Любовь монстра
Шрифт:
— Мы на третьем этаже, — выдохнул он, крепко сжимаю волчью лапу, но при этом стараясь не сломать ее. — Ты ни за что не переживешь падение. Ну, может, конечно, и переживешь, но прошу, Джанет, не уходи!
Она лязгнула на его пальцы. В ней, не переставая, клокотало рычание.
— Пожалуйста, не уходи! Я был неправ, а ты — права, Господи, ты была так прекрасна, я же слепой дурак, чтобы это заметить. Прошу, не бросай меня.
Она клацнула еще раз, челюсти щелкнули в сантиметре от его плоти. Предупреждение.
Скорее всего,
— Я не могу без тебя. Клянусь, не могу. Мне казалось, я всем доволен, но это неправда, все это ложь, даже то, почему я тебя удерживал — вранье…
Его пальцы соскальзывали. Ричард затараторил еще быстрей.
— …но ты оказалась права, и никогда не лгала, ни разу, даже не сбежала, и, Джанет, я жизнь свою посвящу только тебе…
Волчица уже почти высвободилась, и вампир опасался, что отпусти он ее, чтобы схватить покрепче, все равно не успеет поймать.
— … Но, прошу… не… вперед!
Она вырвалась.
Ричард очень долго лежал на полу в своем кабинете. Вроде, работы было завались — нужно было найти веник и начать выметать осколки. Он владел всем этим зданием, так что кому какое дело? Кого вообще что-то волнует?
Вампир никак не мог осознать, что она исчезла. Не мог поверить, что он — тот, кто так гордился собственным интеллектом, — допустил это.
«Меня зовут Джанет Люпо».
«Я не боюсь ни одного из людей, и я не лгу».
О чем он думал?
«Меня зовут Джанет Люпо».
Как он мог быть таким слепцом?
«Меня зовут Джанет Люпо».
Таким недалеким и высокомерным?
«Через восемь дней будет полнолуние. И когда оно настанет, тебя ждет большой гребаный сюрприз».
Ах, Господи, было б это лучше каким-нибудь большим розыгрышем. Он наконец-то нашел ту единственную, с которой мог бы провести вечность…
«Вот тогда твои хлипенькие дубовые двери меня не удержат».
… а он похитил ее и изнасиловал, потом неволил и не обращал внимание на то, что она говорила правду.
«Ты поймешь, что облажался по полной, но будет поздно».
Он требовал, чтобы она признала, что боится его, а когда Джейн отказалась, решил: она лжет.
«Ты знаешь, что я говорю правду, но из-за своего дурацкого раздутого мужского самолюбия не замечаешь это».
Его дурацкое раздутое мужское самолюбие.
«Я уйду навсегда, а ты ближайшую сотню лет будешь мучиться осознанием, каким был мудаком».
Он бы заплакал, да не было слез.
Глава 9
Три дня спустя.
Джейн перевернулась и потянулась. Потом гневно вскрикнула, когда полетела на три фута вниз и поцеловалась с цементом. Она свернулась клубочком у основания скульптуры в сквере, где и уснула, о чем, проснувшись, забыла напрочь. «И почему никогда не могу вспомнить
Женщина чувствовала себя приятно усталой, и это будет ощущаться на протяжении последующих нескольких дней. Так было всегда, когда она «преследовала» луну. Помимо всего прочего, Джейн чувствовала себя обновленной, практически очищенной. Искупленной что ли. Да какая разница.
Она встала и встряхнулась. Шаг первый: найти одежду. Весна в Бостоне, что Сибирская весна.
Джанет нагнала спозараночного пригорожанина, бизнесмена, который, наверное, решил через парк срезать путь до метро. Он оценивающе оглядел ее, когда она приблизилась, не сводя взгляда с его кашемирового пальто.
— Сколько… — все, что удалось ему произнести, пока она не нанесла удар в его челюсть и не ограбила мужчину.
Выбор в облике волка Джанет уже делала, теперь на очереди предпочтение женщины. Не по ней просыпаться одной-одинешеньке в парке, да еще и голой. Или вчера в улочке. Или же позавчера под доками в порту — тьфу! Ей казалось, что она теперь сроду не избавится от зловония на своих волосах.
Самое безопасное место — дом в Бостоне, ну и акры, еще раз акры лесов, принадлежащих членам стаи. Она могла там порезвиться, а потом проснуться, одеться и плотно позавтракать. Но будучи волком ей и ее сородичам нужно избегать подобных этому мест. Зверю известно, что ей нужно. Пришло время забрать это.
Увы, Джейн не знала, где проживает Ричард. Не пожелал вампир написать адрес на подушечки ее лапы, когда она выпрыгивала из окна. Хорошо хоть есть иные способы установить его. Возможно, у нее не столь тонкий нюх, как у ее сородичей, ведь в тот день, после прыжка с чертова «моста», она не сумела по следу прийти в свое логово.
Много времени это не заняло, но когда Джанет все же попала на место, ноги у нее уже закоченели. Дик жил в величественном краснокирпичном кондоминиуме, построенным, наверное, во времена Мэйфлауэра.
Джейн переминалась с мыска на пятку и, просунув руки в карманы отобранного пальто, подняла взгляд на «свое» окно. Стекло не заменили, но также в раму не вставили и фанерку. По всей видимости, он решил не заморачиваться на подобную допотопность.
Не считая прогрохотавшего ни свет ни заря грузовика, на улице стояла тишина.
— Простите. Вы тут живете?
Она оглянулась. Возле нее, мрачно взирая, стоял курьер с тремя загруженными продуктами сумками.
— Да. А что?
— Ну слава богу. Поскольку я две недели поставлял сюда продукты, но вот уже как два дня никто ее не забирает. Они ведь попортятся или же помнутся, став обыкновенными помоями, и все.
Опаньки, так вот, оказывается, откуда взялись те роскошные пиршества! Дик заказывал пищу специально для нее. Ням.
— Я на какое-то время уходила, — ответила ему Джейн. — Но теперь вернулась.