Любовь Черного
Шрифт:
Тоже изучаю его. Украдкой. Вижу, как густые брови сходятся над переносицей, когда он следит за другими машинами, как резко проступают желваки, когда мощные челюсти сжимаются и разжимаются.
Черный постукивает пальцами по рулю, а я сминаю ремень безопасности.
– Слушай, а ты любишь футбол? – вдруг спрашивает он.
Такой вопрос удивляет. Но лучше ответить.
– Ровно отношусь, – отвечаю.
–
– Нет, не приходилось, – отрицательно мотаю головой.
– Там особая атмосфера, – замечает он. – Затягивает.
Нервно дергаю плечом.
– А что ты любишь? – его новый вопрос ставит в тупик.
Вот какое ему дело до моих интересов?
– Мне нравится шить одежду, – говорю как есть.
– А еще? Как ты расслабляешься?
Каждая фраза все больше настораживает.
Зачем он такое спрашивает?
– Читаю, – роняю в ответ. – Кино смотрю. Встречаюсь с друзьями.
Замолкаю, увидев, как темнеет его взгляд.
– По клубам гуляешь? – криво усмехается Черный.
– Редко, – выдаю.
И чувствую, как в горле моментально пересыхает. В памяти всплывают слова Насти. Про клубы, которые держит Черный. Закрытые заведения для извращенцев. Внутри холодеет от одних лишь мыслей.
А вдруг он меня туда поведет?
Сглатываю с трудом.
– Клубы не люблю, – прибавляю, стараясь, чтобы голос не дрогнул. – Там слишком шумно.
– Да ладно? – оскаливается он.
– Да.
– Тогда чего поперлась туда со своими подружками? – прищуривается. – Еще и вырядилась так, что мужики вокруг слюной давились.
– Нормально я выглядела…
– Ты задницей вертела, – обрывает жестко. – Явно приключения искала. Каждому понятно, зачем девка приходит в клуб одна.
– Я была с подругами, – выпаливаю. – Мы праздновали день рождения.
Замолкаю.
Я перед ним оправдываюсь? За что?!
А он продолжает мрачно ухмыляться. Глазами прожигает.
– Думай, что хочешь, – бросаю наконец. – Иногда люди приходят в клуб просто потанцевать.
– Видел я эти танцы.
– Я не танцевала.
– Станцуешь, – обещает хрипло. – Лично для меня.
– Прости, не умею, – отрицательно мотаю головой.
Вообще,
– Ничего, научишься, – выдает он сквозь зубы. – На моем хуе так станцуешь, что быстро забудешь про все эти блядские клубы.
От его грязных слов у меня глаза расширяются.
Хотя ничего нового. Странно было, когда он делал вид, будто умеет общаться нормально. Ненадолго его хватило.
Остаток дороги проходит в тишине. Напряжение такое, что ощущается физически.
– Когда ты обедаешь? – разрывает молчание Черный.
Машина как раз тормозит перед магазином.
Молчу, просто поворачиваюсь и смотрю на него.
– Когда? – повторяет он.
– В час.
– Я приеду.
Отстегиваю ремень и выхожу.
Когда же это закончится? Когда ему надоест?
Между лопатками покалывает. Понимаю, он опять взгляда с меня не сводит. Провожает глазами. Ждет, пока открою магазин и зайду внутрь.
Судорожно выдыхаю. Расслабляюсь только когда переступаю порог и отгораживаюсь от Черного. Виски болезненно пульсируют.
Нужно успокоиться. Если бы он хотел, уже бы все сделал. Насильно.
Начинаю расставлять манекены. Переключаюсь на работу. Только мысли все равно возвращаются обратно.
Как быть? Не вижу вариантов. Вот бы Черный увлекся такой девушкой, которая будет ему рада.
12
– А можно еще раз первое платье примерить? – спрашивает девушка, придирчиво разглядывает себя в зеркале.
– Конечно, – улыбаюсь.
Вот именно первое платье село на клиентке идеально. Только подруга, которую девушка взяла с собой тут же скривилась:
– Ты как монашка.
После этого пошло одно платье за другим. Причем в каждом что-то оказывалось не так.
А вмешиваться бесполезно. В таких случаях всегда слушают именно подруг, ведь считают, продавцу лишь бы продать товар.
– Ой, а зеленое не хочешь взять?
– Не знаю.
– Лучше всех смотрится.
Ужас. Зеленое ей совсем не идёт.
Звук открываемой двери отвлекает. Оборачиваюсь и вижу, что в магазин заходит Черный.