Любовь по расчету

Стю Мари

— Что именно?

— Во-первых, я никогда не замечала за Боровски, что он — нарушает закон. У него в штате лучшие юристы города. И для меня загадка — как можно возбудить дело в отношении законопослушного гражданина. А, во-вторых, я видела, как Иван и Люба расцеловывались при встрече. Иван говорил, что полюбил другую… Если бы это был чисто договорный брак, вряд ли Боровски так себя вел.

— По поводу уголовки — ха-ха! У нас в любом бизнесе не обходится без связей и подкупов. Любая крупная сделка таит в себе коррупционные элементы. Конечно, нарушение закона еще предстоит доказать. И не факт, что докажут. Не факт, что посадят Боровски. Но нервишки потреплют — точно. А по поводу договорных

отношений с Любой — кто его знает. Может, и вправду влюбился. Она же хорошенькая. Ты видела ее?

— Конечно. Говорю же, я видела их двоих еще до того, как он сообщил о разводе. Проследила за Иваном…

Наталья вздохнула.

— Давай, выпьем, — предложила она и разлила водки по рюмкам.

Подруги стукнулись рюмками, выпили.

— Непонятная история. Мутная, — закусив, сказала Наталья.

— Что-то есть, — согласилась Аня. — Но стопроцентно то, что Боровски и Люба встретились не случайно. Их свадьба — решение его проблем. Я бы сказала больше — Боровски браком не только сбережет богатство, но и преувеличит, если господин Беляев останется довольным. В этом я уверена. А уж как там реально сложились отношения между любовниками, сказать не могу. Иначе, — Аня запнулась, подумала немного, — иначе совсем каша получается… Ладно, посмотрим через две недельки.

— Почему через две недельки?

— Если любовники не поженятся, придется исполнять заказ. И тогда о Боровски, его проблемах и подробностях неудавшейся сделки станет известно все до мелочей. Кстати, и для тебя лучше, чтобы Боровски женился. А то не только затаскают по органам, но и проблемы начнутся с квартирами. Если докажут, что Боровски нажил имущество преступным путем, тебя лишат подарков.

Разговор с Аней о Боровски и дальнейшей судьбе Натальи оказался малоприятным. Аня много чего говорила, стращала одноклассницу, тут же утешала, но Наталье легче не становилось. Много мыслей в голове, много вопросов, ответы на которые найти не удавалось. В конце встречи одноклассницы договорились созваниваться и держать друг друга в курсе.

— В любом случае, — заключила Аня, — будем решать проблемы по мере их поступления. Но будь начеку.

— Я поняла, — сказала Наталья, озадачившись не на шутку.

Пока Аня выходила в уборную, Наталья позвонила Паше, спросила, сможет ли он забрать ее — так вышло, что за руль сесть она не может.

— Без проблем. Буду через пятнадцать минут, — был ответ.

25.

Наталья, немного пьяненькая, присела на пассажирское кресло машины.

— Привет! Как дела? — спросил Паша. — Что-то случилось?

— Привет! Да, случилось, — покивала Наталья. — Мои подруги умеют озадачивать. Вчера — Кристина. Сегодня — Аня.

— Я могу чем-то помочь?

Наталья посмотрела на Пашу, грустно улыбнулась.

— К сожалению, нет, — сказала она, откинула голову на кресло и закрыла глаза.

Когда Натальи и Паша приехали домой, Наталья извинилась за угрюмый вид, приняла душ и ушла в спальню, пожелав Паше доброй ночи.

Наталья долго лежала в постели, переворачиваясь с одного бока на другой. Никак не могла уснуть. Мысли одна за другой будоражили воображение Натальи, пробуждая в ней противоречивые чувства. Теперь-то ей стало ясно, почему Иван Федорович резко сообщил о разводе, попросив на следующий же день уехать из дома. С другой стороны, рвало от злости, что он развелся с Натальей не потому, что искренне полюбил, а потому, что побоялся проблем. Ради выгоды выбросил Наталью в неопределенность, лишил ее спокойствия и благ, на которые рассчитывала Наталья, приняв решение выйти замуж за Боровски. Но больше угнетало Наталью другое — развод с Боровски пережить проще, чем положение без

гроша в кармане и крыши над головой. И единственное, что оставалось, верить и надеяться, что новый брак бывшего мужа позволит Наталье сохранить хотя бы что-то после развода.

На часах почти час ночи. Наталья встала с кровати, надела шелковый халатик, чтобы пойти в кухню, выпить успокоительного. Иначе — не уснуть. Она тихонько вышла из комнаты. Свет в гостиной не горел, но работал телевизор. То ли Паша уснул, то ли смотрел. Она осторожно открыла дверь в гостиную. Паша неподвижно лежал.

— Уснул, — едва слышно сказала она и прошла в комнату, присмотрелась: — Где же пульт? Ничего не видно…

Наталья посмотрела на журнальный столик, потом на диван. Подошла к Паше — может, в руках пульт. Иван Федорович часто засыпал с пультом в руках. Наталья посмотрел на руки Паши — нет. Потом кинула взгляд на его лицо. Спит, как младенец. Милый. Наталья улыбнулась. Вздохнула. Хотела уже выйти и комнаты, как случайно ногой задела пульт — тот валялся на полу возле дивана.

Паша вздрогнул, открыл глаза.

— Наташа?

— Паш, прости. Я хотела выключить телевизор.

— Я понял. Не спится?

— Ага. Что-то не могу уснуть. Проходила мимо комнаты. Думала, ты не спишь…

Паша поднял пульт с пола.

— А я уснул, и телек не выключил.

— Ладно, я пойду, — как-то неуверенно сказала Наталья. — Спокойной ночи.

Паша взял Наталью за руку.

— Может, останешься? Я подвинусь.

— Я… я… не знаю.

Паша руку не отпускал. Наталья стояла на месте.

— Иди ко мне, — нежно сказал Паша, прильнул к ладони Натальи и поцеловал. — Иди ко мне…

Наталья присела на диван.

— Боже, ты вся дрожишь, — прошептал Паша. — Иди ко мне…

Эти слова произносил не скромняга, как нарекла Пашу Кристина. Эти слова произносил взрослый мужчина, который знает толк в соблазнении и искушении.

Паша привстал, поцеловал Наталью в губы, один раз, второй. Прижал Наталью к себе.

— Все хорошо, — прошептал он. — Все хорошо.

Наталья посмотрела в глаза Паше, раскрыла халатик, спустила его с плеч. Паша горячей крепкой рукой медленно провел по шее, плечам Натальи, опустил глаза на грудь, любуясь аккуратными формами. Наталья учащенно дышала, приоткрыв ротик, то облизывала, то покусывала губы. Закрыла глаза. Теперь готова. Плевать на приличия. На все плевать. Их рты слились в глубоком поцелуе.

Наталья проснулась в половину седьмого утра в объятиях Паши. Она осторожно убрала руку Паши, встала с дивана, накинула на себя халатик, и, захватив трусики, вышла из гостиной.

Прохладный душ взбодрил. Наталья высушила волосы феном, собрала в хвост. Долго смотрела на себя в зеркало, вбивая кончиками пальцев крем для лица, потом загадочно улыбнулась, надела домашние шортики, длинную майку-безрукавку и пошла в кухню.

Наташа стояла возле плиты, унесенная в воспоминания прошедшей ночи. Как же ей сладко! На губах привкус страстных поцелуев, перед глазами крепкое тело Паши; Наталья до сих пор чувствует его сильные руки и слышит шепот губ: «Ты моя…» Да, Аня была права — молодой мужчина в постели — совсем другие ощущения.

— Доброе утро!

Наталья почувствовала, как руки Паши обвили талию. Она обернулась, нежно улыбнулась, и скользнула взглядом по обнаженному торсу Паши.

— Доброе утро!

— Как дела? — Паша поцеловал Наталью в носик.

— Отлично! Будешь завтракать или кофе?

— Буду кофе, с молоком. Только душ приму.

— Давай. Я тебя жду.

Наталья посмотрела на часы — половина восьмого. Вчера Паша обмолвился, что сегодня у него выходной.

— Это хорошо, — едва слышно сказала Наталья и хитренько улыбнулась.