Любовь не купишь
Шрифт:
Она оголила его плечи и прижалась лицом к груди.
– Ты был прав, – заметила она. – Воздержание – мощный стимул для страсти. Часть меня уже кричит от нетерпения, а другая хочет бесконечно длить прелюдию.
– Ты знаешь, что будет потом, в этом я тебя никогда не подводил. Так что давай удлиним сам путь, потому что каждый раз он всегда бывает иным.
Она улыбнулась и кивнула. Ее руки заскользили по его спине, и он почувствовал, что теряет голову.
– Что еще рассказала тебе служанка? – спросил он.
– Что мужчинам
Она осторожно высвободилась из его объятий. Ее губы заскользили вниз.
Дэвид смотрел и ждал, почти не дыша. Жаркий туман страсти обволакивал его. Он одновременно видел все и ничего. Ее руки сбросили на пол его одежду. Затем ее пальцы коснулись его набухшей плоти. Смелость Кристианы и тронула, и потрясла его. Он также поражался обманчивому спокойствию своего тела.
Она снова погладила и вопросительно взглянула вверх. Он наклонился и поднял ее.
– Как хочешь, дорогая.
Она уютно устроилась в его объятиях.
– Ну, тогда веди меня в постель, мой торговец, чтобы я могла показать тебе мою любовь.
Он отнес ее на постель и вытянулся рядом с ней.
Прохладный ночной воздух из открытого окна овевал их разгоряченные тела. Увлекаемый желанием, Дэвид решил доставить ей такое наслаждение, о котором она даже не подозревала.
Неторопливо и намеренно, зная все ее слабые места, он лишил Кристиану остатков самообладания. Не опустив рук ниже ее бедер, он сумел подвести ее к пику наслаждения.
Она схватила его за плечи.
– Дэвид, я… пожалуйста…
Его руки и губы замерли, и она открыла возмущенные глаза.
– Дэвид!
– Тихо, дорогая. Я же сказал, что никогда не подводил тебя.
– Ты хочешь сначала замучить меня до смерти? – воскликнула она, стуча кулачком по его плечу.
Он засмеялся.
– Это мучительно, только если ты стремишься к завершению. Наслаждайся процессом, зная, что в конце концов ты все равно полетишь.
Ее лихорадочное возбуждение утихло, и она нежно обняла его. Его рука заскользила вниз по ее телу.
– Ну давай еще раз.
Он видел восторг в ее глазах и сам едва не расслабился. Он снова довел ее почти до предела и заставил балансировать на самой грани.
Она ногтями впилась в его плечи, и он стал успокаивать ее поцелуями.
– Это было чудесно, – прошептала она. – Неужели с каждым разом будет лучше и лучше?
– До определенной степени.
– Ты собираешься так провести всю ночь?
Он засмеялся.
– Да нет, вряд ли. Любовь, конечно, сделала меня очень великодушным, но и моему благородству есть предел.
Она посмотрела на него.
– Думаю, что в эту игру могут играть двое, Дэвид. Тебе это понравится?
– Очень, если ты этого хочешь.
Она привстала и толкнула его на постель. Прежде чем ее руки
– Нет, Дэвид. Ты не давал мне дотронуться до тебя, так что и ты не прикасайся ко мне.
Он сам научил ее этому, и сейчас ее ласки едва не лишили его чувств. Когда она остановилась, он открыл глаза.
После этого он уже не мог ни о чем думать и лишь смотрел сквозь туман охвативших его ощущений на чувственные линии ее спины и ягодиц. Сдерживая себя изо всех сил, он продлевал наслаждение. Они оба уже были готовы сделать последний шаг, и Кристиана почувствовала это. Он поднял ее и посадил верхом на свои бедра.
Она удивилась, но инстинктивно приподнялась и приняла его в себя.
Его вздох вторил ее вздоху, она закрыла глаза и снова медленно поднялась.
– Это невероятно, Дэвид.
– Иди ближе, – велел он.
Она нагнулась, и он, потянувшись, коснулся губами ее груди.
– Дэвид! – ахнула она. – Дэвид! – снова выкрикнула она, на этот раз нетерпеливо.
Он никогда не видел у женщин такого бурного завершения. Удивление, желание и любовь слышались в ее криках. Она яростно целовала его, глядя прямо в глаза, когда ее страсть достигла апогея.
Наконец Кристиана уткнулась лицом в его шею.
– Как думаешь, нас кто-нибудь слышал?
– Нас?
Она засмеялась.
– Ну ладно. Меня.
Он подумал об открытом окне и безмолвной ночи. Весь дом и половина города, наверное, слышали ее. Кто же после этого поверит, что между ними нелады?
Но сейчас это уже не важно.
– Я уверен, никто не слышал, дорогая.
Она уютно улеглась рядом. Он никогда не чувствовал подобного умиротворения и позволил себе упиваться своими ощущениями, подозревая, что это может никогда не повториться.
По-видимому, ему следовало рассказать ей все. В конце концов ему все равно придется сделать это. Такая любовь, как у них, не допустит долгого обмана, даже если он нужен для спокойствия Кристианы.
– Ты когда-нибудь был там? – спросила она. – В Сенлисе?
– Два раза. Первый раз это было несколько лет назад, а еще совсем недавно.
– Ты заходил в дом?
– Да. Графа не было, и я вошел как купец, предлагающий товар. Никто не вспомнит.
– Ты хочешь заполучить Сенлис?
– Кто бы на моем месте не захотел?
Она приподнялась и посмотрела ему глаза.
– Ты.
– Я решаю не только за себя. Мне необходимо знать, чего хочешь ты.
– Я хочу, чтобы ты был всегда со мной, живой и невредимый. Вот что по-настоящему важно. Но я знаю, что ты вряд ли сможешь жить без риска, и не стану требовать этого от тебя. Что до остального… И Англия, и Франция имеют на тебя виды. Оба, и Эдуард, и Теобальд, вправе ожидать твоей преданности. – Она помолчала, размышляя. – Я думаю, ты должен выбрать ту жизнь, для которой ты рожден.