Любовь сильнее Тьмы
Шрифт:
Саурон был прав. Или сейчас, или никогда.
Моргомира, казалось, не замечали ни орки, ни эльфы. Гортхаур, что ли, постарался?..
Нет, заметили.
Путь назгулу преградил Глорфиндейл. Голубые глаза эльды гневно блестели, в руках он сжимал меч.
— Снова ты, — эльф смерил Моргомира взглядом.
На лице Кольценосца появилась нехорошая улыбка:
— Я.
Они стояли друг напротив друга, не обращая внимания на сражение, которое начинало постепенно уходить в сторону, отдаляясь от Имладриса.
—
Моргомир машинально вытащил из ножен клинок. Глорфиндейл насторожился и приготовился отражать атаку.
Напрасно. В этот раз Девятый вполне мог победить и…
Что?!
Моргомир как-то удивлённо уставился на меч в своих руках, на Глорфиндейла, который уже ожидал атаки, и на ярко вспыхнувший алый камень в кольце.
Девятый понял, что опомнился в последний момент. Ещё бы секунда — и он бы начал поединок даже не сомневаясь.
Моргомир усмехнулся.
Едва не встал на сторону орков. Ещё бы секунда…
— Моргомир! Убей этого эльфа! — глаза Саурона злобно сверкнули, — убей!
Кольцо блеснуло, и всё снова точно бы заволокло тьмой. Кольценосец поднял меч, но тут же опустил его, стряхивая наваждение.
Он не может это сделать. Не может убить Глорфиндейла.
Девятое огнём обожгло назгула, а в голове снова зазвучал шипящий голос: «Убей…»
Нет, так нельзя. Нужно бороться. Хотя бы из последних сил.
— Моргомир!
Назгул вздрогнул и взглянул в сторону.
— Арименэль… — неверяще выдохнул он.
Да, это была она.
Испуганное лицо, глаза, в которых отражался бескрайний ужас.
Зачем она пришла сюда? Сюда, в этот кошмар? Арименэль должна была быть в Имладрисе…
— Арименэль? Так вот как зовут эту девчонку! — Саурон хищно оскалился, — неужто ты, Моргомир, променяешь Тьму на неё? Неужто не задумаешься о последствиях?
Назгул растерянно перевёл взгляд на Глорфиндейла. Тот, разумеется, тоже видел Арименэль, и теперь напрягся, точно готовясь защищать её от Моргомира.
— Чего ты ждёшь? — эльф недоумённо посмотрел на Девятого.
Моргомир снова взглянул на Арименэль. Сколько он её не видел? Сколько времени она провела одна?
Затем, поняв вопрос Глорфиндейла и оторвавшись от мыслей, посмотрел ему в глаза. А через секунду опустил меч, улыбнувшись и покачав головой.
— Я не буду с тобой сражаться.
Глорфиндейл вздрогнул, не веря его словам. А потом понял, что назгул не шутит. И в его взгляде промелькнуло понимание.
Моргомир сделал шаг назад, давая понять, что поединку действительно не суждено произойти. И, несмотря на снова вспыхнувшее кольцо, снова улыбнулся.
А через секунду, когда сражавшиеся неподалёку орки обернулись и, грозно рыча, подняли ятаганы, шагая прямо к нему, назгул даже не удивился.
Ведь
***
Всё было точно в замедленном действии. Арименэль видела взгляд Моргомира, видела то, как он улыбается и произносит, обращаясь к Глорфиндейлу:
— Я не буду с тобой сражаться.
И эльфийка поняла: он смог. Он смог отказаться от службы Саурону.
Но через несколько секунд на её любимого накинулись орки, и Арименэль едва удержала себя от того, чтобы не кинуться ему на помощь.
Да что, она, простая эльфийка, может сделать? Надо было хотя бы меч взять…
Арименэль подняла взгляд и замерла, смертельно побледнев.
Моргомир сражался один, а орков становилось всё больше и больше.
«Саурон» — с отчаянием поняла девушка. Это он. Он не мог оставить так того, что его назгул отказался от Тьмы.
Эльфийка бросилась к любимому и краем глаз заметила, как к Девятому подходит орк, когда как Кольценосец не замечает его.
Монстр поднял кривой меч, и Арименэль отчаянно вскрикнула:
— Моргомир! Сзади!..
В последний момент назгул обернулся, а девушка снова кинулсь вперёд, но слишком поздно.
Кольценосец не успел всего лишь на одну секунду и замер. По ткани плаща медленно расползалось пятно крови.
— Нет! — Арименэль, остолбенев, в ужасе смотрела, как Моргомир безвольно оседает на землю.
Всё исчезло. Весь мир ушёл в сторону, остался только Моргомир да она сама, Арименэль.
Её громкий крик, казалось бы, никто не услышал.
Сражение давно сместилось далеко в сторону, и эльфы теснили и гнали оркам к Мглистым горам.
А она кинулась к назгулу, не обращая внимания на землю, покрытую чёрной и алой кровью.
— Моргомир! — девушка упала на колени рядом с любимым, — Моргомир… — сердце едва не выскакивало из груди, на глаза наворачивались слёзы отчаяния.
Мир рухнул…
— Нет, нет, — лихорадочно шептала эльфийка, хватая любимого за руку осознавая, что та становится холодной. — Моргомир! Очнись!
Арименэль не знала, что делать. Хотелось кричать, выть от невыносимой боли.
— Пожалуйста, Моргомир… — она, задыхаясь, склонилась над любимым. По щекам ползли горячие слёзы.
Он не мог так просто умереть… Не мог… Он же Кольценосец! Или уже нет… После того, как он отказался сражаться к Глорфиндейлом…
— Ари… менэль, — из горла назгула вырвался хрип, и Моргомир слабо улыбнулся, — мы всё же встретились…
— Да, но какую цену пришлось заплатить! — девушка всхлипнула.
— Я ни о чём не жалею, — на бледном лице назгула снова появилась улыбка, — Саурон приказал оркам убить меня, из-за того, что… — Кольценосец хрипло закашлял.
— Ты отказался от него… — тихо прошептала эллет, — ты не предал Свет. Ты… я горжусь тобой. Ты не предатель.