргоса, и, неся тяжёлые потери, побежали прочь из выжженных войной лесов. Однако в этот момент молох вечной войны пришёл в движение, и войска Солнечного Королевства навалились на редуты Республики. Историческая граница раздела двух различных миров треснула – над Умрадом нависла тягостная угроза вторжения.
– Что же у нас на севере, Герда? – задумчиво проговорил Даратас, гладя шею Драконицы.
Перед глазами возник образ горящих лесов и разорённых деревень. У мудрой Герды не было иллюзий.
– Скорее всего . Ветер показал, что там движение. И в основном диких. Правда, есть некоторые сведения о действиях солдат Лагеря – главнокомандующий пытается забрать под защиту выживших. Что ж, это и хорошо и плохо одновременно. Рано или поздно наши герои попадут в тиски, из которых выбраться не смогут. Однако, думается мне, надо навестить Санпул.
На стенах старинного города кипела работа. Укрепления сплошь покрывали строительные леса, а у их подножий лежали горы строительного камня и дерева. Санпул активно настраивался на защиту. После известий о страшной судьбе Торвиля, население города выступило с решительной инициативой: нужно приготовиться к самому худшему. Извечные хранители города – Сюреал, Хранители и Дети Драконов – сконцентрировали большую часть сил вокруг города. Ещё около пяти тысяч наёмников были подключены к строительству тотальной обороны. Однако объединяться с Лагерем Санпул не спешил. По вполне понятным причинам отцы города не считали необходимым пускать в свои границы тучи голодных и разозлённых на судьбу людей.
Оставив Герду в одной из близлежащих долин, Даратас отправился в Санпул пешком. Накинув на себя глухой плащ, и оставив в стороне посох, маг решил не акцентировать на себе внимание, прикинувшись обычным путником, тем более что окрестности Санпула были наводнены ими в последнее время.
Во времена бурной молодости Даратас частенько наведывался в этот замечательный город. Больше того, здесь жила его любовь – Люи Мадве. Светская львица, первая красавица Санпула. О! Как беспечны и прекрасны были два года с ней! Безумие, океан страстей! Измученный думами Даратас мог почувствовать себя расслабленным и счастливым только с Люи. Игристое вино, ужин на мансарде самого шикарного ресторана! Затем мягкое ложе в объятьях нежного полумрака.