Любовь и роскошь

Хэган Патриция

Однако не в Санкт-Петербурге мечтали проводить время Дмитрий Михайловский и будущий царь России. Больше всего они любили Александровский дворец, построенный Кваренги в период с 1792 по 1796 год по приказу Екатерины II для ее внука Александра I. Дмитрий с другом и наставником при каждом удобном случае старались уезжать туда.

После смерти своего отца Николая I в 1855 году на трон вступил Александр II. Было ему тогда тридцать семь лет, а человеку, которого по праву считали его наперсником, – двадцать четыре.

Спустя шесть лет царь заслужил титул «Освободителя», отменив крепостное

право. Обретенная свобода, однако, не увеличила урожай, и когда черная земля стала трескаться, возвещая о засухе, и погибло зерно, так и не убранное с полей, крестьяне возмутились и в государстве начались беспорядки.

Тем временем Дмитрий наслаждался своим положением первого приближенного царя и неослабевающим вниманием со стороны самых желанных молодых дам двора. Однако вовсе не голубая кровь завоевала его сердце… а голубые глаза.

Юной балерине Аннин Бьюмонд было всего семнадцать, когда она приехала из Франции для того, чтобы учиться в Императорской балетной школе в Санкт-Петербурге. Она была жизнерадостна, обладала изящной фигуркой с пышной грудью, тонкой шеей, гибким телом, темными, нежными, словно шелк, волосами… и неправдоподобными голубыми глазами.

Одного взгляда было достаточно, чтобы Дмитрий безнадежно влюбился.

Конечно же, внимание одного из самых привлекательных и именитых холостяков России не оставило юную Аннин равнодушной. Поэтому, когда он предложил ей выйти за него замуж, она без сожаления распрощалась со своей мечтой стать величайшей прима-балериной. Впрочем, ненадолго.

Как только спало возбуждение от свадьбы, которая стала светским событием сезона, семейная жизнь быстро наскучила Аннин. Она была сиротой, выросла в бедности и поднималась шаг за шагом по лестнице славы к вершине балетного искусства, опираясь только на свой исключительный талант, данный ей Богом.

Казалось, выйдя замуж за столь состоятельного человека, каким был Дмитрий Михайловский, она будет довольна и счастлива. Множество слуг, готовых мгновенно удовлетворить любое самое незначительное желание, окружали ее. Лучшие портнихи приходили к ней для того, чтобы сшить прекраснейшие вечерние платья. Она имела меха и драгоценности. Могла спать до полудня, затем принимать своего парикмахера и проводить остаток дня в скуке. Могла каждый вечер посещать императорский балет в Мариинском театре, затем, укутавшись поплотнее в меха, отправиться в бесшумных ярко-красных санях по сверкающему белому снегу в ресторан «Куба» поужинать и потанцевать.

И все же Аннин была несчастлива. Она чувствовала, что вести столь сверкающую, полную безделья жизнь было грешно, когда вокруг страдало от голода множество крестьян. Она постоянно делилась своими мыслями с Дмитрием, который вскоре заволновался, боясь, что ее несдержанность в заявлениях породит слухи при дворе и дойдет до царя. Он не раз просил жену следить за тем, что она говорила, никогда на публике не делать критических заявлений в отношении царя и проводимой его правительством политики.

Однако, обладая сильной волей и своенравным характером, Аннин поступала так, как считала нужным. Ей доставляло истинное удовольствие шокировать тех, кто для нее слыл угнетателями народа. Так медленно текли годы. Дмитрий продолжал страстно

любить Аннин, однако она отказала ему в супружеском ложе, не желая иметь с ним никаких интимных отношений. Она поклялась, что никогда не родит ребенка, который неизбежно будет расти и воспитываться в подобной атмосфере. В конце концов у Дмитрия появились романы на стороне, однако все они были пустыми, ненужными, поскольку он страстно желал любви только своей драгоценной Аннин.

Тем временем Аннин открыла для себя мир русских народных танцев. Она была молода, энергична, и деревенские люди обожали ее. Она присоединилась к труппе, которая путешествовала по России, чем несказанно огорчила Дмитрия, и при дворе стали все сильнее распространяться слухи о ее цыганской жизни, о том, что она оставила мужа и пренебрегла браком.

Лишь случай вернул ее в лоно семьи. На одной из репетиций, которыми была переполнена ее безумная танцевальная жизнь, она поскользнулась, упала и сломала руку. Дмитрий тайно радовался этому, поскольку хотел использовать необходимое для выздоровления время и попытаться оживить их брак. Несмотря на все существовавшие в их отношениях сложности, он обожал ее, и она по-прежнему оставалась для него самой красивой женщиной в мире.

Аннин неохотно уступила и согласилась лишь на одну ночь любви, скорее от скуки, нежели движимая какими-либо эмоциями. Когда позже она обнаружила, что беременна, то была вне себя от переполнявшего ее гнева.

Дмитрий ликовал. Теперь его жене придется остаться дома и покончить с этим возмутительным образом жизни танцовщицы цыганской труппы. Ребенок все изменит. Они станут настоящей семьей, и у них будет настоящий дом. И несомненно, стоит Аннин однажды испытать радость от рождения ребенка, как она согласится иметь еще детей.

Все время беременности Аннин испытывала мучительную ненависть к мужу, царю, всему императорскому двору России и ребенку, растущему внутри нее. Она поклялась, что после родов непременно снова вернется к своим любимым друзьям и навсегда распрощается с презренной аристократической жизнью.

Роды у Аннин оказались чрезвычайно тяжелыми, и весь следующий год ей пришлось провести в постели, чтобы восстановить силы. К. тому времени, когда она немного окрепла, несмотря на все свое отвращение к браку, Аннин научилась любить своего сына – Драгомира.

Аннин стремилась стать хорошей матерью. Она всегда была добра и нежна с маленьким Драгомиром, но собственная жизнь по-прежнему не радовала ее и приносила только волнения. Она не находила прелести в помпезности и богатстве царского окружения, и мужу всякий раз приходилось слезно умолять ее отправиться с ним на то или иное торжество или прием.

Аннин пыталась держать Драгомира подальше от мира императорского двора. Она все больше и больше возмущалась царем, Александром II, самым либеральным из всех повелителей России, и придерживалась точки зрения обездоленных крестьян, которые упрекали царя за то, что он не может править державой как бесспорный самодержец, уклонился от своих прямых обязанностей и передал судьбы народа в руки самого Господа Бога. Дмитрий обвинял жену в революционных взглядах, которые в последнее время вызывали немало ропота и недовольства.