Любовь не сдается
Шрифт:
3
Айрис отметила свой двадцать восьмой день рождения, и нельзя сказать, чтобы он доставил ей особую радость. Она отпраздновала эту дату тихо и скромно, в семейном кругу, то есть с мамой и Джоном. Неожиданно в конце вечера раздался телефонный звонок. Звонила Маргарет, чтобы поздравить Айрис.
Когда-то девушки были очень близкими подругами. В университете они учились в одной группе и много времени проводили вместе. Постепенно их компания, в которой были и другие девушки, стала распадаться – у одной появился приятель,
Потом у Маргарет наступила трудная полоса в жизни, когда умер отец, возглавлявший на пару с компаньоном фирму по продаже стройматериалов. Не выдержав конкуренции, фирма разорилась, но при этом компаньон остался все же на плаву, а отец Мэгги пережил финансовый крах. В последнее время он сильно пил.
После его смерти оказалось, что на его счете в банке почти ничего не осталось. Не вынеся обрушившихся на семью потрясений, мать Мэгги заболела – ей требовалось серьезное, длительное и дорогостоящее лечение. Мэгги с головой ушла в семейные проблемы и заботу о матери. К тому же она очень много работала, и думать о себе ей было просто некогда.
В этот период она перестала общаться с Айрис, и та не звонила подруге, понимая, что ей не до пустых разговоров, а реально помочь Мэгги она не могла, потому что положение ее собственной семьи тоже оставляло желать лучшего.
В это непростое для Мэгги время неожиданно на помощь ей пришел один из друзей отца. Она была рада, что может во всем положиться на него и хоть немного сбросить со своих плеч тяжесть навалившихся проблем. Уильям помог Мэгги устроиться на хорошую работу, оплатил лечение матери в одной из лучших клиник, подыскал им приличную и недорогую квартиру. Он был неизменно заботлив и внимателен к Мэгги.
Мэгги знала Уильяма с детских лет. Он нередко бывал у них дома, подолгу беседуя с ее отцом. Порой друзья играли в шахматы или отправлялись поужинать в ресторан. Мэгги знала жену и детей Уильяма, но две семьи встречались крайне редко – между женами и детьми не было не только дружбы, но даже мало-мальской симпатии.
По мере того как Мэгги взрослела, Уильям все внимательнее приглядывался к ней. Однажды – ей тогда исполнилось семнадцать – он сказал в присутствии ее отца, что, если бы не был женат, обязательно посватался бы к Мэгги. Отец до слез смеялся этой шутке друга.
Но друг вовсе не шутил и все с большей настойчивостью интересовался, могла ли бы Маргарет полюбить его. Такой вопрос казался Мэгги странным. Она привыкла относиться к Уильяму, который был всего лишь на несколько лет моложе отца, как к старшему другу или родственнику, к дяде например. Представить его в роли своего мужа она никак не могла. От таких предположений ей становилось то смешно, то досадно, и она даже стала избегать общения с Уильямом.
Через некоторое время Мэгги узнала, что жена Уильяма, отправившаяся в круиз по Балтийскому морю, погибла во время крушения парома. Уильям
– Выходи за меня замуж!
– Уильям, право, ну сколько можно?! Это уже не смешно! – рассерженно проговорила Мэгги и удалилась в свою комнату.
Тогда Уильям пошел к ее отцу и признался, что давно любит его дочь и хочет, чтобы она стала его женой.
Отец, несколько опешивший от такого предложения, растерянно заметил:
– Для меня это полная неожиданность! Но ведь ты ей в отцы годишься!
– Ну и что? – услышал он в ответ.
Отец не знал что возразить и только спросил:
– А что Мэгги?
– Она думает, но, я уверен, ответ будет положительным, – без тени сомнения заявил Уильям.
А потом случилась беда с отцом Мэгги. Уильяма тогда не было в Лондоне, он жил в Австралии, налаживая там свой бизнес. Вернувшись в Англию, он принял горячее участие в делах семьи покойного друга. О своих чувствах к Мэгги в тот период он не напоминал – это было бы неуместно. Но когда прошло достаточно времени, Уильям вновь повторил свое предложение. На сей раз Мэгги отнеслась к нему серьезно и попросила время для обдумывания.
Рожденная под знаком Весов, она не принимала ни одного важного решения, не взвесив его. В данном случае на одну чашу легли романтические мечты, а на другую – практические соображения. Весы, немного поколебавшись, склонились в сторону здравого смысла и трезвого расчета. Мать Мэгги к тому времени пошла на поправку, и дочь со спокойной душой могла уехать вместе с мужем в Австралию, куда его звали дела.
Перед отъездом она позвонила Айрис.
– Ты, возможно, осуждаешь меня за то, что я поступила вопреки тем принципам, о которых мы столько с тобой говорили? – виноватым голосом произнесла Мэгги.
– Что ты, Мэг, как я могу! – возразила Айрис. – В твоей ситуации ты, наверное, поступила правильно… Только я все равно не в состоянии понять, как можно жить с нелюбимым человеком вдвое старше тебя. Впрочем, все дело в характере – ко многому ты относишься не так, как я.
После этого разговора подруги не виделись около трех лет. Мэгги жила с мужем в Австралии. Там же у нее родился сын. Айрис уже смирилась с тем, что потеряла и последнюю подругу, как вдруг Мэгги объявилась прямо в день ее рождения.
Обрадовавшись неожиданному звонку, Айрис спросила:
– Мэг, ты звонишь из Австралии?
– Нет, из Лондона. Мы только вчера прилетели.
– Надолго?
– Думаю, пробудем здесь все лето – мама хочет насладиться обществом внука. Раньше мы приехать не могли – врачи опасались, что перемена климата может отразиться на здоровье малыша. А сейчас ему уже два года. Он такой самостоятельный! Приезжай к нам в гости – сама увидишь! Я познакомлю тебя с мужем и сыном. Мы будем очень рады!
Они договорились о дне встречи, и Айрис положила трубку, слегка удивленная и озадаченная – короткий разговор с Мэгги не оставлял сомнений, что подруга счастлива.