Любовь бродяги

Фетцер Эми

Быстро оглядывая собравшихся на складе людей, он искал среди них Пенелопу, пытаясь между тем понять, зачем ей понадобилось приезжать в такое невеселое место. Сомнения мучили его. А что, если охранник ошибся и машина, которую они видели, не ее? Что, если она в это время лежит где-нибудь раненая, истекающая кровью и тщетно взывает о помощи? Разве можно спокойно об этом думать? Рэмзи нервничал. Его взгляд торопливо пробегал но лицам суетящихся служителей, задерживаясь па мгновение на маленьких подносах в их руках, на кипящих чайниках, кусках какой-то материи.

Вдруг

ему показалось, что он слышит се голос. Рванувшись вперед, Рэмзи поспешил в направлении знакомых звуков. Душный воздух охватил его со всех сторон. Запах грязного тряпья и давно не мытых человеческих тел напомнил о жаркой духоте камбуза па его старом корабле. И тут он увидел Пенни. Она, как и все находящиеся на складе служители, была одета в униформу: коричневые брюки, черную с короткими рукавами рубашку. Никаких украшений и косметики. Пышные рыжие волосы собраны в аккуратный небольшой пучок и спрятаны под маленькой черной кепкой. На лбу и висках выступили мелкие капельки йота.

И даже неровное серое пятнышко пыли красуется на подбородке.

Пенелопа хлопотала у больших горячих котлов, разливая по мискам суп, и, улыбаясь, весело болтала со всеми подходящими к ней. Рэмзи отступил в сторону, чтобы не попасться ей на глаза, и стал с любопытством наблюдать за ее действиями. Налив в тарелку суп, она отошла от котла и приблизилась к дряхлому старику, скорчившемуся у металлической стены. Протянув ему посуду, Пенни принялась мягко уговаривать его немного поесть. И когда се желание осуществилось, О'Киф увидел на ее лице такую редкую в последнее время добрую улыбку.

Пенелопа трудилась не покладая рук. Всегда готовая помочь своим товарищам, она с готовностью заменяла их, когда те уставали. И они с искренней симпатией относились к пей, словно и не догадываясь о том, что перед ними знаменитая киноактриса. Для них она была прежде всего помощница в благородном труде, и выражения улыбающихся ей лиц ничуть не напоминали дикие восторги окружающих ее на улице фанатиков.

Женщина в белом халате подошла и что-то сказала Пенни. Та, согласно кивнув, двинулась за ней. И Рэмзи, стараясь остаться незамеченным, пошел следом. Он увидел, как Пенелопа склонилась над маленькой черноволосой девочкой и, взяв ее на руки, принялась ласково утешать.

— Не бойся, тебя уколют совсем не больно, — говорила она. — И все пройдет.

— Не хочу, — захныкала девочка. — Мне страшно.

— Все будет хорошо. Хочешь, доктор и мне сделает укол, чтобы ты видела, что это ничуть не больно.

— Правда? — с надеждой посмотрел па нее ребенок. — А ты не врешь?

— Когда это я врала тебе?

Девочка согласно кивнула головой, и Пении протянула свою руку врачу. Когда иголка вонзилась в кожу, она весело улыбнулась, показывая, что это совсем не страшно. И доверчивый ребенок протянул следом за ней свою маленькую ручку приготовившемуся к инъекции доктору. Как только все закончилось и черноволосая девочка уснула, Пенелопа положила се па кровать и обратилась к женщине в белом халате:

— Черт возьми, Расти! Сколько раз мне еще придется выручать тебя?

— Но она

была так напугана, что я не знала, как поступить. Ведь нельзя же делать укол силой.

Пенни покачала головой и вернулась на свое место возле котла.

— Как твой сын, Лана? — спросила она подошедшую к ней женщину.

— Все еще кашляет. Иногда так громко, что просто нет никаких сил это слушать.

— А ты покажи его доктору Рини. Скажи, я просила.

Рэмзи с сочувствием наблюдал за происходящим. Он начинал гордиться Пенелопой, видя, с каким уважением относятся к ней окружающие. И вдруг твердая мужская рука легла ему на плечо. Он вздрогнул и, невольно сжав кулаки, оглянулся. Перед ним стоял молодой кудрявый парень.

— Извини, что побеспокоил, — сказал он, — Меня зовут Джек. Не мог бы ты нам немного помочь?

Неподалеку находился большой крытый грузовик; битком набитый какими-то коробками. Рэмзи, взглянув на него и согласно кивнув, забрался в кузов автомобиля. Каждый раз, проходя с коробками мимо Пенелопы, он убеждался, что с ней все в порядке и ей ничто не угрожает. И поэтому на душе у него было спокойно.

Джек заметил его внимание к Пении и, покосившись на нее, шепотом сказал:

— Удивительно — здесь она совсем не похожа на себя.

— Неужели они не узнают ее? — спросил О'Киф.

— Возможно, кто-нибудь и узнает. Но у большинства нет денег даже на хлеб, не то что на кино. К тому же они знают, что она приходит сюда не для того, чтобы покрасоваться перед публикой, потому и молчат.

— А часто она здесь бывает?

— По три-четыре раза в неделю. Она старается, чтобы журналисты не пронюхали об этих ее визитах. Так что смотри не проболтайся им об этом.

— Ты живешь здесь?

— Теперь нет. — Он гордо вскинул голову. — С ее помощью мне выделили стипендию, и я учусь в колледже. Но иногда прихожу помогать.

— Ты хочешь сказать, что она финансирует все это? — Рэмзи обвел рукой помещение склада.

— Да, — кивнул Джек. — Разве ты не слышал?

Они закончили разгрузку и подошли к автомату с газированной водой. Отхлебнув из стакана, Джек спросил:

— Хочешь, я тебя с ней познакомлю?

— Нет, — ответил О'Киф. — Мы знакомы.

— Но вероятно, не так близко, как тебе хотелось бы?

— Вероятно, не так.

Распростившись с Джеком, Рэмзи вновь занял свой наблюдательный посту входа в ангар и провел там остаток утра.

Пенни открыла дверь своей машины и вскрикнула от неожиданности, увидев сидящего в салоне О'Кифа.

— Как ты нашел меня? — удивилась она.

— Не важно, — ответил он, — главное, что нашел и что ты в безопасности.

— Здесь мне и правда ничего не грозит. А ты мог бы и догадаться, что раз я тебя не приглашаю, значит, не нуждаюсь в твоем обществе.

— Дело не только во мне, — сказал он, слегка уязвленный ее неприветливостью. — Мэгги и Хэнк сходят с ума из-за твоего внезапного исчезновения. А потому придется твоему королевскому величеству немного потерпеть нежелательное ему присутствие личного телохранителя.