Любовь и баксы
Шрифт:
– Да, Артуром, - буркнул Желвак, офигевая от догадливости и информированности Графа.
– Ну что, пойдемте?
– Ах, да… Конечно, пойдемте, прошу вас, - кивнул Граф.
Они начали подниматься по лестнице, и Граф, глядя в широкую спину Желвака, поднимающегося на несколько ступенек впереди, развлекаясь, поинтересовался:
– А кто такой этот Артур?
– Да так, - небрежно ответил Желвак, который не хотел говорить с Графом об Артуре, - мент один. Или спец… Я точно не знаю. Но в общем - темная лошадка.
–
– Да я осторожно, - проворчал Желвак.
– Осторожнее некуда.
Остановившись перед нужной квартирой, Желвак коротко позвонил два раза, и глазок на двери тут же потемнел - кто-то посмотрел в него. Потом дверь открылась. Боярин, отступив в сторону, пропустил Желвака с гостем внутрь.
– Ну, где там америкосы?
– по-хозяйски спросил Желвак.
– Давай их сюда.
– А они в комнате сидят, - ответил Боярин и гостеприимно распахнул дверь.
Войдя в комнату, Граф и Желвак увидели сидевших на диване американцев, один из которых был похож на шулера, а другой - на вышибалу из ресторана. Одеты они были, впрочем, вполне прилично.
– Дай-ка нам стулья, - распорядился Желвак, и Боярин принес из другой комнаты два шатких стула.
Усевшись напротив заграничных гостей, Граф положил ногу на ногу и достал сигареты. Закурив, он убрал пачку в карман и пристально посмотрел на Грина и Дамбера. От его холодного изучающего взгляда Грин поежился, а Дамбер напрягся и повел плечами.
Желвак, усевшийся чуть в сторонке, тоже закурил. Он не собирался вмешиваться в допрос американцев, и, поманив пальцем Боярина, вполголоса сказал ему:
– Принеси-ка нам пивка.
Боярин кивнул и пошел на кухню, по дороге сказав:
– Если нужно, я могу переводить.
– Не нужно, - зловеще отозвался Граф. И тут же сказал на чистом английском:
– Ну что, говноеды, вы хоть понимаете, во что вляпались?
Грин вздрогнул, Дамбер нахмурился, а Граф достал из кармана большой черный пистолет неизвестной американцам модели и стал играть предохранителем.
– Вот ты, сынок, - Граф обратился к Грину, - ты, например, откуда родом?
– Коламбус, штат Огайо, - ответил Грин, не сводя глаз с пистолета.
– Тихое место, - задумчиво произнес Граф, - спокойное… А ты, наверное, бывший морпех?
Дамбер разжал губы и ответил: -Да.
– Немногословный парень, сдержанный, - одобрительно кивнул Граф.
– А может быть, просто тупой. Впрочем, то, что вы оба тупые, и так ясно - иначе вы ни за что не поехали бы в Россию. Вы же не понимаете, куда вы приперлись, тут вам не Америка, и ваши права вам никто зачитывать не будет. Вас просто грохнут тихонько, и все. Или не тихонько. Если я сейчас пристрелю вас обоих, в соседних квартирах никто даже не почешется. Все подумают, что опять детишки с китайской пиротехникой балуются. Да у нас и детишки таких, как вы, замочат и пойдут дальше в бандитов
Желвак не понимал, о чем говорил Граф, но его интонации были бы ясны и аборигену с островов Фиджи. Перед американцами сидел страшный и хладнокровный бандит с пистолетом, и каждое его слово падало на слушателей, как очередная лопата земли на крышку гроба.
– У нас тут просто. Трупы - на свалку, и никто их даже закапывать не будет. А бомжи снимут с вас одежонку себе на радость. Тут, знаете ли, средневековье. Так что вам не повезло. И единственный способ убраться отсюда живыми - это честно ответить на все вопросы, которые я буду задавать. Понятно?
Грин, сглотнув, кивнул, а Дамбер мрачно проскрипел: -Да.
– Люблю короткие и ясные ответы, - усмехнулся Граф и повернулся к Желваку.
– Оба готовы, - сказал он по-русски, - сейчас будем говорить.
– Ну вы даете, - восхищенно покрутил головой Желвак.
– Я хоть и не понимаю, но прямо как в "Крестном отце". Вылитый гангстер. Класс!
– Благодарю вас, - кивнул Граф, - на самом деле ничего особенного. А насчет английского - так я в свое время не пожалел денег на хороших учителей.
Граф продолжил общение с американскими коллегами.
– Отвечать будете вы, - он указал пальцем на Грина.
– Итак… Зачем вы сюда приехали?
– За старинным медальоном, принадлежащим хозяйке квартиры, - ответил Грин.
– Хорошо. Что вы знаете об этом медальоне?
– Ничего, - честно ответил Грин, - просто взять его и привезти Шервуду.
– Вас послал Шервуд? А кто это?
– Ну… Майкл Шервуд, человек такой…
– Гангстер?
– Да, - после короткой паузы ответил Грин.
– Уважаемый человек?
– с пониманием спросил Граф.
– Да, уважаемый человек, - подтвердил Грин.
– Давайте будем называть вещи своими именами - дружелюбно сказал Граф.
– Этот Майкл Шервуд - он глава преступной группировки? Крестный отец?
– Ну, он не крестный отец, - пожал плечами Грин, - мы же не итальянцы… А так вообще - да. Глава.
– Богатый?
– О да, не бедный.
– Понятно. Значит - уровень высокий?
– Граф склонил голову набок.
– Пожалуй, - Грин почесал подбородок.
– Связи до самого Вашингтона.
– Хорошо.
Граф повернулся к Желваку, попивавшему пиво и с интересом прислушивавшемуся к английской речи, и сказал:
– Их послал серьезный американский авторитет с хорошими связями. Связи эти… Ну вроде как если бы у вас, Николай Иванович, были свои люди в Кремле.
– Ого, - усмехнулся Желвак, - действительно серьезный человек.
– Да, серьезный, - согласился Граф и снова обратился к Грину.
– Расскажите мне, - сказал он, - об этом Шервуде. Кто он такой, чем занимается, и не бойтесь раскрывать секреты. Вы их раскроете в любом случае, так что лучше добровольно, без пыток. Сами понимаете.