Любовь не предает
Шрифт:
– Поздравляю с благополучным прибытием, леди, – с улыбкой произнес граф, останавливаясь возле Катрин и небрежно поигрывая кожаной перчаткой. – Все трудности и испытания остались позади, и теперь вас ждут лишь светские удовольствия и череда беззаботных дней… Кстати, я хотел бы выразить вам восхищение по кое-какому поводу, – с едва заметным смущением продолжал Стенфилд. – Вы мужественно держались вчера, и я горжусь, что мне довелось помочь такой смелой и прекрасной девушке.
– О, ради Бога, не благодарите меня, мистер Джейсон. – Катрин стало не по себе, ведь граф сильно заблуждался
– Если вы еще раз так скажете, мы перестанем быть друзьями, – с пугающей серьезностью проговорил граф. – И давайте больше не будем об этом… Как вам нравится то, что вы сейчас видите? Вы ведь никогда прежде не были в Англии?
– Никогда.
– Ну, так смотрите внимательно. Это удивительная страна, и, я надеюсь, вы ее полюбите. По крайней мере, попытаетесь.
Катрин слабо кивнула, не осмеливаясь солгать, чтобы подтвердить его слова. Соглашаясь на предложение Барраса, она даже и подумать не могла, что будет так нелегко лгать людям, оказавшим тебе помощь и полное доверие. И если ей трудно притворяться перед графом Стенфилдом, как же ей удастся обмануть родную сестру? А изображать невинную жертву перед старыми французскими аристократами, бывшими приятелями отца? Все эти люди не простят ей обманутого доверия! И лорд Стенфилд тоже… Боже мой, неужели настанет день, когда он будет презирать ее, считая ловкой и бессовестной интриганкой?!
Катрин украдкой взглянула на графа, и ее бросило в жар, когда она вспомнила его вчерашний поцелуй. Однако сегодня он вел себя так сдержанно, что в это трудно было поверить. Тем не менее это случилось… и было настолько прекрасно, что Катрин захотелось хотя бы на время забыть о цели своего визита в Англию и поверить, что она на самом деле обычная эмигрантка, вынужденная покинуть свою страну, как и тысячи других французских аристократов. Поверить в это хотя бы на короткое время… До тех пор, пока агент Барраса не разыщет ее в Лондоне.
Скромный наемный экипаж проехал вдоль набережной и остановился возле небольшого двухэтажного дома, выкрашенного в желтый цвет. Лорд Стенфилд вышел из кареты и подал руку Катрин. С интересом разглядывая свое временное пристанище, девушка с легкой улыбкой обернулась к графу:
– Это и есть ваша роскошная резиденция, милорд? Признаться, я ожидала увидеть мрачный замшелый особняк в стиле Тюдоров и целую дюжину выстроившихся в ряд чопорных лакеев. Но этот дом очень похож на мой в Анжере, и я не сомневаюсь, что буду здесь чувствовать себя так же комфортно.
– Моя резиденция находится в трех часах езды отсюда и вовсе не представляет собой заросший мхом средневековый замок, – в тон ей отвечал Джейсон, когда они, рука об руку, поднимались по крутым ступенькам крыльца. – А что касается этого дома, то я приобрел его в те времена, когда и не мечтал получить графское наследство. С этим местом у меня связано очень много воспоминаний и поэтому, когда я бываю в Брайтоне, всегда останавливаюсь только тут. Обстановка здесь по-холостяцки простая, но на втором этаже имеется уютная комната, где найдется все необходимое для благородной дамы.
– О,
Граф посмотрел на нее так, что она тут же пожалела о своих словах.
– С тех пор, как во Франции закончился террор и я перестал переправлять через Ла-Манш беглых аристократов, здесь не ночевала ни одна дама, – сухо ответил он.
За домом присматривало всего двое слуг – пожилая супружеская пара. Горничная, миссис Дженнингс, помогла Катрин разобрать вещи и приготовила для гостьи горячую ванну. Мистер Дженнингс хотел было заняться завтраком, но граф остановил его, велев пока подать только кофе.
– Мисс Шатовье сегодня будет завтракать и обедать одна, – объявил он. – Если я и появлюсь дома, то не раньше позднего вечера. Так что оставляю мою гостью на вашем попечении, Мэри, и надеюсь, что вы сможете о ней хорошо позаботиться.
– Как, вы прямо сейчас собираетесь меня покинуть? – огорченно спросила Катрин, почувствовав, что сердце у нее вдруг болезненно сжалось. – И даже не позавтракаете со мной?
Лорд Стенфилд окинул ее тем пристальным, изучающим взглядом, к которому девушка уже успела привыкнуть за тридцать часов знакомства.
– Если я признаюсь вам, что мне очень не хочется уходить, вы не будете держать на меня обиды? – спросил он таким голосом, что у Катрин перехватило дыхание. – Мне нужно договориться насчет ремонта «Маргариты», проследить, чтобы все было сделано как надо, и рассчитаться с командой. Но обещаю, что скучать вы не будете. После того как вы хорошенько отдохнете, вас ждет безумно интересное времяпрепровождение. Не желаете узнать, какое?
– Нет, – тихо ответила Катрин, – потому что никакое занятие не будет для меня ни интересным, ни увлекательным, если я буду лишена вашего общества.
– Черт возьми, Катрин, – Джейсон поднялся, отодвигая пустую чашку, – вы не перестаете меня удивлять! А я еще смел думать, что хорошо знаю француженок. – Он как-то неприятно ухмыльнулся, отчего Катрин вдруг сделалось неловко. – До скорой встречи, моя загадочная леди. Располагайтесь в моих владениях, как у себя дома, и приготовьтесь к тому, что через пару дней вы увидите Лондон и своих давних знакомых. Да, кстати, бальный сезон здесь в самом разгаре, так что скучать вам не придется, поверьте.
Проснувшись на другое утро, Катрин первым делом прислушалась, пытаясь понять, дома ли Джейсон. Так ничего и не услышав, девушка разочарованно вздохнула. Похоже, граф так занят, что ему совсем нет дела до нее. Вчера лорд Стенфилд не возвратился домой даже к полуночи, возможно, что и сегодня ей придется коротать время без него.
Сладко потянувшись, Катрин с интересом оглядела уютную комнату, отделанную в стиле Людовика Семнадцатого. Обои и драпировки – из французского шелка, с рисунком из цветочных гирлянд и райских птиц, а на стенах – слегка потускневшие зеркала в фигурных позолоченных рамах. «Наверное, они стали мутными оттого, что в них много раз, плача, смотрелись мои несчастные соотечественницы, бежавшие от гильотины», – невольно подумалось Катрин, но она отогнала прочь невеселые мысли.