Шрифт:
ТОДЗЮРО САКАТА – руководитель труппы актеров Кабуки в театре Мандаюдза в Киото, прославленный актер.
СЭНДЗЮ КИРИНАМИ – главный исполнитель женских ролей, [1] красивый молодой человек.
СИРОГОРО НАКАМУРА, САНДЗЮРО АРАСИ, ТЁДЗЮРО САВАМУРА, ГЭНДЗИ СОДЭДЗАКИ – ведущие актеры театра.
ОЁ КИРИНАМИ, ИТИЯ САКАТА – исполнители ролей молодых женщин.
УГЭНДЗИ ОНОГАВА, КОХЭЙДЗИ ФУДЗИТА – исполнители ролей молодых мужчин.
ЯГОСИТИ СЭНДА – исполнитель комических ролей.
ДЗИРОЭМОН ХАТТОРИ – исполнитель ролей злодеев.
КИТИДЗАЭМОН КАНЭКО – драматург театра Мандаюдза. [2]
ВАКАТАЮ МАНДАЮ – владелец театра Мандаюдза.
ЗАВЕДУЮЩИЙ АРТИСТИЧЕСКИМИ УБОРНЫМИ.
РАБОЧИЕ СЦЕНЫ.
АКТЕРЫ, ИСПОЛНЯЮЩИЕ РОЛИ МОЛОДЫХ ЛЮДЕЙ.
УЧЕНИКИ АКТЕРОВ.
СЛУЖАНКИ ИЗ РЕСТОРАНА «МУНЭСЭЙ».
О-КАДЗИ – хозяйка «Мунэсэй», красивая женщина.
НЕСКОЛЬКО ВТОРОСТЕПЕННЫХ ПЕРСОНАЖЕЙ.
Действие происходит в десятый год Гэнроку [3]
1
Так как все амплуа в театре Кабуки были строго определены, то и актеры, играющие женские роли (так называемые «оннагата»), тоже имели свою классификацию: исполнители ролей главных героинь, старух, коварных злодеек и т. д.
2
Каждая труппа имела своего штатного драматурга, а иногда даже нескольких – главного и его помощников.
3
В феодальной Японии система летосчисления строилась по так называемым эрам, имевшим каждая свое наименование. Годы Гэнроку соответствуют 1688–1704 гг. европейского календаря, следовательно, десятый год Гэнроку соответствует 1697 году. В истории японской культуры годы Гэнроку считаются «золотым веком».
4
В этом районе Киото имелись многочисленные театры, соперничавшие между собой.
Картина первая
Большой зал ресторана «Мунэсэй» [5] при театре Мандаюдза. Февральский вечер. Актеры собрались на вечеринку, чтобы познакомиться с пьесой, которая готовится к постановке в месяце яёи. [6] Несколько серебряных подсвечников с множеством свечей ярко освещают зал. На футоне [7] изящной формы, восседает Тодзюро Саката, красивый белолицый мужчина. Волосы уложены в прическу «чайная метелочка», [8] одет в платье серого шелкового крепа, сверху хаори черного шелка «хабутаэ» [9] из Кага, затканное крошечными куколками, пояс цвета китайского чая.
5
При театрах Кабуки, пользовавшихся огромной популярностью у городского населения, имелись рестораны, обслуживавшие в первую очередь самих актеров, но также и их многочисленных поклонников из публики.
6
Третий месяц по лунному календарю, принятому в феодальной Японии. В репертуаре театра Кабуки каждому сезону соответствовали определенные пьесы.
7
Футон – плоская подушка для сиденья на полу.
8
«Чайная метелочка» – своеобразная мужская прическа, когда волосы, собранные в толстый жгут, перевязаны на макушке шнуром или узкой лентой, а концы волос свободны. Свое название такая прическа получила за сходство с миниатюрной метелочкой, которой пользуются при заварке зеленого чая.
9
Шелк «хабутаэ» – тонкий блестящий шелк.
Справа от Тодзюро сидит Сэндзю Киринами, главный исполнитель женских ролей. Поверх белого косодэ [10] на нем два кимоно лилового бумажного крепа, сверху бархатное хаори, на голове пурпурно-лиловая шапочка-повязка. [11] Он выглядит поистине прелестной женщиной. Рядом с Тодзюро и Сэндзю расположились Сирогоро Накамура, Сандзюро Араси, Тёдзюро Савамура, Гэндзи Содэдзаки, Оё Киринами, Ития Саката, Угэндзи Оногава, Кохэйдзи Фудзита, Ягосити Сэнда, Дзироэмон Хаттори, Китидзаэмон Канэко. Поодаль – актеры, исполняющие роли молодых людей, и мальчики – ученики. Вакатаю, владелец театра Мандаюдза, распоряжается угощением.
10
Косодэ – нижнее кимоно с узкими рукавами; обычно надевалось под верхнюю, более нарядную одежду.
11
По специальному указу правительства исполнители женских ролей обязаны были выбривать волосы надо лбом, дабы выглядеть «менее привлекательно» (приказ объяснялся борьбой за «чистоту нравов»). Однако артисты, исполнявшие женские роли, стали закрывать выбритую часть головы шапочкой-повязкой лилового цвета, что, по утверждению современников, напротив, лишь придавало им особую красоту.
Красивый молодой актер бьет в барабан, и под его аккомпанемент пятеро других запевают:
Люби легко, живи легко,Беги от пламенных страстей!Багряный лист, огнем объят,Под ветром упадет скорей!..Все аплодируют. Раздвигаются двери, появляется служанка
12
В XVII в. не существовало почтовой связи в современной форме. Письма пересылались с нарочным, с оказией, с посыльными в деревянных шкатулках.
Служанка. Письмо господину Тодзюро.
Вакатаю (принимая шкатулку). Дело, как видно, спешное.
Тодзюро (принимая шкатулку от Вакатаю). Действительно, что-то срочное. Посмотрим. Извините, пожалуйста. «Господину Тодзюро Саката». Подписано: «Сорин», стало быть, письмо от господина Тикамацу. [13] (Читает про себя, потом вслух.) «Новая пьеса очень меня тревожит, поэтому пишу Вам это письмо и посылаю с нарочным. Помните: если Вы уступите в мастерстве молодым актерам, это будет не только Вашей собственной неудачей, но и бесчестием для всей столицы Киото, родины театра Кабуки. Прошу, вложите в роль все Ваше высокое мастерство, не жалея сил». (В задумчивости снова перечитывает письмо.) Станет бесчестием для столицы!.. Значит, господин Тикамацу тоже неуверен, сумею ли я сыграть эту роль?…
13
Тикамацу (1653–1724) – классик японской драматургии, автор пьес для театра Кабуки и театра кукол. Драмы Тикамацу, материалом для которых часто служили события современной жизни, принесли ему славу еще при жизни. Его нередко именуют «японским Шекспиром». «Сорин» – один из многочисленных псевдонимов, которыми он подписывал свои произведения, особенно в ранний период творчества.
Сэндзю (говорит женским голоском). Еще бы, ведь даже такой автор, как господин Тикамацу, и то целых три дня и три ночи страдал, создавая эту пьесу. В самом деле, не следует с пренебрежением относиться к вашим недоброжелателям.
Ягосити (кривляясь). Дело в том, что пьеса-то неслыханная, о тайном любовнике. На сей раз господину Тодзюро, не знающему себе равных в изображении гуляк, придется изрядно потрудиться, играя страстного влюбленного. Любовь в веселом квартале мимолетна, как весенняя ночь, а здесь – жаркая летняя страсть, зной, опаляющий тело!
Сирогоро. Пожалуй, даже не летний зной – скорее, жуткая зимняя ночь. Любовь, которая ставит на карту жизнь!
Сандзюро. Конечно, такая любовь опасна… Малейшая неосторожность – и дело может окончиться распятием в Аватагути. [14]
Угэндзи. Вчера иду я по улице Миякава, а впереди меня двое, похоже, торговцы благовониями, с таким увлечением рассуждают, как ахнет публика, увидев покорителя куртизанок господина Тодзюро в роли настоящего влюбленного.
Тодзюро. Аристократы, привыкшие к Тодзюро в наряде посетителя веселых кварталов, злословят, что, дескать, он переигрывает. Воображаю, в какое изумление они придут от новой пьесы!
14
Замужнюю женщину, изменившую мужу, закон карал смертной казнью вместе с любовником. Казнь через распятие на кресте была обычной расправой с подозреваемыми в исповедовании запрещенной христианской религии, но, кроме того, таким способом казнили и других преступников, а также уличенных в прелюбодеянии женщин. Аватагути – место публичных казней в Киото.
Дзироэмон. А уж больше всего радует то, что мы утрем нос Ситисабуро Накамуре из театра Хандзаэмондза, где с весны нет отбоя от зрителей. До чего приятно думать, что завсегдатаи того театра теперь бросятся к нам!
Сирогоро. Все это так, но сыграть в этой пьесе будет, пожалуй, нелегко даже такому мастеру, как господин Тодзюро. Ведь господин Тикамацу разрушает привычный для театра Кабуки круг сюжетов [15] с его неизменными пьесами о красивых мальчиках, веселых кварталах, любовных забавах и комических происшествиях. К тому нее в основе пьесы подлинные события в доме широко известного в Киото торговца календарями. Да, такая пьеса не может не волновать!
15
Драматургия Тикамацу произвела, можно сказать, переворот в репертуаре японских театров своего времени. Вместо легковесных мелодрам, главной темой которых были любовные перипетии искателей приключений или псевдоисторические истории, Тикамацу создал полноценные, психологически достоверные характеры современников в обстановке типичных конфликтных ситуаций своей эпохи.
Вакатаю. Господин Сирогоро совершенно прав. (Не вставая, пододвигается ближе к Тодзюро.) Примите, прошу вас, эту чарку! Я хочу заранее вас поздравить. Вы превзошли всех в премудростях веселых кварталов, а теперь, в роли истинного любовника, ваш талант засверкает новыми гранями! (Смеется.)
Тодзюро становится все мрачнее. Он молча принимает чарку, предложенную Вакатаю, и молча ее осушает.
Сэндзю (заметив недовольство на лице Тодзюро, мягко). Правда, правда, верно сказал Вакатаю… У господина Тодзюро, несомненно, уже разработан план этой роли. А нам достаточно будет просто послушно следовать его указаниям.
Вакатаю (как бы ободренный словами Сэндзю). В сравнении с новой пьесой прежние кажутся глупыми и пресными. Пьеса о тайном любовнике – вот это да! Чувствуется рука самого господина Тикамацу! К тому же у господина Тодзюро есть, наверное, опыт и в такой необычной любви. (Смеется.)
Тодзюро (раздраженно, словно задетый последней репликой). С чего ты взял? Я создан природой для любви, но мне еще не приходилось соблазнять чужих жен.