Любовь, как криптология
Шрифт:
— Боюсь, ему понравится, — не удержался от ухмылки я.
— В смысле?
Подняв надрывающийся телефон, я вышел на кухню, чтоб не мешать жене дрыхнуть. Чувствую, дед сейчас попытается навесить на меня пару дополнительных задач. С некоторых пор я у него подвизаюсь в качестве помощника. Джеймс, дядя Эдвард и я — команда мечты! От которой уже выть хочется. Старик отходить от дел пока не собирается, но часть нудных и неприятных обязанностей, которые обычно ложатся на главу рода, без тени смущения передал мне. И как я в это вляпался? Хотя да, знаю, как…
Проблема еще в том, что мне не только делами рода Карр заниматься приходится, но и основной работой. А ее день ото дня не
Разбогатели мы, кстати, стараниями Брэда. Мой дорогой друг все же добился успеха с гаррами. Правда, совсем не того, на какой изначально рассчитывал.
Дело было так. В тот же день, когда дед разрушил наши с Карой планы на развод и потребовал исполнить бэлофт, перед тем, как ехать к Шерон, я решил заглянуть на фирму. Тем более что за последние сутки мне так и не удалось дозвониться до Брэда. Он не отвечал ни по телефону, ни по почте. Поднимать панику я поостерегся, поскольку секретарша выяснила у персонала лаборатории, что мой друг буквально днюет и ночует на рабочем месте. Только никому не признается, чем именно занят, и никого в «личную» лабораторию не пускает.
Попытки уговорить Брэда разблокировать дверь потерпели крах. Он попросту не отзывался. Пришлось воспользоваться личным пропуском с полным доступом, который я предусмотрительно хранил в сейфе. Карина протиснулась следом. Перед нашими глазами предстала эпическая картина: все поверхности, кроме «бассейна» с ростками гарров, оказались уставлены алкоголем. Самым разным — от элитных коньяков до подозрительной мутной бормотухи. Пространство под столами занимали ящики с пивом. Запах стоял соответствующий. На бутылки кто-то налепил оранжевые стикеры с пометками. Почерк Брэда. А где сам виновник торжества?
Друг отыскался в коморке на раскладушке. Вид у него был помятый и заросший, но, как ни странно, спиртным пахло только от рук. Кое-как растолкав непризнанного гения, я влил в него две чашки кофе и задал мучающие вопросы — «Какого черта?» и «Почему меня не пригласили на вакханалию?».
— Рок, ты сейчас обалдеешь! — заявил Брэд, придя в адекватное состояние.
— Да как бы уже… — признался я, не скрывая ехидства.
— Дневник, который ты мне прислал — это нечто! Тот, кто его написал — определенно гений. Я просмотрел этапы экспериментов с этой… м-м-м… химерой, и меня озарило! Все дело в токсинах! Точнее в неблагоприятных факторах среды. При выращивании гарров им создают идеальные условия! Но фишка в том, что идеальных условий просто не существует! Гарры можно найти на большинстве кислородных планет — где-то больше, где-то меньше. Разные составы воды, атмосферы, волновая активность! Ученые стараются выделить из всего списка параметров общие закономерности, но безуспешно. Есть какой-то фактор или группа факторов, но определить его никому не удалось.
— О, а у тебя получилось? — встряла женушка.
— Нет, — улыбнулся Брэд, жутко довольный собой.
— Тогда чему ты радуешься?
— Вот смотри, — ученый постучал по планшету с копией дневника Аманды, — основной принцип работы химеры, если не вдаваться в детали, состоит в том, что она блокирует определенные клеточные рецепторы, чем меняет метаболизм пациента. Тончайшая работа. По сути, яд в малых дозах, но за счет смешения с генотипом реципиента действует крайне прицельно и в обход иммунной системы. Ну, я и подумал, а что, если с гаррами провести схожую процедуру — не дожидаться, пока сами погибнут в своих резервуарах, а воздействовать на них потенциально вредоносными факторами по той же методике.
— Насколько помню, у Аманды несколько лет на синтезирование образца уходило, — резонно напомнил я.
— Ты сравнил, конечно.
— Ты меня пугаешь. Ладно, рассказывай до конца, — я смиренно сложил руки на груди.
— Ну-у, экспериментальная партия потеряла свои свойства восстановления организма в целом. Но зато образцы прекрасно справляются с тем фактором, от которого пострадали во время своего роста. Другими словами, приобретают функции «противоядия».
— В качестве «яда» ты спирт использовал, что ли? — начал догадываться я.
— Угу, этанолы и ацетальдеиды в основном.
— Позволь прояснить, ты создал ну очень дорогой антипохмелин?
— Да! То есть, нет. Вредоносным фактором может выступать что угодно! Теоретически, по крайней мере. Опыты еще впереди. Мы сможем создать противоядие почти для всего!
Пока я считал вероятную невероятную прибыль, подключилась Карина — обошла лабораторию, потыкала в панель управления и заявила, что наши секреты украдут через неделю, если не принять срочных мер.
А дальше было невероятных полгода. Брэд корпел над опытами и восторгался «ядами», которые мне удалось достать. А уж когда оборудовали новую лабораторию с более высоким классом защиты, он и вовсе впал в экстаз. Карина вместе с начальником охраны затерроризировала весь кадровый состав фирмы. И, хотя я признаю, что поработали они на славу и уберегли нас от многих проблем, но если бы не внеплановые денежные бонусы и дополнительные дни отпуска в качестве моральной компенсации, то я остался бы вообще без персонала. Слухи ширились со страшной скоростью, и вскоре у меня не осталось времени уже ни на что. А вот кто остался доволен больше всех, так это дед — мало того, что его часть акций поднялась в цене, так еще и его влиятельность в совете родов взлетела до небес.
Скучать не пришлось.
Карина, закончив наводить страх на моих сотрудников, вернулась в сферу компьютерной безопасности. Не сразу, но ей удалось восстановить свою деловую репутацию. А те сплетни, что возникли после событий на Прино, лишь прибавили перца к ее образу.
Единственным темным пятном оставалось ее чувство вины перед Заком. Кара не говорила, но я видел, как ее это мучило. В общем, пришлось поднять кое-какие старые связи. Выяснилось, что мальчишка в порядке. Он находился рядом с Килкенни и получал лечение. Конечно, Нодар не лучшая планета для ребенка, но Зак пребывал под постоянной защитой телохранителей отца. Маргунец даже ответил на несколько моих писем. По тону чувствовалось, что он уже прекратил воспринимать Килкенни как личного врага и многое переосмыслил. Но с Кариной вступать в диалог не пожелал — все ее письма остались без ответа. Впрочем, Кара отнеслась философски и беспардонно читала нашу переписку. Мол, главное, что с Заком все более или менее хорошо, а остальное приложится со временем.
Сумбура прибавила затея с покупкой жилья — найти дом, который бы понравился нам обоим, непростая задача, должен заметить. Вскоре моя сестра с семьей решили нас навестить. Буквально через месяц, после отъезда Стейси прилетели родители Карины знакомиться с зятем лично. Приятные люди, оказались, хоть и отнеслись поначалу к нашему браку с сомнением.
Когда же, наконец, я волевым решением выделил немного времени для семьи и себя, вмешался Джеймс, напомнив, что у меня и перед родом полно обязанностей. И пускай в прошлом я ими манкировал, но теперь просто обязан помогать старому немощному дедушке.