Шрифт:
Лана Балашина
Любовь по контракту
Любовно-детективный роман
Прощай.
Позабудь.
И не обессудь.
А письма сожги…
Как мост.
Да будет мужествен твой путь
И будет он прям
И прост.
Да будет во мгле
Для тебя гореть
Звездная мишура,
Да будет надежда ладони греть
У твоего костра.
Да будут метели,
Снега, дожди,
И бешеный рев огня…
Да будет удач
Больше, чем у меня.
Да будет могуч и прекрасен
Бой,
Гремящий в твоей груди.
Я счастлив за тех,
Кому с тобой,
Может быть,
По пути.
И.Бродский
РИТА СУВОРОВА
— Нет, ты точно сошла с ума! — окончательно разозлилась я.
Алла мрачно посмотрела на меня, потянулась за сигаретой.
— Можешь орать сколько угодно, но для тебя этот контракт — единственный выход. Я сразу это поняла. — Она затянулась. — Через два года вернешься в Россию, купишь квартиру в Москве, Мишку в приличную школу устроишь, затеешь какой-нибудь бизнес. Заживешь самостоятельно. И, если к тому времени романтические бредни еще не выветрятся из твоей хорошенькой головки, успеешь еще влюбиться и родить себе второго.
Я насмешливо посмотрела на нее.
— А если выветрятся?
Алла стряхнула пепел, подняла глаза на меня и отрезала:
— Значит, как все: заведешь мужика и будешь ему морочить голову своими проблемами. А от меня отстанешь, наконец!
Я пожала плечами:
— Кажется, тебя никто и не грузит!
Алла сердито посмотрела на меня, но уже тише сказала:
— Ритка, не собираешься же ты до пенсии работать за гроши в своей школе?
— Во-первых, не такие уж и гроши! — оскорбилась я. Школа у нас специализированная, с гуманитарным уклоном, и платят, по крайней мере, в сравнении с другими, вполне достойно. — Во-вторых, я люблю свою работу. В-третьих, ты же знаешь, у меня не очень большая нагрузка, и два дополнительных выходных дня я могу провести с Мишкой!
Алла хмыкнула:
— Нагрузка у тебя небольшая, потому что ты не спишь со своим директором.
Я промолчала, потому что некоторая правда в словах подруги была. Впрочем, я еще подрабатывала переводами, денег нам с Мишкой хватало, и я не делала попыток увеличить число рабочих часов, к явному неудовольствию Всеволода Валерьевича.
*
С Аллой мы познакомились четыре года назад, когда я проходила университетскую практику. Она работала завучем, и мы с ней неожиданно подружились. Алла старше меня на двенадцать лет, у нас несхожие внешность, характеры и темпераменты, разное отношение к жизни, резко отличающийся жизненный опыт, но нам это совершенно не мешает.
После того, как я ушла от мужа, Алла была единственным человеком из прошлой жизни, с которым я поддерживала отношения. Она, мне кажется, недолюбливала моего бывшего, потому что, в отличие от других, разладу не удивилась и вернуться к Славе не уговаривала. Зато помогла мне с работой, забирала по выходным нас с Мишкой на дачу, часто забегала по вечерам.
Мишка
В школе она давно не работала, перейдя на пост заместителя главы районной администрации по делам молодежи. Насколько я знаю, авторитет у нее был, все в управе знали, что ни один вопрос без нее не решится. Кажется, это было и причиной того, что Всеволод Валерьевич не решался перейти в прямое наступление, боясь, что я нажалуюсь Алке.
Месяц назад, прямо на подъезде к собственному дому, застрелили моего бывшего мужа и двух охранников. Последнее время мы отношений не поддерживали, но я когда-то любила его, и он был отцом Мишки…
На похоронах Алла была вместе со мной. Кажется, она знала о Славкиных делах больше моего, потому что, когда к нам направился высокий немолодой мужчина в длинном кашемировом пальто, Алла насторожилась и тихо прошептала:
— Ого, какие люди!
Мужчина говорил какие-то дежурные слова сочувствия, я кивала, опустив ресницы, про себя мечтая о той минуте, когда все это кончится. И внезапно, подняв глаза на собеседника, поймала его цепкий, колючий взгляд.
Я прижала к себе Мишку, кое-как пробормотала в ответ приличествующие случаю слова.
После отпевания, выйдя на церковное крыльцо, я заметила, что мой новый знакомец усаживается в машину. Неожиданно я узнала ее: именно этот бронированный лимузин привозил каждое утро к воротам школы Лену Сиротенко.
Впрочем, не только я оказалась такой памятливой: охранник задержал на мне свой взгляд и негромко сказал что-то хозяину. Мужчина оглянулся, недоуменно посмотрел на меня и переспросил парня. Тот утвердительно кивнул.
Я с сыном уселась в машину Аллы.
— Кто это был? — спросила у нее.
— Лучше бы тебе и не знать. Это местный смотрящий, погоняло «Сирота», а в миру Сиротенко Леонид Яковлевич. Впрочем, нынче он еще и солидный бизнесмен. Что, заинтересовал?
Я отрицательно помотала головой. Бандиты меня никогда не привлекали, а он, несмотря на лоск и дорогую одежду, явно принадлежал к их кругу. Кроме того, был немолод, характер имел тяжелый, судя по его взглядам. Никакого желания поддерживать знакомство у меня не возникло.
— Мою ученицу привозит именно этот лимузин, вот я и обратила внимание, — уклончиво пояснила я Алле.
— Непонятно, как вы раньше не познакомились. Твой бывший муж был с ним очень близок.
— Ну, для меня близость с бывшим мужем — не лучшая рекомендация.
Организацией похорон занимался Герман, младший брат и компаньон моего мужа. Я его не слишком жаловала за вздорный характер, грубость, неразборчивость в связях с женщинами. Женился Герман на дочери важного милицейского начальника, и тестю не раз приходилось вызволять зятя из всяческих передряг. Однако это отнюдь не помогало укреплению семейных отношений, и Герман продолжал изменять жене, покупая своим подружкам дорогие украшения и машины, что тут же становилось достоянием гласности местного бомонда и докладывалось Татьяне, его жене.