Любовь это... Не для меня
Шрифт:
Шведов сопротивлялся, хотел ещё выпить, рычал и ругался, когда Стас вел его к такси, а иногда… Иногда он начинал говорить о ней.
— Она мне нравится, понимаешь? — спрашивал у Стаса. — Я ведь не урод, а она не хочет со мной встречаться. Ты знаешь почему?
— Я даже не знаю, о ком ты, — отвечал ему Стас.
— Она такая… Нереальная, таких не бывает… А она есть… Я ее хочу… Себе… Чтоб со мной была, а она не хочет… Вот что мне сделать?
— Правда, друг, я все ещё не понимаю, о ком ты. Но если все так, как ты говоришь,
— Я добьюсь, из-под земли ее достану, — бил себя кулаком в грудь.
А я щеку прикусила, чтобы эмоции свои не выдать, не показать, как его слова делают больно, словно иглы с ядом врезаются в кожу и разъедают её. В машине его окончательно развезло, он задремал, а потом я помогала его отвести в квартиру. Мы только разулись и сняли верхнюю одежду. Илья с трудом переставлял ноги, и на все, что нас хватило, это дотащить его до спальни.
Мы хотели его уложить, но, когда он падал на кровать, повалил на нее и меня, придавив своей тяжёлой лапой.
— Все, Стас, падай, — говорю своему парню, который забрался на кровать в попытке меня освободить. — Я устала, давай немного отдохнём.
Стас не возражал, прижался ко мне с другой стороны и очень быстро заснул. Я какое-то время уснуть не могла. Мое сердце отбивало ритм словно в лихорадке. Я лежала, зажатая между двумя телами, мне было жарко, но больше всего меня волновала близость Ильи. Господи, я больная. Как можно получать удовольствие от того, что он просто рядом. Он пьян и даже не соображает, что обнимает меня сейчас, а я… Я как наркоман ловлю свою дозу кайфа. Усталость и алкоголь берут свое, и я засыпаю в иллюзионном объятии любимого человека.
Разбудил нас Илья поисками своего телефона. Стас рассказал, что его нет, и отправился в душ, а я, обняв подушку Ильи, все ещё не желала возвращаться в реальность.
Когда мы отправились то ли завтракать, то ли обедать после того, как и я привела себя в порядок, Стас не сдержался и спросил.
— Ну что, дружище, расскажешь?
— Что? — не понял его Илья.
— Кто она?
— Не понимаю.
— Ты вчера всю дорогу жаловался на какую-то девчонку, скажи, Ник? — усмехнулся Стас.
— Да, было, — кивнула я, стараясь смотреть только в свою тарелку.
— Я такого не помню, — решил не отвечать Шведов.
— Ты чё, влюбился? — не унимался Стас. — Раз даже рассказать не хочешь, точно влюбился. Она хоть красивая?
— Не знаю, — буркнул Илья.
— Как это?
— Я в сети с ней познакомился.
Сжала вилку до побелевших костяшек в надежде не выдать себя.
— И что? Давно? Даже фотку не попросил?
Сыпал вопросами Стас. Илья только посмотрел на него из-под бровей и делиться подробностями, к счастью для меня, не стал.
Я попросила Стаса вызвать мне такси. Если от Ильи я узнать, что случилось, не могла, то уверена, Люба со мной поделится.
Пока поднималась на третий этаж, искусала губы, ведь пока не представляла, как начать разговор.
— Лю, — я подошла и присела на край кровати, она не отреагировала. — Лю? — прикоснулась к ее плечу. Она повернула ко мне заплаканное лицо. — Что случилось? — обеспокоено спросила я.
— Я такая дура, — всхлипнула она, а потом села и обняла меня. Уткнувшись мне в плечо, она снова разревелась.
25
Люба
— Ну вот я тебя и нашла, — снова слышу громкую музыку и довольный голос какой-то девушки и сразу отключаю телефон, не просто сбрасываю звонок, а полностью отключаю.
Этот разговор… Он сломал новый барьер между нами. Как стыдно. Закрываю лицо ладонями. Стыдно и приятно одновременно… И от этого стыдно ещё больше.
Я не могу собрать мысли в кучу, они разбегаются, путаются, сталкиваются. Что же я наделала? Поддалась, подчинилась, выполнила каждую просьбу…
А сейчас вокруг него реальные девушки, и он, поговорив со мной, отправится веселиться с ними. И так будет происходить всегда. И, наверное, происходило не раз. И почему-то осознание этого именно сегодня причиняет боль. Так плохо, словно внутри кто-то выжигает внутренности.
Я не хочу думать о других, реальных девушках в жизни Джордана. Но прекрасно понимаю, что мне не стоит мечтать… И что их наличие — это нормально, и он не будет хранить мне верность, и вообще никогда не будет моим.
Слезы неконтролируемым потоком текут из глаз. И если честно, я даже не пытаюсь их остановить.
Я ведь знала, понимала, что у нас нет будущего. Так зачем, почему так реагирую? Почему так больно? И как с этим справиться?
Хорошо, что дома я была одна, потому что в какой-то момент я начала кричать от той непонятной боли, что раздирала грудную клетку. Но легче мне не стало.
Я сходила на кухню, нашла папин коньяк и налила пол кружки. А потом, превозмогая неприятные ощущения в горле, заставила себя выпить все до дна. Закашлялась, горло жгло, но скоро наступит опьянение, и я засну. Мне это необходимо, ведь там я не смогу думать о нём.
Я даже в душ не пошла, так и завалилась на кровать, обнимая себя руками. Спасительный сон пришёл незаметно и, к моему счастью, очень быстро. Он поглотил меня почти до двенадцати часов дня. Жаль только, я проснулась со всё той же душевной болью. Оглянулась, Никина кровать была заправлена, значит, домой она ещё не приходила. Я тихо вышла из комнаты и отправилась в ванную. Видок был ещё тот. Привела себя в порядок, не хотелось, чтобы мама меня такой увидела. Начнет снова читать лекцию, что общение в сети — это ерунда, и надо заводить настоящих друзей.